Мадам посольша
Шрифт:
— Кто ты? — спросила она. — Что это за место? Почему я здесь?
Она едва верила в то, что случилось. Внутренний голос твердил ей: это всего лишь дурной сон, кошмар и ничего больше. Скоро я проснусь и все станет на свои места…
Лицо, склонившееся над ней, ожило. Красные губы резко выделялись на бледной коже, а черные глаза излучали ледяной холод. Жестокие глаза.
— С этого момента ты не должна задавать вопросы, Сандра, — сказал глубокий хрипловатый голос. — Ты здесь для того, чтобы повиноваться. И работать.
Женщина встала. Сандра увидела, что она высокая и худощавая. Черные
— Ты сошла с ума! — вот и все, что могла сказать Сандра.
Она попыталась встать, но резкая боль заставила ее снова опустить голову на подушку.
— А, хорошо! Очень хорошо! Нам нужны норовистые кобылицы! — воскликнула женщина.
— Где Мэй? Скажи мне, я настаиваю! Откуда я могу позвонить? Приедет Марк, он знает, что делать. Позволь мне позвонить ему. О, пожалуйста! Это какая-то ошибка!
— О нет, здесь нет никакой ошибки, мадемуазель де Монсе. — Женщина снова приблизилась к ней.
Сандре удалось приподняться.
— Не смей меня трогать! — истерично крикнула она, пытаясь оттолкнуть свою надзирательницу, но очень сильный удар свалил ее. Сандра ударилась головой о спинку кровати и расплакалась.
— Эй ты, перестань реветь, — прошептала женщина в красном, ни на минуту не терявшая самообладания. — Ты счастливица. Я уверена, что мы с тобой поладим и ты скоро узнаешь, что кафе «Америкен» — лучшее заведение в Касабланке.
6
Полуденную тишину нарушал только плеск фонтана во внутреннем дворике с многочисленными клумбами цветов. Тошнотворная жара дымкой повисла над томными телами трех девушек, рискнувших выйти наружу. Покрытые кремом для загара, они расположились на лежаках возле лимонного дерева. Остальные прятались в своих комнатах, избегая встречи с солнцем за закрытыми дверями. Женщина в красном, сидя за плетеным столом под галереей, раскладывала пасьянс. Не отрывая глаз от телефона, стоявшего у ее ног, она открыла короля пик и положила карту в ряд. Когда телефон зазвонил, женщина сняла трубку.
— Да, здравствуйте… Да, конечно. Скоро увидимся.
Она положила трубку и открыла семерку.
— Катя, месье Бен Хассер будет здесь через час. Он хочет тебя, — сказала она тоном, не терпящим возражений.
Одна из девушек встала с лежака и как будто с неохотой направилась к закрытым дверям.
— О’кей, Айс, я подготовлюсь.
Айс вновь вернулась к пасьянсу. Многие в Касабланке знали, что она железной рукой управляет своими девочками, но всего нескольким человекам было известно ее настоящее имя. Уроженка Мальты, она жила в Марокко уже двадцать лет и даже внешне полностью походила на местных жителей. Ничего, кроме настоящего, не беспокоило ее, но сегодня «настоящее» ей не нравилось. Слим Феррачи был одним из тех ее клиентов, которые никогда не приходили вовремя, и Айс, считавшая пунктуальность добродетелью, теряла терпение.
Невысокая арабская девушка в фартучке и в белой шапочке, еле держащейся на копне волос, робко подошла к женщине в красном, наклонилась и что-то прошептала ей на ухо.
— Ага!
Девушка, словно мышка, исчезла в глубине дома. Айс встала и привычным жестом разгладила платье на бедрах. Неторопливо направилась в приемную, пересекла прохладный холл и открыла дверь в свой офис. Это была большая светлая комната, скудно меблированная. При ее появлении с кресла поднялся толстый мужчина. На нем был помятый белый костюм. На голове, словно птичье гнездо, прилепилась феска. Когда он подносил к губам руку Айс, по его лицу пробежала слащавая улыбка. Но зеленые глаза, оттененные смуглой кожей, никого не могли обмануть, и менее всего Айс. Это были холодные и жестокие глаза рептилии, и они отчетливо говорили, кто здесь хозяин. Айс выдержала этот взгляд не моргнув.
— Ну и жара! — выдохнул Феррачи, снова опускаясь в кресло и вытирая брови сложенным носовым платком. — Однако это неплохо для бизнеса, а? Солнце размягчает сердца и тела.
Айс вставила в мундштук сигарету.
— Да, Феррачи, мы не испытываем недостатка в клиентах.
— Хорошо, хорошо! — И он с раздражением отогнал муху.
— Я полагаю, ты пришел посмотреть наше последнее приобретение? — спросила Айс, усаживаясь на уголок стола и вытягивая длинные ноги в черных чулках.
— Да, конечно… новая девочка… — Феррачи пристально смотрел на нее. — Конечно…
Айс в душе мстительно усмехнулась. Феррачи очень хотел ее. Еще с тех пор, как они пятнадцать лет назад начали совместное дело. В конце концов, разве не он здесь хозяин? Разве он не имеет права первой ночи со всеми обитательницами заведения и с мадам, которая опекает их?
— О’кей! — Феррачи, кажется, вздрогнул. — Давай посмотрим девушку.
Покачивая бедрами, Айс подошла к единственной в офисе картине с изображением обнаженного мужчины. Осторожно отодвинула и открыла маленькое стеклянное окошечко, через которое можно было заглянуть в красную комнату. Феррачи наклонился к нему и увидел «тюремную камеру», где уже четыре дня находилась в заточении Сандра.
Заплаканная, с исказившимися чертами лица, молодая женщина изо всех сил молотила кулаками в дверь, не зная, что толстые стены не пропускают ни звука.
— Плаксивая особа, но выглядит на пятерку, — сказал Феррачи. — Почему она еще не на работе?
Айс подвинула картину на место и вернулась к столу.
— Каждая рыбка должна привыкнуть к своему аквариуму, Феррачи, — сказала она. — А эта еще ничего не понимает.
Правая бровь Феррачи удивленно поползла вверх.
— Неужели жара размягчила и тебя, моя милая?
— Все дело в том, что она еще не готова, Феррачи. Маллован уже трахнул ее в Париже. Я жду его здесь через два дня.
— Хорошо, нам нужно несколько норовистых кобылок, поэтому не следует терять связей с Маллованом, не так ли? Я доверяю тебе, дорогая. — Феррачи встал, снова взял руку Айс и поднес к губам. — Два дня, не более.
Его зеленые глаза встретились с глазами Айс. Феррачи повернулся и с необычайной для такого тучного тела легкостью направился к двери. Когда он ушел, Айс вздохнула и сунула в мундштук другую сигарету, в который раз уже стараясь убедить себя в том, что работа на эту гнусную крысу не так уж и отвратительна.