Мафия
Шрифт:
— Всё Скворцова потрошили? — поинтересовался я.
— Нет, еще один данник Киреева, — пояснил следователь. — Директор магазина «Дары юга».
На экране возникло знакомое усатое лицо. Агеева я встречал несколько раз на заседании горисполкома, хотя знакомы лично мы не были. Судя по обстановке, допрос велся в кабинете Шмелева.
«…— Что ж получается, — бубнил директор. — Я значит, выложу вам все начистоту, а вы меня того… — Он сделал жест рукой, будто бы что-то схватил.
— Я, кажется, внятно
— Мягко стелете, Николай Павлович, — с подозрением смотрел на следователя Агеев.
— Экий вы Фома неверующий, — покачал головой следователь, раскрывая книгу в коленкоровом переплете и кладя перед допрашиваемым. — Читайте сами. Статья сто семьдесят четвертая… А вот комментарий к ней.
Агеев взял кодекс и стал читать, отстранив на расстояние вытянутой руки, — был, видимо, дальнозорким. Он молча шевелил губами, наморщив лоб, потом передал книгу Шмелеву.
— Поняли? — спросил тот.
— А что тут не понять, — вздохнул директор.
— Я хочу, чтобы вы хорошенько себе уяснили, — с нажимом сказал следователь. — От уголовной ответственности освобождается лишь тот, кто добровольно заявляет о случившемся! Понимаете, сам! И если у него вымогали. В противном же случае…
— Конечно, вымогали! — поспешно произнес Агеев. — Что я, дурак, буду сеять деньгами, яко пахарь? Буквально за горло взяли…
— Ну вот и расскажите подробнее.
— Понимаете, обэхзэсэсники начисто перекрыли кислород.
В каком смысле?
— Попробуйте поработать, когда тебя проверяют чуть ли не каждый день, — с мукой в голосе проговорил директор овощного магазина. — Цеплялись к чему надо и не надо. У нас товар специфический, деликатный… Короче, не буду утомлять вас тонкостями нашего дела… Не торговля получалась, а сплошной убыток. Хоть увольняйся! Вот я и вынужден был давать взятки.
— Кому?
— Кому, — усмехнулся Агеев. — Кирееву.
— За что? Конкретно?
— За то, чтобы отстал. Дал наконец спокойно работать.
— И только?
— Ничего себе только! Вздохнули, можно сказать, свободно.
— Ив какую сумму оценена услуга начальника ОБХСС?
— Три тысячи.
— Когда вы их ему дали?
— По сей день плачу ежемесячно три тысячи. — Агеев стряхнул с колен несуществующие пылинки. — Копейка в копейку.
— А кроме денег?
— Это само собой, — как о чем-то совершенно обыденном сказал директор. — Фрукты, овощи, консервы, коньяк, вино…
— Как вы ему это все передавали?
— Обычно он звонил и диктовал адрес: доставить то-то туда-то.
— А кто доставлял?
— Иногда шофер Киреева, но в основном мы.
— Кто это — мы?
— Чаще всего мой шофер Володя. Суслов
— На вашей служебной машине?
— Помилуйте, откуда у меня служебная? Личная! Иной раз я и сам подвозил.
— Можете вспомнить, кому предназначались эти подношения?
— Попробую, — потер лоб Агеев. — Самое свеженькое — буквально на прошлой неделе. Подвез прямо к поезду две корзины с фруктами и дюжину бутылок марочного вина. Вручил артисту Белову. Слышали небось о таком?
— А как лее, — кивнул следователь. — На каждом углу афиши… Еще?
— Заместителю министра Воронову, — перечислял директор. — На дачу… Генералу Авдюшко в правительственный санаторий… Да разве всех упомнишь?
— Надо вспомнить, Сергей Фролович.
— Многих я не знаю. Некоторых вообще в глаза не видел.
— Как это не видели? — удивился Шмелев.
— Очень просто. Киреев называл по телефону гостиницу или санаторий, номер комнаты… А в другие города и вовсе неизвестно, кому и куда.
— Вы и туда посылали?
— Еще сколько! Ящиками. Через проводников. Мое дело было упаковать и подвезти к поезду. А что дальше — никогда не интересовался.
— И много вы передали Кирееву за все время, я имею в виду деньгами и натурой?
— Могу сказать. — Директор некоторое время смотрел в потолок. — Деньгами семьдесят две тысячи, ну а товара — тысяч на шестнадцать. Примерно…»
Шмелев, не тот, что на телеэкране, а находящийся в кабинете, остановил звукозапись.
— Хорошо подоил Агеева Киреев, — заметил я.
— Не беспокойтесь, директор внакладе не остался, — с усмешкой произнес следователь. — Киреев отрабатывал свой «гонорар». Наш дорогой директор умолчал о том, что начальник ОБХСС надежно прикрывал его самого и продавцов магазина. Если говорить об обсчетах и обвесах в «Дарах юга», это замять для Киреева — мелочи. Куда важнее было подстраховывать Агеева от плановых и не плановых проверок. Их только еще задумывали, а директор уже был в курсе. Ну и, сами понимаете, заранее готовился. Нагрянут проверяющие, а у Сергея Фроловича все в ажуре. Комар носа не подточит. Отсюда и грамоты, вымпелы, первые места…
— Шофера Агеева допросили? — поинтересовался я.
— А как же. Все подтвердил. Но больше патрона не сказал ни слова. Кстати, знаете, сколько отваливает ему Агеев? Восемьсот рэ в месяц!
— Восемьсот? — поразился я. — Доктора наук столько не получают..
— Вот именно. А у самого директора зарплата всего-навсего двести пятьдесят. Заковыристый ребус, верно? — прищурился Шмелев.
— Не простой, — согласился я. — А с шофером Киреева говорили?
— Еще нет. Считаю — рано. — Николай Павлович сменил видеокассету. — А сейчас, Захар Петрович, увидите миллионера. Самого натурального…