Люцифер. Путь Падшего
Шрифт:
Созданные из некроплоти когти-лезвия без особого труда рассекли металл и дерево, и половина дробовика отделилась, начав медленно опускаться вниз.
— Теперь у тебя есть что-то, отдаленно похожее на оружие, — довольно кивнул я.
Ну а почему бы и нет? Если парнишке хочется походить на любимого героя комиксов, так пусть себе развлекается. Как говорится, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы душу Дьяволу не продавало…
— И что теперь? Я должен их… убить?
Майк уставился на свою руку, из которой
— Тебе решать, — я пожал плечами, — Через несколько минут время снова потечет нормально, и они начнут стрелять. Вам с Юджином вряд ли они смогут причинить вред, а вот мы с Тамарой, скорее всего, умрем.
— Но…
Война стиснул зубы и решительно шагнул вперед, снова закрывая нас и замахиваясь для удара.
Голод жадно облизнулся, не сводя глаз с выбранной другом жертвы.
— А если я не хочу?
Майк обернулся.
— У каждого нашего выбора есть последствия. У любого поступка есть цена, и только тебе решать, готов ли ты ее заплатить. Но на самом деле, чтобы победить в этой битве, тебе не нужно ни оружие, ни доспехи.
Паренек снова повернулся к первой тройке грабителей, оружие которых было наставлено на нас. Те, что стояли сзади, только-только начали доставать свои стволы, но и это — дело пары секунд, а потом начнется пальба. Сохранять наши жизни им ни к чему. Судя по их «счетчику душ», эти представители рода человеческого давно уже преступили все возможные грани, и одной ногой стоят в моих владениях.
— Три минуты, — напомнил я ему про время.
Война схватился за пистолет одного из нападающих и попытался вырвать тот из его пальцев, но сделал это так нерешительно и слабо, что у него ничего не вышло.
Он беспомощно оглянулся, словно прося у нас взглядом помощи.
Я сердито нахмурился и оскалился, положив руку на плечо Томми-Тамары.
— Две минуты.
— Мне помочь? — вскинул бровь Голод.
— Ты можешь прочесть их эмоции?
— Без проблем… У этого все болит, его мысли путаются — ему нужна доза, без которой он ничего не соображает. Вон тот, со шрамом, втайне ненавидит вот этого, которые нечаянно ранил его в шуточной потасовке, навсегда сделав уродом. Тот, что с винчестером, просто любит убивать и смотреть, как разлетаются головы, получив заряд дроби…
— Хватит! Я понял! Прекрати!
И Война опустил руки.
Жуткие когти втянулись назад в руку.
— Убейте друг друга! — заорал Майк.
Мда. Грубовато, конечно, и без установки прямой связи, но зато с выплеском эмоций достаточным, чтобы тот сыграл роль катализатора.
И я спустил время с поводка, сохраняя своему сосуду лишние полгода жизни.
— Это все ты! Из-за тебя! — ствол пистолета, который еще секунду назад был направлен на меня, теперь смотрел прямо в лицо здоровяка в клетчатой рубахе «дровосека».
Раздался выстрел.
Минус
Зазвенели по мостовой остатки дробовика, которые наконец-то получили правильное ускорение от законов всемирного тяготения. Точнее, всепланетного.
— Эй, какого хрена ты творишь? А ну опусти ствол! — в этом вопле слышался страх и удивление.
— У тебя не спросил, что мне делать, — огрызнулся убийца и пнул труп, — Этот урод мне всю жизнь сломал.
— Убей его, или он сделает это первым, — тихо, но внятно произнес Майк.
Точнее, Война.
И потянул за ту самую ниточку страха, которую я уловил.
«Бах! Бах!»
Минус второй.
— Ребята, вы чего? — попятился один из тех, что стоял позади, — Мы же этих терпил кончить должны и поделить их бабки! Нахрена друг друга-то мочить?
Я шумно втянул воздух, пропитанный ароматом алчности, замешанного на страхе.
— Просто они не хотят делиться, особенно с тобой, — отозвался Война.
Теперь он был кукловодом, и дергал за ниточки эмоций, умножая слабости и страхи этих несчастных смертных в десятки, сотни раз.
«Бах! Бах!»
Минус четыре. Осталось двое, и оба они были чертовски напуганы происходящим.
— Это все ты! — сообразил тот, что был вооружен винчестером, и прицелился в Майка.
Он нажал на курок, еще не поняв, что от его оружия остался лишь искореженный кусок металла. Который, разумеется, разорвался прямо в руках. Может, это и противоречило каким-нибудь законам физики, но на нашей стороне была дьявольская удача, усиленная Знаками, нанесенными на тело моего сосуда.
— А-а-а!!! — истошно завопил любитель крови и разлетающихся голов, глядя на свои изуродованные руки.
Но крик тут же оборвался, сменившись хрипом, когда точным ударом снова появившихся из костяшек когтей Война перерезал маньяку горло.
Минус пять.
«Бах! Бах! Бах!»
Некроплоть вспучилась черной кляксой на спине Майка, принимая пули. И тот, не глядя, сделал выпад в сторону стрелка, почти на три метра удлинив свои жуткие когти-лезвия.
Вооруженная пистолетом рука упала на землю, а ее бывший хозяин зашелся истошным воплем. Впрочем, «затыкать» любителей поорать Война уже научился.
Минус шесть.
— Ну что, как ощущения? — спросил я у Всадника, который стоял среди трупов, глядя на дело свои рук, разума и когтей.
— Или я их, или они нас, — угрюмо отозвался здоровяк, — У меня не было другого выбора.
— Выбор есть всегда.
+8 энергии Разрушения.
А вот и моя добыча. Жидковато, конечно, но что поделать.
— Ну а теперь устроим для вас небольшой ликбез по теории трупов и их практическому использованию, — заявил я.