Люффены
Шрифт:
У входной двери Дэльффен, укорив себя за забывчивость, вернулся в комнату и схватил с тумбочки коробочку с Кусспуссом. В коробочке с двух сторон имелись специальные отверстия, в них продевался длинный шнурок, который Дэльффен накидывал себе на шею. Кусспусс всегда находился рядом со своим хозяином, если тот отправлялся в поход или, скажем, уезжал с родителями навестить дальних родственников. Пересыпав в другую коробочку стёклышки, Дэльффен виновато проговорил:
– Кусспусс, я чуть тебя не забыл.
В ответ Кусспусс едва слышно фыркнул.
Выйдя
– Куда это ты направился с рюкзаком? – спросил Бубуль, приоткрыв левый глаз.
– Мы с Кусспуссом решили устроить небольшой пикник у реки, – сказав неправду, Дэльффен почувствовал себя очень неловко. Он почти никогда никого не обманывал и не любил, если обманывали его.
– Вот так повезло, – проворчал Бубуль. – На речку идёшь. А я вынужден сидеть на самом пекле. Зачем корзину поставили на солнцепёк? Специально, чтобы я поскорее высох и умер? Все ждут моей смерти!
– Корзина стояла в тени, – пояснил Дэльффен, переместив Бубуля в более выгодное местечко. – Ты же знаешь, тень постоянно двигается, она такая неугомонная.
Бубуль пробубнил что-то невразумительное, а Дэльффен, опасаясь появления бабушки, спешно скрылся за кустом шиповника.
***
Приблизительно через час на небо наползли сердитые серые тучки. А у самого горизонта чернела одна, но огромная чёрная туча. Наверное, она была главной в этом тучном царстве, оттого и перемещалась по небу не так быстро, а скорее, величественно.
– Как хорошо, Кусспусс, что я догадался взять непромокаемую куртку.
Надев её, Дэльффен подумал, что ему пора научиться контролировать свой страх. Как уже известно, в моменты сильного страха у люффенов на спине вырастают крылья, и если ты одет во что-нибудь симпатичное, это симпатичное неминуемо рвётся. Неоднократно у Дэльффена рвались рубашки, свитера и куртки. Бабушка, дедушка и родители давно научились справляться со страхом, поэтому крылья за их спинами не появлялись.
Постепенно чёрная туча заволокла собой всё небо. Она слопала многочисленные серые тучки и теперь одна главенствовала наверху, нагоняя ужас на всё живое. Дэльффену не давала покоя мысль, если он сильно испугается и не успеет снять с себя куртку, она непременно порвётся.
– Вот будет обидно, – сказал он, погладив коробочку с шуршащим внутри Кусспуссом.
Яркая молния появилась настолько внезапно, что Дэльффен вскрикнул. Спина слегка зачесалась.
– Мне не страшно! Совсем не страшно! – громко проговорил он, желая, чтобы и молния, и чёрная туча услышали эти слова и больше его не пугали.
Вскоре грянул гром, рассвирепел ветер, срывая с деревьев листья и ломая тонкие ветки. Один из порывов оказался настолько сильным, что кепка Дэльффена закружилась в воздухе и улетела.
– Моя любимая кепка, – вздохнул Дэльффен, понимая, что идти с каждым шагом становится всё труднее.
Будто пытался
И тут Дэльффен вспомнил про свою непромокаемую куртку. Он быстро снял и накинул её на круглый куст. Сам забрался под куст, положив на колени рюкзак. Кусспуссу Дэльффен насыпал стёклышек, для себя достал булочку и плитку шоколада. Никогда ещё бабушкины булочки не казались ему вкуснее, чем сейчас. Кругом всё гремит, сверкает, течёт и завывает, а он, Дэльффен, сидит под довольно хлипким укрытием и поедает булку с шоколадом.
– Увидели бы меня Тинни-Ти и Груру, – усмехнулся он. – Они бы мне наверняка позавидовали.
Потом мысли Дэльффена переключились на Бубуля. Вот уж кому сейчас хорошо. Сидит в своей корзине под проливным дождём и чувствует себя настоящим счастливчиком.
Невероятно, но после съеденных сладостей, Дэльффен сперва принялся зевать, а затем и вовсе улёгся поудобнее, подложив под голову рюкзак. Под шум непогоды он задремал. А проснувшись, с восторгом обнаружил, что на небе светит солнце, а вокруг – ни облачка.
– Можем идти дальше, Кусспусс. Погода нам разрешает.
У неглубокого оврага, заросшего вьюнами с цепкими усиками, Дэльффен повстречался с туманками. Эти пухлые прозрачно-белые облачка, дальние родственники густых туманов, никогда не нравились Дэльффену. Слишком болтливые и бесцеремонные. Вот и сейчас, заметив Дэльффена, туманки, непрестанно посмеиваясь, принялись кружить над ним, словно привидения.
– Куда идёшь? Хи-хи!
– Что у тебя в рюкзаке? Ха-ха!
– Какая чудная коробочка висит на шнурке. Хе-хе!
– Отстаньте, – отмахнулся Дэльффен. – Мне совершенно некогда с вами разговаривать. Я иду искать Зловреда.
– О-хо-о! – заголосили все туманки разом. – Какой глупый люффен! Идёт, сам не зная куда.
– Зловред забрал сначала мою маму, потом папу. Я должен его найти!
– Одумайся!!
– Смирись! – тараторили туманки. – Ты не вернёшь родителей.
Дэльффен нагнулся, поднял с земли ветку и, замахнувшись, бросил её в туманок.
Хихикнув, туманки разлетелись в разные стороны.
– Не попал! Промахнулся! – смеялись они.
Будучи хорошо воспитанным люффеном, Дэльффен никогда не бросил бы ветку, даже в легкомысленных туманок. Но сейчас, когда эти хихикающие прозрачные облака откровенно над ним издевались, да к тому же пытались отнять надежду, он рассердился не на шутку. Приказав себе не обращать на туманок внимания, Дэльффен продолжал идти вперёд, глядя себе под ноги. Какое-то время туманки следовать за ним, но вскоре отстали.