Любовь в никогдабре

— Он меня точно завтра убьет! — вздохнула я, сдула с щеки непослушный каштановый локон, передернула плечами и вставила ключ в дверь. — Ладно, Оль, я дома уже. Переоденусь и перезвоню, расскажу подробнее. Пока!

Неудачная укладка — это еще ничего. Вот уже полгода неприятности сыпались на меня, как вопросы из уст шестилетки. Каким образом до сих пор жива — непонятно. Мой ангел-хранитель, скорее всего, уже давно нервно икал и мечтал об отпуске, прямо как я… А может, он как раз в

отпуске, ведь до этого я жила вполне себе обычной жизнью и магнитом для неприятностей точно не была.

Ну да ладно, что уж теперь об этом. Лучше подумаю о том, что завтра скажу начальнику. Он однозначно озвереет, когда узнает, что я натворила. А как он будет орать — о, любой оперный певец позавидует его тенору… Он и так частенько рявкал без повода, а тут повод есть — и серьезный! Как бы не уволил… Платежи по ипотеке никто не отменял, да и родителям помочь нужно. Отец у меня — водитель фуры, и недавно с ним случился инсульт за рулем, в итоге он въехал в жилой дом, благо, там в тот момент никого не было. Теперь и самому лечиться нужно, и хозяевам дома ущерб возмещать.

Размышляя о превратностях жизни и несправедливости небесной канцелярии, я нахмурилась, разулась и пошла с покупками на кухню.

Зашла, изучая чек из магазина, подняла глаза и… пакет с продуктами выпал из рук. По полу покатились помидоры. За ними, резво прыгая, поскакали яблоки.

На стуле сидел темноволосый мужчина. Плечистый, статный и… голый. Причем явно в моем вкусе. «Боже, о чем я только думаю!» — пронеслось в голове. Слава богу, всё самое сокровенное прикрывал стол. Я потрясла головой и протерла глаза. Ущипнула себя — ничего не изменилось.

— Верни мне мое! — звучным басом произнесло видение.

В глазах потемнело, и я самым бессовестным образом хлопнулась в обморок.

Очнулась оттого, что подруженька с видимым воодушевлением била меня по щекам. А рука у нее тяжелая — возможно, потому что Оля всегда, сколько ее знаю, была очаровательной рыжей пышечкой.

— Нет, ну я всегда подозревала, что ты точишь на меня зуб за то, что я сломала каблук у твоих любимых туфель, но не до такой же степени! — фыркнула я, резво вскочила на ноги и заозиралась.

Но в моей просторной кухне в зелено-оранжевых тонах, кроме нас, никого не было. Я открыла кухонный ящик, схватила скалку, подскочила к двери на балкон, дернула ее изо всех сил и с криком «Выходи, я позвонила в полицию!» ринулась на невидимого врага. Врага на балконе не оказалось.

Я с не меньшим энтузиазмом и с все больше трясущимися коленками по очереди открывала остальные двери: в ванную, туалет, зал и спальню. Даже шкаф проверила. Никого. Оля бегала за мной с круглыми глазами, но пока без вопросов.

Я вернулась на кухню и обессиленно рухнула на стул.

— Лер, может, хоть теперь расскажешь, что случилось? Что за страх плещется в твоих карих глазах? — недоумевала лучшая подруга. — Ты обещала позвонить, но звонка я не дождалась ни

через двадцать минут, ни через полчаса. Звоню — трубку не берешь. Ну, я и забеспокоилась, ты ж у меня Мисс Невезение последнее время. Да и всегда звонишь, если обещала… Я так испугалась! Вот и примчалась. Зашла, а ты на полу тут отдыхаешь!

— Оль, если расскажу, всё равно ж не поверишь…

— Чего это? — хмыкнула подруга. — Я единственная поверила, что Ванька Крыжановский в универе тебя подставил. Что мой бывший ангелок Макс действительно сам к тебе приставал, хотя ты повода не давала. Что твои волосы от природы так вьются, — подмигнула она. — Дальше продолжать?

— Хватит, хватит, — отмахнулась я. Закусила губу и задумалась: как рассказать всё так, чтобы не увидеть в глазах подруги сочувствие и желание вызвать санитаров?

Эх, была не была! И вывалила всё по порядку.

— Лерк, а Лерк… Я давно тебе говорила, что пора мужика завести, хотя бы здоровья ради. Ну три года почти прошло, сколько можно в затворницах ходить?! Дожилась, уже голые мужики мерещатся! — всплеснула руками Ольга.

Окажись на ее месте я, тоже вряд ли поверила бы.

— Оль, ну я даже ущипнула себя, вот след! — И ткнула пальцем в маленький синячок на руке.

— Лерочка, цветочек мой, ну ты сама подумай, — засюсюкала подруга. — Дома его нет. Соседей знаем, среди них такие экземпляры точно не водятся. Ну как ты думаешь, если бы голый мужик отсюда выбежал на улицу в такое время, это осталось бы незамеченным? Да наша всевидящая, всезнающая и за всеми следящая Ирина Павловна уже бы давно всех тут на уши подняла!

А ведь и правда… Об этом я как-то не подумала. Мимо моей соседки, Ирины Павловны, даже невысокая и стройная я не проскочу, не то что голый мужчина крепкого телосложения. Она всегда была в курсе всего. Знала, кто к кому ходит, когда и, подозреваю, даже зачем. Не старушка, а терминатор в платочке. Когда только успевала спать, есть и по дому хлопотать?

— Ты просто слишком долго в отпуске не была, работаешь на износ, — продолжала тем временем Оля. — Дом — работа, работа — дом. Дом — родители. Родители — дом. Да и уровень стресса зашкаливает. Тут уж кто угодно что угодно видеть начнет.

Я поджала губы и начала мерить кухню шагами. Не хотелось сойти с ума в расцвете лет и сил.

— Ну не переживай так, вон, глазки сразу потускнели! Давай-ка я тебе лучше чая с ромашкой заварю и спать уложу!

Ольга загремела кухонной утварью, а я задумалась.

Может, и правда просто стресс так сказался? Видится всякое. А отношения… Не готова я к ним. Пусть Миша давно покинул этот мир, но для меня взглянуть на другого всё равно, что его предать. Да и было бы ради чего смотреть! Лучше моего любимого не бывает, я-то точно знаю. Для меня всё случилось как будто вчера. Я уверена, такого, как он, ни за что не найду, а встречаться, сравнивая всех с ним, не вижу смысла.