Люди Дромоса
Шрифт:
Не "Интеллигент", конечно, но тоже впечатляет. Тут, как вы понимаете, важна интонация. Ну, и взгляд должен быть соответствующим. Но ерепениться я не стал. Уж больно серьёзна обсуждаемая тема.
Нет, конечно, за относительно короткую, но достаточно яркую карьеру мы отчебучивали номера и покруче. Но всё это были "действия на территории предполагаемого противника". Сейчас же предстояло совершить святотатство, нарушив одну из главнейших заповедей человечества, гласящую: "Где живёшь - там не сри". А иначе, как поднасрать Родной Отчизне то, что предложили Гроссмейстер с профессором и не назовёшь.
Не знаю уж, чем они там руководствовались,
Мне-то, дураку, что. Тем более, что стибздить устройство, так или иначе предстояло Ленке. А вот Виктору это решение явно прибавило седых волос. Представив, сколько будет вони и как много полетит голов я аж пожалел бедных военных. С нашей стороны это, конечно, свинство, но Гроссмейстер был неумолим. Да и Проф, как всегда, вставил свои пять копеек. В ответ на мой невинный вопрос, нафига это надо, и тонкий намёк на то, что никто из нас не ясновидец, социолог и вообще, мы много на себя берём, он разразился небольшой речью.
– В критических ситуациях, нет, не было и не может быть запретного - соседнего или дальнего участка, где висела бы надпись: "Посторонним вход запрещен". Сейчас все дозволено - все перепроверить, не полагаясь слепо на какие-то ни было авторитеты, все испробовать, все продумать. И, ни в коем случае не сомневаться в правоте. Не действительны ни барьеры догм, ни условности. Запрещено только одно: быть не осведомленным, неподготовленным. От нас в данной ситуации требуется совсем другое: хорошо представлять границы имеющегося в твоём распоряжении знания. Это значит - владеть достаточным минимумом информации, чтобы быть твёрдо убеждённым, что вот того-то ты не знаешь. Это называется ориентированностью. Скромность не мешает дерзанию. Раз ясно видишь предел собственных возможностей, а обстоятельства требуют шагнуть на "чужую землю", то не будешь мнить, что она "не твоя", а увеличишь личный потенциал. И тем самым увидишь дальнейшие рубежи и очертания того, что лежит за ними.
В общем, понесло старика. Как он это умеет, окончательно сбил с панталыку, вместо того, чтобы дать ясный ответ на невинный вопрос, порождённый по большей части ленью. Из его слов выходило, что частное всегда меньше целого, а Портал похуже Атомной бомбы, которой в своё время осчастливили человечество. И, насколько я понял, Портал нам был нужен ну просто "Во как". Так что, сегодня ночью я расширяю спектр своих никчемушных профессий, и овладеваю ремеслом домушника.
Не из самых богатых и фешенебельных особняков в одном из коттеджных посёлков, этот дом, однако, стоил поболе нашего с Инной. С обилием вычурных башенок, нестандартной формы окон, явно сделанных на заказ и непременным атрибутом в виде флюгера. Хозяева, как правило, имеют рабочие кабинеты, отделанные по последнему писку дизайна, гостиные, помимо полусотни человек могущие вместить в себя ещё, как минимум, концертный рояль и ванные, в обустройство которых тоже вбуханы немалые деньги и представляющие настоящие произведения искусства.
Фасад этого был декорирован модным нынче сайдингом, само собой, украшен парой балкончиков и совершенно
Поражало так же обилие окон и дверей, что, в свою очередь, наводило на мысль о самоуверенности жильцов. Люди попроще, как правило, имеют окошки поменьше, да и те стараются прикрыть решётками. И несколько дверей. Ну, конечно же, парадное, повседневный вход и - обязательно - служебный.
Решив, что на важного гостя никак не тяну, я смело направил стопы к неприметной двери, через которую входила прислуга. Сигнализации, по счастью, не стояло, и я осторожно проник внутрь.
Миновав все имеющиеся помещения, оказался перед закрытой дверью, которая не могла вести никуда, кроме хозяйского кабинета. И она, единственная в этом доме, была заперта.
Как научил вчера Виктор, бить надо чуть-чуть пониже замка, стараясь поразить воображаемую цель, сантиметрах в десяти за дверью. Что я и сделал. С негромким хрустом преграда поддалась, и я шагнул в кабинет.
С первого взгляда стало понятно, что в это место, кроме владельца, разумеется, не входил никто. То есть, входить-то, может быть, и входили, но этой святая святых никогда не касалась влажная тряпка уборщицы, и порядок хозяин любил наводить сам. Оставляя при этом всё в таком милом сердцу и привычном бардаке в котором, тем не мене всегда знаешь, где что лежит. Я окинул взглядом письменный стол с нагромождением кучи папок и разнокалиберных бумажек, не менее загромождённые книжные полки и подоконник.
Всё же, поразительная беспечность. Хранить дома пропуск на секретный военный объект. Хотя, где ж его ещё хранить? У любовницы, что ли? Да и, никто, кроме своих, не мог знать расположения комнат, планировку… В общем, как всегда, внутренний враг оказался сильнее происков империалистов. Ох, не завидую я мужику, но судьбы мира важнее.
Я зачем-то разозлился. Наверное, потому, что по моему глубокому разумению, все, что требуется людям - это не мешать. А уж они сами разберутся, где "нахес", а где "цорес", как говорят на моей второй, столь любезно предоставившей нам гражданство Родине. А тут мы прямо всё за всех решили и вперёд.
Вопрос чистоты перед своей совестью, несомненно экзистенциальный, то бишь сущностный. Но не верить Гроссмейстеру у меня не было причин и я, захватив всё, что хотел, вышел из здания. Надо сказать, что очутился я возле дома, попросту запрыгнув во двор из точки, отстоящей от посёлка километров на десять. Так что, теперь снова облачился в Модуль и взвился в воздух. В конце концов, у нас командный вид спорта, так что прикрытие наших задниц прерогатива Генерала.
– Достал?
– Виктор встретил меня лично, и в голосе его звучало волнение.
– Конечно.
– Я помахал перед его лицом небольшим свёртком.
– Что ж, тогда поехали.
Он завёл мотор и мы двинули в приют, где нас уже ждал Лёнька.
Поколдовав со своими Блоками-мониторами минут тридцать, он вручил мне маленькую чёрную коробочку.
– Ну, ни пуха.
Посылаю, причём всех без разбора, я более чем охотно, так что и в этот раз не постеснялся. Затем, мы с Виктором снова уселись в одну из машин, специально угнанных Ленкой для этой цели и направились в Москву. За рулём, кстати, сидела она сама, представляя сейчас нашу "транспортную компанию". Никаких особых происшествий не случилось, никто нас не остановил, и вскоре мы остановились у точки "перехода".