Любовь и испанцы

Эптон Нина

Большинство девушек считали, что относятся к любви так же, как их родители; лишь немногие выразили мнение, что новые времена предоставили больше возможностей для выбора, больше свободы от родительского влияния и в целом общение с противоположным полом стало делом более личным и менее скованным традиционными правилами приличия. Одна из девушек, несомненно повторившая слова своего духовника, сказала, что теперь молодежь придает слишком большое значение сексу и что любовь «не так ценится, как это было прежде».

Когда я спрашивала студентов, достаточно ли, по их мнению, у молодежи возможностей для знакомства и встреч с представителями противоположного пола, мнения разошлись. Похоже, все опрошенные единодушно согласились, что такие возможности есть, но несмотря на это парни и девушки, по мнению более продвинутых студентов, не склонны завязывать

друг с другом серьезных отношений. «Возможности есть, но расписание очень жесткое»,— ответил один из студентов.

Надо заметить, что встречи влюбленных и в самом деле подчиняются строгому расписанию; в университетском городе, таком как Сантьяго, влюбленные парочки можно увидеть, скажем, с часу до двух пополудни и с семи до десяти вечера. Они встречаются на улицах, в кафе, гуляют в городском парке, сидят на скамейках, наблюдая за птицами в вольере. В сумерках они осмеливаются взяться за руки, но в общем и целом ведут себя пристойно. Те, кто посмелее, знают укромные местечки для свиданий наедине, такие как сосновые леса недалеко от города.

Родители в Испании знают о существовании novios, но до тех пор, пока речь не зайдет о серьезных отношениях и пока их чадо не достигнет возраста, когда уже можно говорить о браке, они не обращают особого внимания на происходящее и делают вид, будто не замечают того, что творится у них под носом. Им бы и в голову не пришло приглашать молодых людей в дом. Двадцатилетняя студентка, помолвленная с молодым человеком, служившим в армии в Северной Африке, уверяла меня, что формально родители ничего не знают о помолвке и должны услышать эту новость только по возвращении жениха, который еще ни разу не был у невесты дома и незнаком с будущими тестем и тещей. Врач из Барселоны, когда его сын (которому был двадцать один год) вышел из комнаты, где мы беседовали, заметил: «Он пошел к своей novia, но я еще долго не захочу ничего знать об этом. Ему рано жениться». В любой другой европейской стране отец, возможно, добавил бы: «Он еще может найти себе другую подружку»,— но не в Испании. Среди очень молодых студентов пары, бывает, распадаются, но как только отношения становятся более-менее официальными, хотя родители о них формально не знают, репутация девушки оказывается под угрозой и порвать с ней парню будет не так-то легко. Для девушки, как бы «чиста» она ни была, также будет непросто найти другого novio.

Сейчас молодые, конечно, пользуются большей свободой, чем раньше, несмотря на то что в разных провинциях обычаи расходятся. И, безусловно, большей свободой в любом смысле этого слова пользуются те, кто может позволить себе покупку мотороллера. Это удовольствие доступно, в основном, горожанам, и, хотя, по словам одной молодой особы из буржуазной мадридской семьи, в общем -то «не принято», чтобы девушка уезжала кататься на мотороллере с парнем, развлечение это становится все популярнее. В Севилье один джентльмен, шокированный увиденным, рассказывал, что когда он в воскресенье поздно вечером возвращается со своей фермы в деревне, то, «чтобы не видеть всего, что творится на обочинах рядом со стоящими мотороллерами», уменьшает свет фар. Однако молодой мадридец уверял меня, что «девушки обычно не позволяют доводить дело до “победного конца”, так как знают, что если “несчастье” произойдет, то им уже никогда не выйти замуж». «С девушками-иностранками,— говорил он,— договориться легче, и они готовы принять участие в расходах, тогда как испанки по-прежнему хотят, чтобы за все расплачивались парни».

Как юноши, так и девушки склонны думать, что по-прежнему не знают друг друга как следует. «Настоящей дружбы нет»,— сказал один из них, и с этим утверждением многие согласились. Другой считает, что налаживанию дружеских отношений мешает религиозное воспитание девушек, которые все время «обороняются» от парней. А семнадцатилетний циник заявил: «У нас есть все, чего мы только пожелаем,— и даже более чем достаточно, чтобы очень быстро пресытиться».

Девушки утверждают, что возможностей у них достаточно, а по мнению одной из них — даже «слишком много».

На вопрос о необходимости хранить целомудрие до брака девушки все как одна ответили, что это — самое главное; почти все юноши считали, что для девушек целомудрие обязательно, но для мужчин не столь важно. Те же, кто не придавал значения девственности будущих избранниц, соответственно говорили, что, по их мнению, как юношам, так и девушкам нужно приобрести сексуальный опыт, прежде чем вступать

в брак. Один юноша считал, что добрачные связи могут впоследствии стать поводом для взаимных обвинений мужа и жены, а другой полагал, что вынуждать девушек подавлять свой половой инстинкт значит провоцировать их на занятия мастурбацией.

В общем и целом юноши, даже говоря от имени девушек, проявляли большую широту взглядов и терпимость, хотя, конечно, не только в Испании существует подобное различие между «мужским» и «женским» образом мышления. Трудно судить, будут ли эти парни столь же терпимыми, когда проблема коснется их самих. Ведь в таких случаях обычно просыпаются мужская гордость и ревность. Для испанских мужчин, которые, кажется, очень изменились в этом отношении, гордость важнее. В полиции мне рассказывали, что crimespassionnels [96] (о которых не пишут в газетах) в настоящее время стали довольно редким явлением. Такие случаи бывают, но их не так много, как можно было бы ожидать от этого «страстного» народа. И хотя по-прежнему считается, что муж, застигнув жену in riagrante [97] , имеет право убить ее и (или) ее любовника, но, по-видимому, этим правом мало кто пользуется.

96

преступления на почве страсти (фр.)

97

на месте преступления, с поличным (лат.)

Звучит довольно странно — ревность, по всей видимости, эмигрировала за океан. Судя по тому, что поведал мне один мадридский психиатр, жители Южной Америки сохранили этот недостаток. Доктор и его сотрудники, беседуя со своими южноамериканскими коллегами, пришли в ужас, когда узнали, что эти джентльмены одобряют закон, дающий мужу право расправиться с любовником жены. «Мы слишком цивилизованны для этого»,— самодовольно говорили испанцы.

Отвечая на вопрос о месте любви в жизни человека, девушки, как и следовало ожидать, были единодушны, тогда как среди юношей мнения разошлись. Наиболее «традиционный» ответ гласил: «Это очень важная составляющая счастья, на которое мы можем надеяться в жизни». Только одна девушка полагала, что, «не испытав любви, нельзя сказать, важна ли она», а другая считала, что «придать смысл жизни, в которой нет человеческой любви, может только великое призвание — религиозное или интеллектуальное ».

Большинство юношей были согласны с тем, что «любовь имеет огромное значение», а один из них зашел так далеко, что воскликнул: «Наивный вопрос! Что за жизнь без любви?» Кто-то думал, что любовь «не так важна, как духовность», другой — что «на любви основана вся наша западная и вообще христианская цивилизация», третий — что «любовь избавляет от одиночества и может явиться спасением для мужчины», четвертый — что «любовь лежит в основе жизни и человечности». Люди не столь эмоциональные полагали, что «любовь чрезвычайно важна для личного счастья» либо «важна, но любовь в жизни — это еще не все»; по мнению некоторых, «важность любви — понятие относительное», а семнадцатилетний циник — тот самый, который на все вопросы отвечал как человек, пресытившийся жизнью,— признался, что «любовь не мешает ему спать». Другой утверждал, что он «слишком горд и эгоистичен, чтобы считать любовь чем-то важным».

Мне хотелось узнать, как говорят между собой о любви молодые люди — мало или много, шутя или всерьез? Как выяснилось, около девяноста процентов юношей считают, что разговор о любви у молодежи заходит нечасто, и если о ней говорят, то в шутливом тоне. Среди девушек шестьдесят процентов ответили, что на эту тему не говорят всерьез, по мнению остальных — о любви в девичьих компаниях говорят чрезвычайно много, а некоторые считают, что немного, зато серьезно. Одна из более интеллигентных студенток ответила, что о любви говорят очень много, но свой интерес к этой теме прикрывают шутками. Две или три разочарованные девушки печально заметили, что парни склонны говорить о любви как о спорте или приятном времяпрепровождении. Один из юношей-студентов полагал, что любовь — «для всех лучший способ приятно провести время — неважно, студент ты или нет». Другой сказал, что с девушками из-за их религиозного воспитания трудно говорить о любви, а третий, придерживавшийся консервативных взглядов, считал, что любовь — тема слишком интимная, чтобы говорить о ней публично.