Люцифер
Шрифт:
– Что?
– Не важно.
Стук колёс, скрип тормозов электрички пробудил нас от разговора. Мы встали и зашли в остановившуюся пустую электричку. Присели на свободные места, попутно заплатив за свой проезд.
– Ну и? Какова твоя история? – спросила она меня.
– Ничего такого. Проснулся обгоревший в мусорке, до этого ничего не помню. Выжил, работал курьером, и всё. Дальше тебе известно.
– Откуда тогда имя помнишь?
– Не
– Люцифер… Символично.
– Твоя очередь.
– Ну родилась на улице. До шести лет жила там. Однако после попала в популярные тогда школы для бездомных. Никто имя не давал. Там я познакомилась с бездомным мальчишкой‚ звали его вроде Профуго. Родители его умерли. Вместе с ним выживали. Тогда-то он и назвал меня Авророй. А потом в один день увидела его мёртвым… Жалко очень, плакала долго тогда‚ как родной был. В пятнадцать подалась сюда. Купила впоследствии квартиру. Четыре года здесь.
– Сочувствую.
Всё-таки для меня друзья тоже многое значат. Тот же Амикус‚ к примеру. Не стал бы убивать его ни под каким предлогом. Тоже бы сожалел, если бы он умер.
– Получается, тебе девятнадцать?
– Ну да.
– А мне я даже не знаю сколько.
– Не сказала бы‚ что ты слишком старый. Может, около двадцати с чем-то?
– Может быть.
Тем временем пейзаж за окном всё портится. Говорит о том, что мы подъезжаем к восточной части.
– Подъезжаем.
– Ясно.
– Часто спрашивают, как я тут живу?
– Ну и как?
– Я на улице выросла. Тем более у меня есть это, – она достала из кармана ножик с деревянной рукоятью, узким лезвием.
Чем-то походил на заточенное долото.
– Неплохо. Использовала уже?
– Один раз. Слишком дотошный попался. Гниёт в канаве теперь.
– Достойно.
Электричка начала торможение.
– Наша остановка.
Мы вышли на станции. Чем-то она была похожа на прошлую, только тут было намного больше людей, чем на той. То и дело на нас посматривали различные бездомные, бедняки разной масти, обкуренные, набуханные… Больше на Аврору. Хоть и мне доставались взгляды презрения только, а не похабные улыбочки. Это меня немного взбесило. Теперь же я был готов ответить на акт вмешательства в её и моё личное пространство. Честно сказать, жаждал, чтобы его кто-нибудь нарушил.
– Пойдём‚ нам сюда.
– Ебать‚ смотри, какая цыпочка‚ – у
слышал шёпот от одного забулдыги.
– Ты
ответил я, не скрывая оскала от предвкушения.
При виде меня его напор сразу же опустился до нуля. Он отвернулся.
– Испугался? Жаль.
– Не будем терять времени на всяких‚ пойдём.
– Как скажешь.
Мы прошли через станцию во дворы.
– Однако почему ты убиваешь людей? Ради удовольствия?
– Знаешь чувство голода? Тут то же самое. Удовольствие – продукт, получаемый от отнятия чей-то жизни.
– Мне не понять. Но звучит как приговор или болезнь.
– Так и есть, не отрицаю. Не считаю, что это нормально. Скорее, что-то животное. Сверхнормальное, я бы сказал. Работает это как наркотик. Столько их в этом мире: еда, воздух, вода, плоть, общение – столько зависимостей. А это только верхушка айсберга ещё.
– Глубоко копаешь. Откуда у тебя знания по философии?
– Просто размышления вслух.
– Скажи, а если бы я хотела тебя убить, ты бы убил меня?
– Обезвредил. Наверное, этим бы кончилось. Однако была бы ты поупрямей, тогда да.
– Ладно, – она вздохнула. – Мы пришли.
Мы оказались около потрёпанной многоэтажки-панельки. Как ни странно, вокруг было довольно чисто. Никто не лежал‚ валялись только бутылки (куда уж без этого).
Я зашёл в подъезд вслед за Авророй.
Глава 4
– И всё-таки ты разительно отличаешься даже среди всеобщего хаоса. Слишком умный и начитанный что ли?
– Может быть‚ однако ты тоже не тупая‚ по сравнению с теми людьми, которые пережили твою историю.
– Представляешь, взяла свои знания с улицы. Учебники, книги… Однако же полезные вещи и в мусорках встречаются. Все остальные их жгли в попытке согреться. Я же училась читать, писать, а впоследствии, как ты уже знаешь, развивалась в школе для бездомных. Отвратное место, хоть и дало мне базовые знания. Комнаты там не сильно от улицы отличались. Найдя работу, нашла и средства для книг. Сейчас писателей днём с огнём не сыщешь. Только старые классические произведения. Однако ты не ответил на вопрос.
– Не знаю‚ не помню, чтобы я чему-то обучался. Однако как читать, так и писать умею отчего-то.
На шестом этаже я увидел группу людей‚ не вызывающих доверия. Шесть человек. Как всегда в таких ситуациях насторожился и был готов.
– Какие люди! Нокс да ещё и с клиентом! Какой-то он страшный. Значит, много денег имеет?
– Мои деньги тебе не понравятся‚ – с
казал я, при этом вновь обнажил свой оскал. —
Не тогда, так сейчас наслажусь вами по полной.