Маг - Ученик
Шрифт:
– Это правда, что Братья Темной Тропы в родстве с эльфами?
Глаза Калина подернулись дымкой. Он помолчал некоторое время и сказал:
– Мы мало говорим о таких вещах, потому что мы хотим, чтобы многое из этого не было правдой. Могу тебе сказать следующее: между моим народом и Братством есть связь, хоть и древняя. Мы хотели бы, чтобы это не было так, но они действительно нам сродни. Иногда, очень редко, один из них возвращается к нам. Мы так и называем это: Возвращение, - было видно, что ему неприятно говорить на эту
– Прости, если...
– начал Паг.
– Не стоит извиняться за любопытство, Паг, - перебил Калин. Я просто больше ничего не буду говорить насчет этого.
Они говорили до поздней ночи, говорили о множестве разных вещей. Паг был очарован эльфийским принцем и польщен тем, что многое из того, что он сказал, было интересно Калину.
Наконец Калин сказал:
– Я должен идти. Хоть я и мало нуждаюсь в отдыхе, чуть-чуть мне все-же нужно. Думаю, что и тебе тоже.
Паг поднялся и сказал:
– Спасибо, что так много мне рассказал, - он, слегка смущаясь, улыбнулся.
– И за то, что поговорил о принцессе.
– Тебе это было нужно.
Паг отвел Калина в длинный зал, откуда слуга потом повел его в отведенные ему покои. Паг вернулся в свою комнату и лег спать. К нему тут же подобрался мокрый Фантус, раздраженно фыркающий на то, что приходится летать под дождем, и вскоре заснул. Но сам Паг смотрел на игру огня камина на потолке и заснуть не мог. Он пытался выкинуть из головы рассказы о странных воинах, но образы ярко одетых бойцов, бредущих через леса западных земель, делали сон невозможным.
НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО настроение у всех в замке Крайди было мрачным. Сплетни слуг уже распространились, и новости о цурани были всем известны, хотя и недоставало деталей. Каждый занимался своим делом, но одним ухом слушал рассуждения других о том, что предпримет герцог. Все были согласны в одном: Боррик конДуан, герцог Крайдийский, был не таким человеком, чтобы сидеть сложа руки и ждать. В скором времени что-то будет предпринято.
Паг сидел на стоге сена, наблюдая, как Томас упражняется с мечом, замахиваясь на столб, изображающий противника, ударяя слева, потом справа, и так снова и снова. Бил он равнодушно, и наконец в раздражении бросил меч на землю.
– Ничего не получается, - он подошел и сел рядом с Пагом. Интересно, о чем они там говорят.
Паг пожал плечами. Под словом "они" имелся в виду герцогский совет; сегодня их не просили туда приходить, и последние четыре часа истекали очень медленно.
Внезапно двор наполнился людьми, а слуги побежали к главным воротам.
– Пойдем, - сказал Томас. Паг спрыгнул со стога и последовал
за другом.
Они как раз обегали замок, и увидели, как стража расходится, как и вчера. Было холоднее, чем тогда, но дождя не было. Мальчишки забрались на ту же телегу, и Томас задрожал.
– Я думаю, в этом году снег выпадет рано. Может, даже завтра.
– Если так будет, то это
мяти. Тебе надо было надеть плащ. Ты потный после упражнений, и холодный воздух студит тебя.
На лице Томаса появилась болезненная гримаса.
– О боги, ты говоришь как моя мать.
Паг изобразил сердитость. Высоким и гнусавым голосом он произнес:
– И не прибегай ко мне весь синий от холода, кашляя и чихая и ища утешения, ибо здесь ты его не найдешь, Томас сын Мегара.
Томас ухмыльнулся.
– Теперь точно как она.
Они повернулись на звук открывающихся ворот. Герцог и эльфийская королева проводили других гостей из замка. Герцог вел королеву под руку. Королева поднесла руку ко рту и пропела несколько слов, негромко, но заглушая шум толпы. Слуги, стоящие во дворе, замолчали, и вскоре снаружи послышался топот копыт.
Двенадцать белых лошадей вбежали через ворота и встали на дыбы, приветствуя эльфийскую королеву. Эльфы быстро вскочили в седла, подняли руки, прощаясь с герцогом и, повернувшись, выехали.
Толпа постояла еще несколько минут, как будто люди не желали признавать, что они видели эльфов в последний раз, вероятно, даже последний раз в жизни, но потом она медленно рассосалась, и люди вернулись к работе.
Томас смотрел в даль, и Паг, повернувшись к нему, спросил:
– В чем дело?
– Хотел бы я когда-нибудь увидеть Эльвандар, - тихо сказал Томас.
– Может, и увидишь, - сказал Паг, потом добавил: Хотя я и сомневаюсь в этом. Ведь я буду магом, ты будешь солдатом, а королева будет править в Эльвандаре еще долгие годы после нашей смерти.
Томас рассмеялся, и прыгнул на Пага, повалив его на солому.
– Ой ли? Хорошо, я когда-нибудь побываю в Эльвандаре, - он подмял Пага под себя и уселся ему на грудь.
– И тогда я буду великим героем, у которого за плечами множество побед над цурани. Она примет меня с радостью, как почетного гостя. Что ты об этом думаешь?
Паг рассмеялся, и попытался спихнуть приятеля с себя.
– А я буду величайшим в мире магом.
Друзья засмеялись. Тут раздался голос:
– Паг! Вот ты где.
Томас слез, и Паг поднялся. К ним приближалась коренастая фигура кузнеца Гарделла. Он был крепкого телосложения с редкими волосами, но густой черной бородой. Руки были покрыты сажей, а фартук весь прожжен.
Он подошел к телеге, и положил руки на бедра.
– Я тебя везде искал. Я сделал вытяжку для твоего дымохода, как просил Калган.
Паг слез с телеги, Томас за ним. Они пошли за Гарделлом, к кузнице.
– Чертовски умная мысль, эта вытяжка, - сказал дородный кузнец.
– Я тридцать лет работаю в кузнице, и ни разу мне не приходило в голову, что кузничную вытяжку можно использовать в качестве дымохода. Пришлось сделать его сразу же, как Калган сказал: самому интересно.