Маг Данилка

Охотин Александр Анисимович

Я поднялся на второй этаж и увидел, что дверь нашей квартиры приоткрыта. Из квартиры доносились чужие голоса. Первое, что я услышал, войдя в прихожую, был голос старшего брата:

– Господа, – говорил Боря, – я всё-таки ещё раз предлагаю вам, пока по-хорошему предлагаю, покинуть пределы нашего жилища.

Я вошёл в комнату и увидел троих – двух драконовцев и одного дядьку «в штатском». Мама с папой стояли около стола, и вид у них был испуганный.

– Что значит по-хорошему? – спросил «штатский».

– Господин чиновник, я всегда говорю прямым

текстом, поэтому «по-хорошему» и означает не что иное, как «по-хорошему». И предупреждаю вас: не вынуждайте меня применять силу. Вы, наверное, слышали, чем я занимаюсь в институте? Если слышали, то должны знать, что я кое на что способен.

«Штатский» на это:

– Если вы, господин Мережкин, попытаетесь применить силу, мы вас просто скрутим и накостыляем – мало не покажется. К тому же, вы ещё и по закону ответите за сопроти…

Боря перебил его на полуслове:

– Господа, если я применю силу, вы будете беззащитнее младенцев, уверяю вас. К тому же вы ещё и по закону ответите. Заметьте, не я, а именно вы.

– Боря, не надо, ведь посадят в тюрьму, – умоляла мама.

– Мама, успокойся, – ответил Боря. – Я их самих сейчас куда-нибудь посажу.

– Не забывайтесь, гражданин Мережкин! Мы при исполнении, – начал «гражданский», – и если вы…

– Что если мы? – перебил его Боря.

В разговор вступил один из драконовцев:

– Василь Васильич, может, хватит с ним цацкаться? Вы же видите, что он издевается.

Давайте, скрутим его, да доставим куда надо. Там уж решим, что с ним делать. Может, в тюрьму посадим, чтоб другим неповадно было самоуправничать.

– Зачем в тюрьму? – вступил в разговор второй драконовец. – Лучше на хазу к Яшке Щербатому пристроим. Яшке нужны подневольные чернорабочие. Пусть там до конца, до издыхания вкалывает для нашей общей пользы.

– Давайте, действуйте, – одобрил это «решение» Василь Васильевич.

Но «продействовать» драконовцы успели всего один шаг. Они тут же нарвались на Борины кулаки. В общем, я такого ещё не видел, даже в кинобоевиках: всего два коротких удара, и драконовцы как мешки рухнули на пол. А ведь они были на голову выше брата и раза в полтора шире в плечах.

Пока охранники вставали на ноги, Боря успел повернуться к побледневшему от испуга Василь Васильевичу и сказать ему:

– Я вижу, вы ничего не поняли! Смотрите, до чего вы мать довели! У неё больное сердце и ей нельзя нервничать. Если с ней что-нибудь случиться, то вам не жить.

Драконовцы тем временем сумели подняться с пола, но чуть стояли на ногах. Они никак не могли сориентироваться в пространстве: искали пятый угол, как говорят в таких случаях. Но долго искать пятый угол им не пришлось. В общем, Боря ещё что-то сделал, и драконовцы застыли, словно каменные изваяния. Не зря он вместе с другими учёными изучал сверхвозможности человека. Вот он и использовал эту свою «сверхвозможность».

Один из троих, а именно Василь Васильич, начал что-то осознавать. Осознавал он медленно, но, в конце концов, он понял, что происходит что-то,

для него нехорошее. Двое других ничего ещё не осознавали, потому что время для них остановилось. Брат мне однажды уже показывал, как он останавливал время. В общем, картина Репина «Не ждали».

Василь Васильевич стоял, молча, вылупив глаза. Он был в шоке. А Боря говорит ему:

– Господин чиновник, у вас есть ещё вопросы, или вы всё поняли?

Василь Васильич молчал, переводя взгляд то на застывших драконовцев, то на Борю.

– Ну что ж, – говорит брат, – раз вы молчите, я вправе понимать это, как отказ от «мирного урегулирования» нашего конфликта. Сейчас вы прокатитесь с ветерком. И не забудьте доложить своему главному пахану, что я неуязвим. Ему лучше вообще «забыть» о моём существовании.

Василь Васильич что-то невразумительно промычал. Он всё ещё не мог отойти от шока. А брат продолжал:

Вы знаете, что там строится научный центр Академии Наук. Я руководитель научного центра. И вы это всё прекрасно знаете. Вы знаете, что есть постановление правительства о передаче нам той территории. Значит, вы знаете и то, что я не самовольный застройщик.

Василь Васильич всё-таки оправился от шока и заорал:

– Плевать нам на правительство! Есть решение суда и постановление Спиркина о вашем аресте! Для нас ЭТО закон, а не какое-то, там, вшивое правительство!

Не слушая бред, который нёс Василь Васильич, брат продолжал:

– И если ваш пахан не образумится, то я, на правах самообороны, уничтожу и его, и вас вместе с ним. А теперь отправляйтесь.

И… они «отправились»: и Василь Васильевич, и драконовцы. Я такого никогда ещё не видел. Неведомая сила кинула всех троих на пол. Они кубарем прокатились мимо меня и выкатились за дверь нашей квартиры. Я вышел следом за ними, чтобы посмотреть, что будет дальше.

А дальше они кувырком покатились вниз по ступенькам. Они хватались за стойки перил, пытаясь удержаться. Неведомая сила легко отрывала их от стоек. Эта сила несла их вон из подъезда. Я тоже выбежал во двор. Их прокувыркало мимо Данилки, и они влетели внутрь машины. Машину кубарем потащило по тротуару. Она, переворачиваясь с колёс на крышу и обратно, с грохотом скрылась за углом нашего дома.

Я был поражён тем, что происходит, а Данилка, почему-то, даже не удивился. Он стоял и с привычной солнечной улыбкой смотрел вслед кувыркающемуся железу. Он ещё спросил, с усмешкой:

– Куда это их отправили?

– Не знаю, – говорю. – Пошли, посмотрим?

Мы побежали следом. Около офиса агентства «Дракон» машина взлетела вверх. Она проломила стену на втором этаже и скрылась внутри здания.

– Ничего себе! – удивился я.

Странно, что Данил опять не удивился. Он только спросил:

– Кто это их так сурово?

– Брат, – говорю я.

– Витька, что ли?! – вот тут Данилка удивился, – что это они ему сделали-то, что он их так?

– Да нет, ты чего?! Витька же ещё маленький, он не смог бы. Да и ничего они Витьке не делали.