Любовь
Шрифт:
А затем громыхнули взрывы на гряде. Оля запомнила, как её резко подкинуло вверх, несколько раз перевернуло в воздухе и швырнуло на камни.
Мир поплыл перед глазами девушки, тело отказалось подчиняться. Она слышала отдалённые крики, чьи-то несвязные фразы. Но пошевелится не могла: ужасно болела спина. Она умирала, это ясно. Последние капли жизненной силы покидали её. Скоро мучения закончатся.
Неожиданно холодный душ заставил её вскочить и закричать от ужасной боли. Словно голышом уронили в ледяную прорубь.
Впрочем, «душ» – это ощущения
– Командующий? – прошептала девушка.
– Я вернул тебя с того света, – кивнул Строгонов, – только…
Рядом раздалось несколько взрывов.
– Ты готова сражаться? – строго спросил Владимир.
Оля осмотрела себя с ног до головы: кожаные доспехи превратились в тряпьё, повсюду капли крови, но ни одной царапинки. разве правые бок и плечо немного розовые.
– А где Дожо? – тихо спросила девушка, заранее зная ответ.
Строгонов поджал губы.
– Он принял на себя весь удар. Не стоит искать его среди руин, не стоит видеть. Ты жива благодаря ему, – вкрадчиво молвил Строгонов. – Но оставь слёзы. Мы знали, что так будет. Сейчас мне нужны все, кто в строю. Битва в самом разгаре.
Действительно, несмотря на неожиданную бомбардировку гряды со стороны возникших из тумана демонов-магов, защитники продолжали держаться. Даратас нанёс по туману очередной удар и появление тварей замедлилось. Теперь они атаковали отдельными группами в наиболее потрёпанных участках, стараясь кинжальными ударами сломить сопротивление. И теперь у них были и лучники, и маги.
Оля, на ходу вытирая градом тёкшие слёзы, побежала вслед за Строгоновым. Повсюду лежали трупы, умирали раненные. Дым тяжёлыми серыми клубами вился над исковерканными укреплениями. В живых осталось не больше половины защитников.
Строгонов исцелял по пути всех, кого мог. Но уставал, Оля видела, как из его носа шла кровь, как тяжело вздымалась могучая грудь.
Пару раз они вступили в бой с прозрачными тварями. Оля в приступе ярости и отчаяния, придавшем сил, лично зарубила вражеского мага. Увернувшись от его пульсара, девушка сделала умопомрачительный кувырок в воздухе и всадила кинжалы демону в лиловые глаза. Он умер бесшумно, как и остальные.
Проклятье! Почему они не кричал от боли? Почему не боялся? Почему для них смерть ничего не значит? Как можно сражаться и воевать, когда собственная жизнь для одной из соперничающих сторон ничего не значит? Так нечестно, неправильно!
Девушка, не переставая плакать, сражалась с ещё большим остервенением. Ненависть жгла её душу, боль переполняла сердце. Готова ли она добиться своей цели сейчас? Помнила ли она о ней, или разум затмила невыносимая горечь потери?!
– Куда мы идём? – спросил Строгонова Ольден. Старый вояка держался молодцом, хотя и был несколько раз легко ранен.
– К тоннелю, – коротко ответил главнокомандующий.
Оля, услышав разговор, нахмурилась. К какому тоннелю?
Над
Не забывала Герда и полить врага огнём. Тот тут, то там вздымались в воздух оранжевые грибки взрывов.
Строгонов, продолжая двигаться вдоль гряды, латал дыры в обороне и морально поддерживал оставшихся в живых воинов. Кого-то он забирал с собой, кому-то приказывал оставаться на местах и биться до конца, как и планировал. Про тоннель никому ничего не говорилось.
Сражения с врагом развивались местечково и стихийно. На отдельных участках укреплений бойцы сидели на камнях и переводили дух, а в других шли ожесточённые бои.
Укрепления гряды представляли собой жалкое зрелище. В большинстве своём площадки, вырубленные в камнях, были разрушены, поэтому реального превосходства над врагом в виде высоты у защитников не было. Но в связи с удачным волшебством Даратаса, враг не имел особого превосходства в числе. Теперь у него появились кое-какие намёки на тактику.
Когда Строгонов приказал любой ценой защищать обозы, до которых они вместе с сотней следовавших следом воинов добрались, Оля заподозрила мысль к отступлению. Видимо, главнокомандующий не собирался бросать войско на убой.
Битва за обозы выдалась тяжёлой. У врага оказалось много лучников, которые перестреляли половину защитников в считанные минуты. Однако здесь Строгонов показал себя: сорвавшееся с его рук лиловое пламя ударило в вершину гряды, с которой стреляли лучники. Чудовищный взрыв похоронил гадов под обломками и развязал бойцам Владимира руки: рогатые демоны в одиночном бою особой угрозы не представляли. Да и умением похвастаться не могли.
– Ольден, остаёшься в сопровождении обозов. Доберитесь до восьмого поста вместе с телегами или не возвращайтесь вовсе, – отдал приказ Строгонов, когда очередной бой закончился.
Старик взглянул на свои три выживших десятка и мрачно кивнул.
– Оля, ты со мной, – распорядился Строгонов.
– Зачем я вам? – замотала головой девушка. – Лучше останусь с обозами.
– С тобой незримо пребывает дракон, девочка моя, – прямо ответил Строгонов. А Оля гадала, зачем он таскает её за собой. Ей казалось, что из уважения к Яру.
Герда действительно помогала, как могла: драконица окатывала врагов струями пламени и забрасывала шарами огня, производившими нешуточные взрывы. И как раз по пути Оли и Владимира, если конечно, метавшемуся над полем Даратасу она не была нужна в другом месте.
Яркий свет посоха мага, сиявший в его руке, являл собой символ надежды защитников гряды.
– Что за тоннель, Командующий? – улучив момент, спросила девушка у Строгонова.
– Наш отходной путь, – сухо ответил тот.