Мадам
Шрифт:
Подойдя ближе, я услышала, как она разговаривает со своим приятелем. У нее был мягкий чувственный голос, и это обстоятельство как бы помогло мне осознать, до чего же мне хочется немедленно заняться с ней любовью. Она не производила впечатление человека, помешанного на сексе, зато ее приятель – как раз наоборот, поэтому вначале я заговорила с ним.
– Привет, меня зовут Ксавьера. Хочу сделать довольно-таки необычное предложение. Надеюсь, оно вас не шокирует. Итак, мне бы очень хотелось заняться сексом с вами и вашей подружкой, особенно
Само собой разумеется, это было возможно. Он расхохотался и очень оживился. Только представив себе картинку, он чрезвычайно возбудился и передал мою просьбу приятельнице. Отреагировала та, пожалуй, даже слишком бурно, явно сочтя себя оскорбленной, затем нахмурилась и замолчала.
– Послушайте, – сказала тогда я. – Я не хотела бы создавать проблем. И если это так, то я отказываюсь от своего предложения. Но если у вас возникнет желание присоединиться ко мне и отправиться вместе на вечеринку к одному из моих друзей, албанскому политическому деятелю, то вы всегда будете там желанными гостями.
Молодой человек все же настоял на своем, и они вдвоем последовали за мной. Его звали Марвин, подругу – Лиза. Они встречались уже два года, хотя оба имели семьи.
Мы пробыли на приеме два часа. Я воспользовалась этим, чтобы сделать первые авансы Лизе и незаметно ее погладить. К полуночи Марвин и Лиза, разомлевшие от нескольких рюмок, согласились пойти ко мне.
Перед тем, как уйти, я подошла к одному из гостей, богатому техасцу, который, как мне показалось, очень скучал.
– Если вы дадите мне сто долларов, – заявила я, – то сможете неплохо развлечься. Наконец, могу вам пообещать одну из самых прекрасных ночей в вашей жизни. Я организую небольшую вечеринку с моими друзьями. Вы сможете посмотреть, как я занимаюсь любовью с прекрасной блондинкой, а затем – выбрать одну из нас.
Такое предложение не очень-то для меня привычно, однако я имела прекрасную возможность совместить работу и развлечение – и воспользовалась этим. Конечно же, о какой-либо плате Марвину и Лизе не могло быть и речи.
Когда мы прибыли ко мне, Лиза, забывшая по дороге о своей неприступности, начала медленно раздеваться. Ее тело было полно неги. Необычайно нежная кожа, упругая грудь, а губы – мягкие и теплые… Я поцеловала ее, а затем, не торопясь, стала ласкать ей нос, щеки, уши. Она расслабилась, вздохнула, потом вся задрожала. Я опустила ей руки на затылок и стала гладить шею. Мы упали на постель.
Ее тело настолько сильно меня возбуждало, что кровь стучала в висках. Поглаживая ее левую грудь, я целовала сосок правой, под моей рукой ставший твердым. Лиза тихо застонала, обхватила мою голову руками, стараясь опустить ее себе между ног. Я нежно раздвинула лепестки ее прекрасного цветка, и все ее тело подалось к моим губам. Я чувствовала, как увеличивается ее желание.
Марвин и техасец, наблюдавшие за этой сценой, не могли больше сдерживаться и тоже полезли в постель. Однако я приказала им:
– Уйдите,
Они повиновались. И я почувствовала себя мужчиной, защищающим свою даму.
Я вновь сконцентрировалась на Лизе. От ее тела исходил волнующий аромат жимолости. Опытным языком я ласкала ее клитор, она же, подталкивая мою голову руками, старалась, чтобы я проникла как можно глубже. И вдруг у меня появилось желание по-настоящему стать мужчиной, чтобы заполнить эту прекрасную пустоту. Она приподняла бедра, обхватила мою голову ногами. Затем все ее тело напряглось, и она испытала бурный оргазм.
Тут же Марвин бросился ко мне, а техасец занялся любовью с Лизой. Мои шумные вздохи смешивались с прерывистым страстным дыханием моей нежной любовницы.
Мы все были поистине ненасытны этой ночью, и только на рассвете техасец, никак не отваживавшийся поверить, что все происходило наяву, оделся и ушел. Марвин и Лиза последовали за ним, а я, полностью удовлетворенная, заснула.
Это стало началом совершенно безумных деньков. У меня было множество похождений, но я продолжала встречаться с Полем, которого тогда все еще любила.
Тем не менее мое положение уж очень напоминало то, что сложилось после отъезда Карла. Я рассказала Полю о своем свидании с Марвином и Лизой, смутно надеясь, что он поймет, до каких крайностей довело меня его отношение. Но он лишь спросил:
– Когда же мы проведем вечерок вчетвером?
Поль не участвовал до сих пор в подобных приключениях, и я поздно сообразила, что вовсе не следовало рассказывать ему об этом. По собственному горькому опыту я знала, что мужчины, раз попробовавшие обменяться партнершами, никогда больше от этого не отказываются.
Тем не менее, чтобы доставить удовольствие своему возлюбленному, однажды вечером я пригласила Марвина и Лизу в ресторан, а потом мы все вместе пошли к Полю.
Мы поставили большую кровать в центре комнаты и все вместе повалились на нее – и сеанс начался. Я обняла грудь Поля, намереваясь медленно добраться до его пениса, но, достигнув своей цели, обнаружила, что меня опередила Лиза.
Она целовала его с жадностью и, судя по всему, это ей нравилось. Впрочем, и Полю тоже. Они были настолько поглощены друг другом, что я почувствовала, как буквально с ума схожу от ревности.
Если я ничего не испытываю к находящемуся рядом со мной мужчине, то совершенно спокойно переношу, когда он занимается любовью с другой. Но если я влюблена – тут уж все наоборот!
В тот вечер я оказалась неспособной смотреть правде в глаза. Поль забавлялся с Лизой, ласкал ее, делал ей куннилингус. Я же оказалась настолько потрясенной, что даже не смогла на это смотреть и покинула комнату.
Марвин вышел следом и жадно обнял меня. Он мне вообще-то нравился, только совсем не возбуждал. Его губы были уж очень влажными и мягкими, а у меня как-то не возникало желания быть обслюнявленной.