Любовный пасьянс
Шрифт:
— Значит, я могу проконсультироваться с ними?
Хейзл решила, что самое время обратиться к его алчности.
— Видите ли, мистер Арден, — начала она, если вы поручите мне заняться устройством бала, то получите от гостей, гораздо большую сумму, чем можете предположить…
— Oб этом еще рано говорить, — сухо оборвал ее Барт… — Кстати, откуда вам это известно?
— О бале?
— Нет, о высадке человека на Луну! — саркастически ответил он. — Разумеется, о бале!
Страшно, но Хейзл оказалась не готова к такому вопросу. Впрочем,
— О, даже не помню, — уклончиво ответила она. — Такие события быстро становятся известны всем. — Она сделала глубокий вдох и уверенно продолжила: — И уж поверьте мне, мистер Арден, желающих попасть на ваш бал очень много.
— Надеюсь, что так, — задумчиво произнес Барт. — Но, к сожалению, несколько дам уже предложили мне свои услуги…
В этом Хейзл нисколько не сомневалась.
— Любительницы или профессионалки? — резко спросила она.
— Не знаю. Однако все они уже занимались организацией подобных торжеств…
— Вам нужен профессионал, — настаивала Хейзл.
— Вы так считаете? — в голосе Барта звучало сомнение.
Неужели ни один разумный довод не подействует на этого человека, которого Лили назвала «железным самцом»? — в панике подумала Хейзл. Что ж, в этом случае мне остается только одно.
— Не могли бы вы, по крайней мере, встретиться со мной, мистер Арден? — спросила она.
— Вообще-то у меня не слишком много свободного времени.
— Понимаю, — терпеливо, словно нянюшка, уговаривающая капризного ребенка, ответила Хейзл и, чтобы слегка польстить ему, добавила: — Как и у всех людей, пользующихся успехом. Но простите ли вы себе, если бал, который вы затеваете, не оправдает ваших ожиданий только потому, что у вас не нашлось лишнего часа на разговор со мной?
На сей раз ее собеседник от души рассмеялся, и этот смех был настолько дружелюбным и звучал так сексуально, что Хейзл сразу расслабилась.
— Настойчивость — это качество, которое я ценю почти так же высоко, как веру в себя, — заметил Барт. — Разумеется, при условии, что и то, и другое подкреплено талантом…
— Я не обману ваших ожиданий! — воскликнула Хейзл и облегченно вздохнула, услышав наконец:
— Итак, мисс Корбетт, я готов предоставить вам десять минут на то, чтобы убедить меня поручить вам эту работу.
— Вы не пожалеете об этом, мистер Арден, — с воодушевлением заявила она, стараясь говорить как можно искреннее. — Скажите, когда и где мы встретимся, и я прибуду туда точно в назначенное время.
— Сегодня днем вас устроит?
— Сегодня?! — Хейзл не ожидала, что это произойдет так скоро.
— Если бы я имел в виду «завтра», то так бы и сказал. Дело в том, что вечером я улетаю на континент с одним из авторов. Так что предлагаю встретиться у меня дома… в шесть.
Это прозвучало так, словно ее записывали на прием к дантисту. Подумав об этом, Хейзл почувствовала, что по ее телу пробежала неприятная дрожь, как будто Барт
Сердце ее упало при мысли о поездке вдоль нескончаемых болотистых равнин в промозглый зимний день… причем, может статься, совершенно впустую.
— Это вызывает у вас затруднения, мисс Корбетт? — насмешливо поинтересовался Барт. — Можно подумать, вам предстоит путешествие на другой конец света!
Хейзл напомнила себе правило номер один: устроитель вечеринок должен быть готов к любым неожиданностям!
— Затруднения? О нет! — солгала она. — Только объясните, как до вас добраться, и я приеду как раз к чаю!
— Я не люблю, когда меня заставляют ждать, — предупредил Барт, и Хейзл готова была поклясться, что он издевается над ней.
Положив трубку, она с облегчением перевела дух. Вся эта история началась сегодня утром, когда ей позвонила мать Лили.
— Дорогая, я просто не знаю, что и думать! — со слезами в голосе воскликнула она. — Похоже, у моей дочери что-то вроде кризиса среднего возраста!
— Но ей всего двадцать шесть лет, — возразила Хейзл.
Она знала, что подруга никогда не была склонна драматизировать ситуацию.
— Просто загляни к ней, хорошо? — умоляющим тоном произнесла миссис Эванс. — С Лили явно что-то стряслось, но я никак не могу добиться от нее объяснений. Эти девчонки такие скрытные — никогда не расскажут матери, в чем дело!
— Значит, вы даже не догадываетесь, что могло произойти? — переспросила Хейзл, подумав мимоходом, что называть «девчонкой» двадцатишестилетнюю женщину, по меньшей мере странно.
— Думаю, это связано с каким-то мужчиной…
— Ну, еще бы! — сухо заметила Хейзл. — Обычная история.
— И теперь Лили утверждает, что не хочет больше жить.
— Она так и сказала?
Получив утвердительный ответ, Хейзл положила трубку и, быстро спустившись вниз, села за руль. Она не верила в то, что Лили способна сделать какую-нибудь глупость, но знала, что та часто действует под влиянием минутного порыва. И, раз ее мать так взволнована, значит, дела подруги действительно плохи.
2
Лили лежала на диване, сжавшись в комочек, как ребенок. Хейзл заметила, что в комнате было очень холодно.
Они дружили с тех пор, как каждый день вместе ковыляли в детский сад, где Лили ревела, забросив своего плюшевого медведя за книжный шкаф, а Хейзл терпеливо вызволяла его оттуда.
Та же схема отношений сохранилась и в школьные годы: Лили постоянно попадала в какие-то передряги, а Хейзл помогала ей выпутываться из них.
В последние годы подруги встречались реже, но стоило им провести вместе несколько минут, как у обеих появлялось ощущение, что они никогда и не расставались.
Но сейчас Хейзл никак не удавалось расшевелить Лили, которая, как заведенная, только повторяла ее имя в перерывах между судорожными всхлипами.