Мадам
Шрифт:
Это был высокий и стройный брюнет с чувственным лицом и огромными черными глазами. Он мне настолько нравился, что я постоянно думала о нем, даже в постели с Ларри.
Пару дней мы довольствовались легким флиртом в казино под бдительным присмотром Ларри. На третий день я решила действовать и спровоцировала ссору с Ларри.
– Послушай, ты очень много проигрываешь. Если хочешь, продолжай играть, а я прогуляюсь, – сказала я.
Покинув Ларри, я направилась к бассейну, где назначила свидание этому мальчику. Он пришел со своим младшим братом, объяснив, что родители не разрешают им
Мальчики закурили. Мы сели на край бассейна немного поболтать. На мне было очень открытое платье, чем и не замедлили воспользоваться комары, буквально пожиравшие меня. Юноша предложил спастись бегством от этих противных насекомых, поднявшись к нему в номер. Чтобы не разбудить взрослых, мы прошли в его комнату на цыпочках.
Я была сильно возбуждена от одной только мысли о соблазнении этого юноши в такой обстановке. Когда он заключил меня в объятия и стал целовать, я сразу же стала раздеваться.
Он помог мне снять платье, нежно уложил на постель и разделся сам. Я приготовилась было руководить его ласками, как обычно, когда имею дело с молодыми любовниками на Пуэрто-Рико, но этого не понадобилось. В нем чувствовался такой сексуальный опыт, что Дон Жуан рядом с ним выглядел бы не более чем любителем.
Спустя полчаса, когда мы уже отдыхали, я полюбопытствовала:
– Интересно, откуда в таком возрасте такой опыт?
– Спасибо моему отцу, – усмехнулся он. – Я – студент и живу в Калифорнии. Отец как-то приехал ко мне и познакомил со своей любовницей. Однажды вечером мы вместе были на приеме. Отец завязал деловой разговор с одним из присутствующих. Я остался наедине с его девушкой – и мы познакомились поближе. Когда отец вернулся в Нью-Йорк, я продолжал с ней встречаться.
Он добавил, что любовница отца была кол-герл и на десять лет старше его.
Пока мы болтали, я посмотрела на часы и с ужасом заметила, что уже четыре часа утра. Прошло три часа, как я оставила Ларри в казино.
– О, Боже! Мне надо уходить! – сказала я юноше. – Меня ждет Ларри.
Я быстро оделась, но молодой человек настоял на том, чтобы меня проводить.
Мы сели в фуникулер и стали подниматься. Ярко светила луна, и я увидела Ларри на балконе. Он буквально сходил с ума от ревности. С того места, где он находился, Ларри мог ясно различить кабину и сидящих в ней. И, конечно же, он догадался о причине моего опоздания.
Фуникулер остановился, мы вошли в отель и быстро поднялись в номер. Мы увидели, как открылась дверь, и все мои вещи вылетели к нашим ногам. Я бы не удивилась, если бы вдруг выскочил Ларри с огромным ножом в руках. Я посоветовала мальчику уйти. Ларри не показывался, но я слышала, как он костерит моего юного друга:
– Маленький мерзавец! Ты переспал с моей женой! Ну, погоди: я расскажу твоим родителям! – вопил он.
Почти во всех номерах зажегся свет. Я пыталась открыть дверь, чтобы заставить его замолчать, но безуспешно – Ларри забаррикадировался.
Один из постояльцев отеля, видимо, возвращаясь из казино, показался в коридоре.
– Мне очень не хотелось бы вас беспокоить, но я забыла ключи. Не могли бы вы мне помочь? – спросила его я.
Мужчина выглядел усталым, но в помощи не отказал.
Он
– А, и вы тоже хотите переспать с моей женой?! Ну, я вам сейчас покажу!
Все жильцы высыпали в коридор. Ситуация была ужасно гадкая. Бесцеремонно втолкнув Ларри в номер, я влетела следом. Разразился дикий скандал. Мы набросились друг на друга и покатились по полу, но я была сильнее и вскоре оказалась наверху. Я схватила его за волосы и ударила головой о мраморный пол – раз, второй, третий. И тут поняла, что следующий удар может его убить.
Я отпустила Ларри. Оставшуюся часть ночи мне пришлось его успокаивать. Утром мы решили покинуть отель и уехать в Сан-Хуан.
После этого Ларри вернулся в Нью-Йорк. Без меня. Был канун Рождества. Большинство обитателей «Конкистадора» тоже приехали в Сан-Хуан встречать Новый год. Увидев меня, они кричали:
– А, это вы изменили своему мужу с мальчиком! Покатываясь со смеху, они объяснили, что эта история обошла весь отель.
И все-таки Ларри простил меня. Он же прекрасно понимает, что эти приключения не имеют для меня никакого значения. Напротив, более или менее длительные связи, которые у меня бывают с некоторыми клиентами, он не переносит.
Прошлой зимой я влюбилась в тридцатидвухлетнего банкира по имени Скип, как две капли воды похожего на Шона Коннери.
Ларри знал о нашей связи, но так как мой любовник платил мне, то закрывал на нее глаза. Приходя утром и видя чек, выписанный Скипом, он тут же успокаивался. Если же вдруг чека не было, Ларри приходил в ярость. Конечно же, это было чистой воды лицемерием, ведь деньги не мешали мне любить Скипа. К тому же мне нравится совмещать любовь, удовольствие и деньги. Иногда Скип платил просто баснословные суммы, чтобы провести со мной ночь. Он был по-настоящему красив и обладал изрядным чувством юмора.
Обычно он приходил к девяти часам вечера, располагался в салоне и развлекал девушек. Уверенный в своем неотразимом обаянии, он слонялся по всему дому в шелковом халате Ларри, специально его не запахивая, чтобы были видны некоторые интересные части его тела. Девушки его обожали, и если бы не существовало правила, запрещающего прикасаться к моим любовникам, наверняка отдавались бы ему бесплатно.
Когда я бывала со Скипом, больше для меня ничего не существовало. Так прекрасно было чувствовать себя вновь влюбленной. В рабочие часы он помогал мне обслуживать клиентов, наливать им напитки, прогуливаясь с белой салфеткой на руке, словно метрдотель. В свободное же время мы с увлечением занимались любовью.
Скип был еще ревнивее Ларри. Если он был у меня, то запрещал закрывать дверь из опасения, что я ему изменю, пока договариваюсь с клиентом об оплате. Однако его семейные проблемы и всепоглощающая работа вскоре превратила нашу страстную связь в нежную дружбу. Мы со Скипом встречаемся и сейчас.
Скип ушел, но его место тут же занял другой, и эта связь длилась дольше остальных. Такис, двадцатидевятилетний грек, однажды пришел ко мне, чтобы представить двух канадок, которые хотели работать у меня.