Люффены
Шрифт:
Солнце сильно припекало, Дэльффен вспомнил унесённую ветром кепку, подумав, что сейчас она пришлась бы ему кстати. Чуть погодя Дэльффен добрёл до тыквенного поля. Оно казалось бескрайним. Поле имело начало, но не имело конца. Тысячи, а быть может, миллионы маленьких тыковок, грели в солнечных лучах свои блестящие бока. Это зрелище настолько впечатлило Дэльффена, что он открыл коробочку и достал оттуда успевшего спрятаться в панцирь Кусспусса.
– Посмотри, какое поле, Кусспусс. А какие чудные тыковки!
Не изъявив желания насладиться такой красотой, Кусспусс продолжал отсиживаться в панцире
С каждым шагом Дэльффена Нечто увеличивалось в размерах. На несколько секунд Дэльффен даже рискнул предположить, что Нечто на самом деле не кто иной как Зловред. Ведь никто его не видел, а значит, выглядеть он может именно так. От подобных мыслей Дэльффену сделалось неуютно, ноги отяжелели, пришлось замедлить ход и быстро почесать спину, где в любой момент могли вырасти крылья.
Вспомнив, что отправился на поиски Зловреда, Дэльффен, пересилив себя и сильнее сжимая походный рюкзак, упорно продвигался вперёд. Он уже не обращал внимания на блестящие бока тыковок, более того, тыковки больше не казались ему милыми и красивыми.
Чем ближе Дэльффен подходил к странному Нечто, тем сильнее стучало в груди сердце. Стук отдавался в ушах и мешал прислушиваться к собственным шагам. Но вот подул лёгкий ветерок, Нечто зашевелилось, повернулось лицом к Дэльффену и слегка закачалось на месте.
– У-у-ух! – протяжно выдохнул Дэльффен, коснувшись пальцами взмокшего от волнения лба.
Перед ним стояло обычное огородное пугало. Хотя учитывая, что его установили в поле, правильнее будет назвать пугалом полевым.
К длинному, вбитому в землю шесту был прикреплён второй поперечный шест меньшего размера. Он служил сторожу тыквенного поля расставленными в стороны руками. На пугале красовался чёрный плащ, застёгнутый на золотистые пуговицы и перчатки, натянутые на концы поперечного шеста. Голову, сделанную из набитого ватой мешка, венчал поварской колпак с маленьким бантиком. Нос нарисовали краской, вместо рта зияла дыра, с выбивающейся из неё пожелтевшей ватой. Больше всего Дэльффена удивили глаза пугала, вернее, глаз, так как он почему-то был один. Крупный сверкающий янтарь смотрел на Дэльффена столь пристально, что делалось не по себе. Попятившись, Дэльффен спотыкнулся о тыквину и упал. Пугало покачнулось и ни с того ни с сего закашляло. Изо рта вывалилось несколько кусочков старой ваты.
– Осторожно! – миролюбиво проговорило пугало. – Смотреть надо, куда идёшь. Так и голову потерять недолго.
– Ты… Вы умеете разговаривать?
– А, по-твоему, я гожусь только для отпугивания птиц?
– Не знаю, – признался растерянный Дэльффен.
Пугало рассмеялось, и вновь из его рта посыпались кусочки ваты.
– Как ты здесь очутился? Уж не воровать ли тыквы пожаловал?
– Что вы?! – торопливо отозвался Дэльффен и, сам не ведая почему, рассказал
– Напрасно, – ответило пугало. – Напрасно ты пытаешься отыскать Зловреда. Поверь мне, а мне можно верить, Зловреда ты не найдёшь. Его нельзя найти, понимаешь?
– Нет, – мотнул головой Дэльффен. – Я мало знаю о Зловреде. Не могли бы вы рассказать мне о нём более подробно?
– Признаться, я и сам не слишком осведомлён. Хотя, конечно, за свою долгую жизнь всякого наслушался о Зловреде. Как тебе известно, он невидим, его появление можно почувствовать посредством сильнейшего страха и необоснованной тревоги. В большинстве случаев приход Зловреда заканчивается чьим-нибудь исчезновением. Я слышал, Зловред живёт на другой планете, и все те, кого он за собой утаскивают, оказываются на той планете пленниками. Они уже никогда не вернутся назад. Извини, малыш, но если твоих родителей действительно утащил Зловред, больше ты их не увидишь.
– Неправда, – всхлипнул Дэльффен, отказываясь верить пугалу.
– Ты слишком юн, а я очень старое пугало. На своём веку я многое повидал. Никому из тех, кто исчез при появлении Зловреда, не довелось вернуться. Увы, такова правда. Она жестока и бессердечна, но так уж устроена жизнь.
Сдерживаясь из последних сил, чтобы не расплакаться, Дэльффен спросил:
– Почему вы сказали, что Зловреда нельзя найти?
– Только он может найти тебя. Ты его не найдёшь, как ни старайся.
У Дэльффена защемило сердце от горя и тоски, нестерпимо хотелось заплакать, но он стеснялся присутствия пугала. Чуть погодя Дэльффен открыл рюкзак и достал мешочек с орехами.
– Я могу вас угостить, – сказал он пугалу.
– Буду очень признателен. Если тебе не трудно, положи несколько орехов мне в рот.
Когда пугало начало жевать орехи, Дэльффен осмелился поинтересоваться судьбой его второго янтарного глаза.
– Ты прав, когда-то у меня было два глаза, но позавчера один глаз унёс Зловред.
– О-ох! – вскрикнул Дэльффен. – Как же это возможно?
– Никогда не забуду этот пасмурный день, – медленно заговорило пугало. – Ближе к полудню я ощутил рядом с собой чьё-то присутствие. И, несмотря на то, что у меня нет сердца, и я не умею бояться, я по-настоящему испугался. Можешь себе такое представить? Испугался так, что с головы упал колпак.
– Отлично вас понимаю, – прошептал Дэльффен.
– Стало ясно, на поле появился Зловред. А когда страх сковал меня всей своей силой, я лишился глаза. Он просто испарился. Держу пари, Зловред пытался утащить с собой меня, но у него ничего не получилось, я ведь крепко вбит в землю. И тогда он от злости лишил меня глаза.
– Я вам сочувствую, – проговорил Дэльффен, положив в рот пугалу ещё несколько орехов.
– Теперь ты понимаешь, что тебе не стоит искать Зловреда? Это бесполезное занятие. Прислушайся к моему совету, возвращайся домой.
После разговора с пугалом Дэльффен был вынужден признать, что поступил необдуманно, уйдя из дома. Попрощавшись с новым знакомым, и выказав надежду, что они ещё обязательно встретятся, Дэльффен надел рюкзак и, придерживая коробочку с Кусспуссом, помчался домой.
– Только бы успеть до ужина, – тараторил он, пробегая мимо хихикающих туманок.