Маг - Ученик

Фейст Рэймонд Элиас

– Я полагаю, она тебе не нравится?

Томас пожал плечами. Откусив мяса, он сказал:

– Наша леди Карлайн достаточно хорошенькая, но я знаю свое место. Во всяком случае, я положил глаз на кое-кого другого.

Паг выпрямился.

– На кого?
– спросил он с любопытством.

– Не скажу, - ответил Томас с лукавой улыбкой.

Паг рассмеялся.

– Неала, верно?

У Томаса отвисла челюсть.

– Как ты узнал?

Паг попытался принять загадочный

вид.

– У нас, магов, свои способы.

Томас фыркнул.

– Какой ты маг! Такой же, как я - рыцарь-капитан королевской армии. Скажи, как ты узнал?

Паг рассмеялся.

– Здесь нет ничего таинственного. Каждый раз, когда ты видишь ее, ты начинаешь важничать в этом своем военном плаще и задираешь нос, как петух.

– Ты думаешь, она меня раскусила, да?
– озабоченно спросил Томас.

Паг улыбнулся как хорошо откормленный кот.

– Она тебя не раскусила. Я уверен, - он сделал паузу.
– Если она сама слепая, а остальные девчонки не показали ей это уже сто раз!

На лице Томаса появилось удрученное выражение.

– Что должна думать девушка?

– Кто знает, что они думают? Скорее всего, ей это нравится.

Томас глубокомысленно посмотрел на тарелку.

– Ты когда-нибудь думал о женитьбе?

Паг заморгал, как сова на ярком свету.

– Я... Я никогда не думал об этом. Я не знаю, женятся ли маги. Думаю, что нет.

– Солдаты тоже, в основном. Мастер Фэннон говорит, что солдат, который думает о семье не думает о службе, - Томас помолчал некоторое время.

– Кажется, это не мешает сержанту Гардану и некоторым другим солдатам.

Томас фыркнул, как будто эти исключения только доказывали его точку зрения.

– Иногда я пытаюсь представить себе, на что это похоже, иметь семью?

– У тебя есть семья, глупый. Это я здесь сирота.

– Я имею ввиду жену, дубоголовый, - Томас посмотрел на Пага взглядом, означающим "ты слишком туп, чтобы жить".
– И когда-нибудь детей, а не отца и мать.

Паг пожал плечами. Беседа перекинулась на темы, которые его смущали. Он был меньше обеспокоен тем, что станет взрослым, чем Томас.

– Я думаю, мы поженимся и заведем детей, если так будет надо.

Томас очень серьезно посмотрел на Пага, так как тот не внес никакой ясности в предмет обсуждения.

– Я воображал маленькую комнату где-нибудь в замке, и... я не могу представить, кем будет девушка, - он жевал пищу.
– Я думаю, с этим что-то не так.

– Не так?

– Как будто есть, что-то еще, чего я не понимаю... не знаю.

– Если ты не понимаешь, то как могу я понять?
– спросил Паг. Томас вдруг сменил тему.

– Мы ведь друзья, да?

Паг удивился:

– Конечно, друзья.

Ты мне как брат. Твои родители обращались со мной, как со своим собственным сыном. Почему ты об этом спрашиваешь?

Озадаченный, Томас поставил тарелку.

– Не знаю. Просто я иногда думаю, что все это как-то изменится. Ты собираешься стать магом, может быть, путешествовать по миру, встречаться с другими магами в дальних странах. Я же собираюсь стать солдатом, обязанным выполнять приказы господина. Я, скорее всего, не увижу ничего, кроме маленькой части Королевства, и то

только сопровождая герцога в его личной гвардии, если повезет.

Паг заволновался. Он никогда не видел, чтоб Томас так серьезно о чем-нибудь говорил. Он всегда был рад посмеяться и, казалось, никогда ни о чем не беспокоился.

– Не знаю, о чем ты думаешь, Томас, - сказал Паг, - но ничего не изменится. Несмотря ни на что, мы останемся друзьями.

Томас улыбнулся.

– Надеюсь, что ты прав, - он прислонился к стенке, и оба стали смотреть на звезды над морем и огни города, заключенные, как картина, в рамку ворот замка.

НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО Паг попытался умыться, но это было слишком трудно. Левый глаз не открывался вообще, а правый только наполовину. Лицо украшали большие синяки, а челюсть прыгала, когда он двигал ею из стороны в сторону. Фантус лежал на койке Пага, красные глаза блестели от солнца, проникавшего через башенное окно.

Дверь в комнату парня распахнулась, и внутрь вошел Калган в зеленом халате. Остановившись на мгновение, чтобы поглядеть на мальчика, он сел на койку и почесал дрейку брови, отчего тот довольно пророкотал.

– Вижу, вчерашний день ты не провел в бездействии, - сказал он.

– У меня были небольшие неприятности, сэр.

– Ну, драка - это занятие мальчиков, равно как и взрослых мужчин, и я полагаю, что другой мальчик выглядит по крайней мере так же плохо. Было бы стыдно не получить удовольствия дать столько же, сколько получил.

– Вы смеетесь надо мной.

– Только слегка, Паг. В юности я тоже дрался достаточно, но время мальчишеских драк прошло. Ты должен тратить свою энергию с большей пользой.

– Я знаю, Калган, но я был так расстроен, что когда этот дурень Ральф сказал это насчет того, что я сирота, во мне закипел гнев.

– Ну, осознание твоей вины в этом деле - хороший знак того, что ты становишься мужчиной. Большинство мальчишек попыталось бы оправдать свои действия, сваливая вину на какую-то мораль, заставляющую драться.

Паг подтащил стул и сел напротив мага. Калган достал трубку и начал наполнять ее.

– Паг, я думаю, что относительно твоего образования мы двигались неправильным путем.