Люмени
Шрифт:
«Что это за чувство… принадлежать кому-то?»
Действие таблетки закончилось. Мария оглянулась и увидела рядом с собой компанию молодых людей, в глазах которых была лишь пустота: действие их таблеток еще длилось, глаза безучастно смотрели по сторонам, а мысли витали где-то далеко.
Мария вышла на улицу, снова обратив внимание на подвал рядом с клубом. В него постоянно кто-то заходил. В очередной раз какой-то скам вошел внутрь, и дверь с отвратительным металлическим скрежетом медленно закрылась за ним. И тут же на улицу вывалилась компания курящих парней.
«Значит, рядом с моим домом проходил кто-то из вот таких. Но, откуда у скамов сигареты?» – спрашивала себя Мария.
Впервые она захотела подойти к этим
«Что ей надо было от этих людей? Почему она им помогала? Почему она заботилась о них больше, чем обо мне?»
Ее размышления были прерваны внезапным появлением знакомой девушки. Мария узнала ее по силуэту, рукам и длинным распущенным волосам. Она была одета в белоснежное платье и казалась совершенной нимфой, буквально святящейся в темноте. Это та заготовщица, которая ранее отказалась подчиняться требованиям ВИ. Мария наблюдала, как она мило побеседовала с курящими, а затем они вместе спустились в подвал. Дверь всё с тем же мерзким скрежетом закрылась.
– Таня, ты можешь мне сказать, что там?
Конечно, ИИ могла сказать, что внутри этого подвала, ведь она уже просканировала его.
– Люди, человек двадцать. Они сидят за столами, употребляют напитки и втягивают дым.
Мария прикусила губу. Да, она выросла, не зная других мест, кроме интерактивной реальности и клубов. Но та девушка… она зачаровала Марию.
«О чем они разговаривают? Что думают о своей работе? Как они живут?»
Если она пойдет туда, то столкнется с неизвестностью. А что, если кто-то узнает, что она пошла туда? Что если заметят, как она разговаривает со скамом? Что о ней подумают?
Пока мысли метались в ее голове, она машинально сделала шаг вперед. Всего один раз. Она зайдет туда и посмотрит, что там. Один раз. Скорее всего, ее вообще выгонят.
– Таня, переведи себя в режим максимальной работы. Я хочу, чтобы ты записывала все, что я вижу, слышу, чувствую. Сканируй меня постоянно. И… подготовься вызывать экстренные службы в случае чего.
Между тем ИИ уже вовсю анализировал психическое состояние пользователя. Но она не могла запретить пользователю что-либо, лишь рекомендовать воздержаться от действий; в этот раз, учитывая решительность пользователя, было бесполезно даже пытаться, поэтому Таня выполнила указания Марии в точности.
Мария решительно подошла к двери, постучала – она открылась, на пороге стоял мужчина. Ничего необычного: костюм из очень дешевого материала, который не способен преображаться, взъерошенные волосы, усталые глаза.
– Привет! – сказал он, подняв руку.
– Здравс… – начала Мария, но затем решила ответить неформальностью на неформальность: – Привет!
– Я тебя никогда раньше здесь не видел.
– Я тебя тоже.
Мужчина засмеялся:
– Очень остроумно. Заходи.
Мария ступила вперед, но мужчина неожиданно загородил ей путь, выставив руку вперед.
– Если есть какие-то устройства с собой, то будь добра их сдать.
«Устройства? Но… у меня с собой ничего и не бывает. Только Таня, но о ней не стоит говорить».
– Нет, у меня ничего с собой нет, – сказала Мария, улыбнувшись.
Мужчина без вопросов, видимо поверив на слово, впустил ее внутрь.
Она спустилась вниз на несколько ступеней, оказавшись в плохо освещенном, наполненным сигаретным дымом, зале. Первое, что заметила Мария, – телевизор, работающий в углу. Не специальное устройство, с помощью которого на поверхность проецировалось изображение, а самый настоящий старый телевизор.
В голове тут же вспыхнули воспоминания.
Они только-только переехали из Подземного города в Город на поверхности. Сара разбирала вещи, а через несколько мгновений застыла над очередной
– Что там, мам? – полюбопытствовала Мария, подбежав к Саре.
Мария заглянула внутрь - что-то прямоугольное, с черным экраном. Странная вещь.
– Что это такое?
– Это… телевизор.
– Теле… визор? А что это такое?
– Это как проектор. Он проецирует изображение не на стену, а на экран, вот сюда.
Сара ткнула пальцем в черную, отражающую силуэты, поверхность.
Они тогда выкинули телевизор на помойку.
«Этот фильм по телевизору (на телевизоре? в телевизоре? – Мария никак не могла найти правильный предлог) я точно видела его. Кажется – “День независимости”».
Люди поглядывали на нее недоверчиво. Естественно, ведь по ее одежде сразу видно, что она не принадлежит их кругу. Еще и стоит, не шевелясь, посередине зала. Сначала ей казалось, что все рассматривают ее платье, потом закрылась мысль о том, что ее схватят, побьют и вышвырнут на улицу. Она поспешила успокоить себя: главное, чтобы никто не увидел достаточного заметного при обычных обстоятельствах шрама на затылке: там «располагалась» Таня, а точнее микросхема, связывающая ИИ и Марию.
Впереди, у барной стойки, Мария увидела несколько свободных стульев и поспешила сесть. Ей хотелось вдохнуть и прочувствовать весь этот ядовитый сигаретный дым, похожий скорее на туман, заполняющий пространство бара.
Таня замечала намного больше, чем пользователь. Ее глазами были как линзы Марии, так и старый компьютер, стоявший на барной стойке (на удивление - функционирующий), а также телевизор. Еще были какие-то устройства коммуникации, которые Таня идентифицировала как «мобильный телефон», но они были настолько примитивны, что она за секунду проанализировала и скопировала всю информацию себе в память, предварительно не проанализировав ценность сведений. Она просканировала людей: заготовщики, уборщики, повара, продавцы – в общем, незначительный рабочий персонал, который выполнял функции, требующие минимум навыков и знаний, а также других скамов. Все они могли быть спокойно заменены машинами, но тогда у таких людей не осталось бы вообще никакой работы, а соответственно, они получали бы меньший процент в продовольственном обеспечении. Выращиваемую в искусственной среде еду необходимо было распределять согласно занимаемым должностям в зависимости от принесения наибольшей пользы (согласно утвержденному Председателем Научного сообщества классификатору). Таким образом, проектировщик ракетных двигателей получал больше, чем, например, заготовщик, и выбор (не только в еде, но и во всех остальных социальных благах) был разнообразнее. Между тем, скамы не приносили пользы обществу, а даже наоборот, в какой-то степени усложняли (если говорить о времени) производство некоторых работ, но и просто избавиться от «ненужных» людей невозможно. Выдавать продовольствие просто так тоже нельзя – ресурсы в условиях нежизнеспособной планеты ограничены. И, в конце концов, каждый получает столько, сколько стоят его знания, умения и навыки.
Пока Таня скрупулезно мониторила окружающую обстановку, Мария рассматривала полки с бутылками, наполненными непонятными субстанциями. Таня выводила информацию о крепости напитков в процентах на линзы пользователя. Мария отвлеклась на девушку с длинными волосами: она стояла рядом с компанией молодых людей у дальнего конца стойки, смеялась и искренне улыбалась.
Затем неожиданно нимфа посмотрела на Марию.
Наверное, прошла целая вечность. Наконец девушка отвела взгляд и направилась к небольшой сцене. Она закрыла глаза, слегка наклонила голову к микрофону. Все, как по команде, замолчали и повернулись к ней.