Люди
Шрифт:
Но потом он зацепился взглядом за цитату из статьи в «Earth and Planetary Science Letters» за 1989 год под названием «Свидетельства в поддержку экстремально быстрых вариаций геомагнитного поля при смене полярности». Авторами были указаны Роберт С. Коу и Мишель Прево, первый из Калифорнийского Университета в Санта-Крус, второй — из Universit'e des Sciences et Techniquesв Монпелье — надо полагать, в том, что во Франции, а не в Вермонте [20] . Санта-Крус был довольно уважаемым университетом, а второй — несколько щелчков мышкой — да, у второго также неплохая репутация. Но самой статьи в сети нет; как
20
Название столицы штата Вермонт — города Монтпилиер пишется почти так же, как название французского города Монпелье: Montpelier — Montpellier.
Мэри прошла через коридор, спустилась по лестнице и подошла к офису Джока Кригера на первом этаже. Она постучала, дождалась, пока из-за двери донесётся «Входите» и сделала именно как, как было сказано.
— Поймала, — сказала Мэри.
— Тогда не подходите близко, — сказал Джок, закрывая окно браузера.
Мэри была слишком возбуждена, чтобы оценить шутку, хотя она и дошла до неё позже.
— Я выяснила, как отличать глексенов от неандертальцев.
Джок поднялся со своего аэроновского кресла [21] .
— Вы уверены?
— Да, — ответила Мэри. — Это проще простого. У неандертальцев двадцать четыре пары хромосом, тогда как у нас только двадцать три. Это огромная разница, на генетическом уровне настолько же заметная, как разница между мужчиной и женщиной.
Седые брови Джока изогнулись.
— Если это так очевидно, то почему заняло столько времени?
Мэри объяснила, почему она поначалу ошибочно сосредоточилась на митохондриальной ДНК.
21
Офисное кресло особой конструкции.
— Ага, — сказал Джок, — понятно. Хорошая работа. Отличная.
Мэри улыбнулась, но её улыбка быстро помрачнела.
— Через пару недель будет ежегодное собрание Палеоантропологического общества, — сказала она. — Я бы хотела представить там неандертальский кариотип. Кто-то обязательно наткнётся на это рано или поздно, и мне бы хотелось утвердить свой приоритет.
Кригер нахмурился.
— Простите, Мэри, но в вашем контракте есть пункт о неразглашении.
Мэри приготовилась к схватке.
— Да, но…
Джок поднял руку.
— Нет-нет, вы правы. Простите. Рандовские привычки так просто не уходят. Да, разумеется, вы можете сделать доклад о своём открытии. Мир имеет право знать.
Элен Ганье оглядела сотни журналистов, собравшихся на парковке шахты «Крейгтон».
— Дамы и господа, — сказала она в укреплённый на телескопической штанге микрофон, — спасибо, что пришли. От лица народа Онтарио, народа Канады и народов всего мира я рада приветствовать двоих эмиссаров с параллельной Земли. Я знаю, что некоторые из вас уже знакомы с Понтером Боддетом, который в этот раз носит титул посланника. — Она сделала жест в сторону Понтера, и через мгновение Понтер осознал, что от него, вероятно, ждут какой-то реакции. Он поднял правую руку и энергично замахал ей в воздухе, что по какой-то причине вызвало оживление среди глексенских журналистов.
— А это, — продолжала Элен, — госпожа Тукана Прат, посол. Уверена,
— Мы рады встрече, — сказала Тукана. И попятилась от микрофона к своему месту.
Элен с помертвевшим лицом поспешила обратно к микрофону.
— Посол Прат имела в виду, — сказала она, — что, действуя от имени своего народа, она рада установить официальные отношения с нашим народом, и с нетерпением ожидает продуктивного и взаимовыгодного диалога по интересующим обе стороны вопросам. — Она повернулась к Тукане, словно ища одобрения своим словам. Тукана кивнула, и Элен продолжила: — Она надеется, что у наших двух народов имеется масса возможностей для сотрудничества и культурного обмена. — Она снова посмотрела на Тукану; по крайней мере, неандерталка не демонстрировала желания возразить. — И она хотела бы поблагодарить компанию «Инко», Нейтринную обсерваторию Садбери, мэра и городское собрание Садбери, правительство Канады и Организацию Объединённых Наций, где она завтра будет выступать, за их гостеприимство. — Она снова взглянула на Тукану и указала на микрофон. — Не так ли, госпожа Посол?
Тукана помедлила, затем снова приблизилась к микрофону.
— Э-э… да. Всё, что она сказала.
Журналисты взвыли.
Элен склонилась к Тукане; она накрыла микрофон ладонью, но Понтер всё равно различил её слова:
— До завтра нам предстоит ещё оченьмного поработать.
После того, как Мэри покинула его офис, Джок Кригер долго смотрел в окно. Он, разумеется, выбирал себе офис сам. Большинство выбрало бы вид на озеро, но это означало бы окно, обращённое на север, в сторону Канады. Окно Джока было обращено на юг, в сторону Штатов, но, поскольку здание «Синерджи Груп» стояло на песчаной косе, то в его поле зрения также попадала красивая пристань для яхт. Подперев голову сплетёнными пальцами, Кригер смотрел на свой мир и думал.
Самолёт канадских ВВС, доставивший их в Оттаву, поразил Тукану и Понтера до глубины души. Хотя неандертальцы и умели строить вертолёты, реактивные самолёты в их мире были неизвестны.
После того, как Тукана преодолела первое потрясения после взлёта, она обратилась к Элен.
— Простите, — сказала она. — Похоже, я не оправдала ваших ожиданий.
Элен нахмурилась.
— Скажем так: наши люди, как правило, ожидают немного больше помпы и церемониала.
Компаньон Туканы дважды пискнул.
— Ну, вы знаете, — пояснила Элен, — немного больше торжественности, каких-нибудь добрых слов.
— Но вы не сказали ничего существенного, — сказала Тукана.
Элен улыбнулась.
— Именно. Премьер у нас человек простой, так что сегодня у вас с ним проблем не будет. Но завтра вы окажетесь перед Генеральной Ассамблеей ООН, и они ожидают от вас речи подлиннее. — Она помолчала. — Простите, что спрашиваю — вы профессиональный дипломат?
— Конечно, — немного обиженно ответила Тукана. — Я провела много времени в Эвсое, Ранелассе и Налкану, представляя интересы Салдака. Но в таких дискуссиях мы предпочитаем как можно скорее переходить к делу.
— А вы не боитесь кого-нибудь обидеть такой бесцеремонностью?
— Как раз поэтому послы являются на такие переговоры лично, а не пользуются средствами связи. Таким образом мы можем во время разговора обонять их феромоны, а они — наши.
— Это работает, когда вы обращаетесь к большой группе людей?