Любимая ведьма
Шрифт:
— Парень, у тебя лицо в крови…
Сергей повернулся и встретился взглядом с мужчиной лет сорока. Его синюшное лицо заросло щетиной, под глазами набухли мешки. Одежда не отличалась чистотой, в руках мужчина держал сумку с бутылками.
Достав платок, Сергей провел им по щеке, взглянул — на белой ткани остались красные пятнышки. Снова протер лицо, потом взглянул на стоящего рядом мужчину:
— Спасибо, отец… Возьми… — сунув ему в руки бутылку он торопливо пошел прочь…
Когда жертва рухнула на тротуар, Валера удовлетворенно
Открыв крышку люка, Валера на секунду прислушался, потом быстро спустился по металлической лестнице. Стянув перчатки, сунул их в карман и пошел вниз. Там, в ста метрах от черного входа, его ждала машина. Дверь подъезда распахнул ногой — не стоило оставлять отпечатки.
Оказавшись на улице, Валера облегченно вздохнул. Все, он в безопасности. Если не взяли с оружием, то уже не возьмут, нет у них доказательств. Отпечатков на оружии нет — ни внутри, ни снаружи, по самому оружию на него тоже не выйти. А значит, он не просто свободный человек, но человек с деньгами — за эту работу Гена обещал вполне приличные деньги.
В глазах появилась резь — заморгав, Валера недобрым словом помянул яркое солнце. Надо было взять очки… Повернул за угол, а вот и машина.
— Быстрее! — поторопил его Сева. Едва Валера забрался в машину, та плавно тронулась с места. Не стоило привлекать внимание чересчур поспешным отъездом.
Пока машина не отъехала от места операции, все молчали. Молчал сам Валера, молчал Сева. Молчал и сидевший за рулём Вадик. И лишь когда стало ясно, что все прошло как по нотам, Сева обернулся к Валере.
— Хорошо сработал! — похвалил он, показав большой палец. — Точно в лобешник попал. Ты чего моргаешь?
— Да глаза слезятся, — ответил Валера, мотнув голоси. От солнца, наверное. Или от дерьма голубиного, на мердаке все загадили…
— Сейчас приедем, промоем водочкой — и все будет в ажуре, — заверил его Сева. — Сегодня гуляем…
— Шефу позвони, — напомнил Вадик. — Ждет, наверное.
— Да и хрен с ним, — засмеялся Сева. Потом пояснил: — Лучше по телефону не болтать сейчас. Оно спокойнее будет.
— Как песок в глазах… — пробормотал Валера. — И лицо чешется. Воды нет с собой?
— Не-а, только пиво, — ответил Вадик. — Да скоро приедем уже…
У дома на скамейке дежурил один из охранников. Увидев подъезжающую машину, вошел через калитку во двор, открыл ворота. Вадик загнал машину внутрь, ворота сразу же закрылись.
К машине тут же подошел Гена, в чертах его лица читалось напряжение.
— Ну?! — спросил он, требовательно глядя на вылезающего из машины Севу. — Что там?
— Там полный порядок, — улыбнулся Сева. — Ты же знаешь Валеру, он никогда не мажет.
Гена облегченно вздохнул, было видно, как его покинуло напряжение. Взглянул на выбравшегося из машины Валеру.
— А с лицом что? Поцарапал кто?
Лицо Валеры покрывали красные полосы, глаза налились кровью.
— Это он сам уже расчесал, — сказал Сева. — Дерьма голубиного наглотался.
— Не
— Аллергия, наверное, — пожал плечами Сева, посмотрев ему вслед. — Бывает…
— Она точно мертва? — В голосе Гены снова почувствовалось напряжение.
— Мертвее не бывает, — заверил его Сева. — Валера ей полбашки снес. Я сам видел. Ушли тоже чисто, проблем не будет… — Он секунду помолчал. — Ну так как, поляну накрываем? Надо бы отметить это дело.
— Тебе бы только пить, — проворчал Гена. — Ладно, три дня никому никуда не высовываться.
— Ну а я о чем говорю? — усмехнулся Сева. — Что еще делать, если не пить?
Валера плескался в ванной почти полчаса, к этому времени уже успели собрать на стол. Пока не пили, не желая начинать без Валеры. Настроение у всех было хорошее, особенно у Гены. Да, он потерял квартиру — зато укрепил свой авторитет. А это гораздо дороже денег. Через пару дней, когда все мало-мало уляжется, они спокойно вернутся домой. Слухи о том, что Гена разобрался с кем-то из своих врагов, все равно разойдутся, и Гена не имел ничего против этого. Пусть знают, чего он стоит.
Когда появился Валера, разговоры разом стихли. Да и было от чего — лицо Валеры покрывали многочисленные царапины, глаза воспалились и покраснели. Войдя в комнату, Валера остановился, уцепившись за спинку стула.
— Хреново мне что-то, — произнес он, в голосе боевика чувствовался страх. — Никогда такого не было.
Взяв стакан, Сева наполнил его водкой и протянул Валере.
— Выпей. Это точно поможет.
Впрочем, особой убежденности в его голосе не было. Валера залпом осушил стакан, зажевал заботливо поданным ему огурцом. Шмыгнул носом.
— Она это, — тихо сказал он. — Я чувствую.
— Кто — она? — спросил один из охранников.
— Ведьма..
Было видно, как вздрогнул Гена, однако тут же взял себя в руки.
— Ерунда это, — сказал он и потянулся к бутылке. — Мертвые не кусаются. Так что выпьем за упокой души этой стервы…
— Вы сидите, а я… полежу пойду, — сказал Валера. — Глаза болят…
— Да, отдохни, конечно, — поддержал его Сева, поднимая рюмку. — Ну, будем!
Валера ушел, было слышно, как заскрипела кровать в спальне. Разговоры за столом понемногу возобновились, однако веселья уже не чувствовалось. Все понимали, что с Валерой произошло что-то необычное, и это пугало. Больше всех боялся Гена, и хотя он пытался не показывать виду, страх все больше укоренялся в его душе.
Шел восьмой час вечера, когда из спальни послышался громкий стон Валеры. Подскочивший Вадик, уже порядком захмелевший, быстро прошел в спальню. И тут же вышел, испуганно пятясь. Следом, цепляясь за косяки, вышел и сам Валера, при его появлении из рук Гены вывалился стакан…
Лицо Валеры напоминало страшную маску. Помутневшие, полные крови глаза уже ничего не видели, избороздившие лицо огромные вздувшиеся шрамы сочились кровью. В горле у Валеры что-то булькало, он тяжело дышал.
— Что… со мной?… — прохрипел он. — Что это, Гена?