Магическая статуэтка
Шрифт:
Но Ник лишь провел рукой по лицу, будто стряхивая остатки сна, и, жмурясь, уставился на стражника.
— Мне нужно дерево, то же самое, что и всегда. А до Оснея путь неблизкий.
Стражник почесал голову.
— Ты, по-моему, ездил за деревом всего дня три назад.
Ник сладко зевнул и пожал плечами.
— Дела нынче идут хорошо. Вот все и израсходовали. Мне-то что? Когда Алуред велит мне ехать за деревом, тогда я и еду.
Второй солдат Фесса кивком указал на четверку лошадей.
— А для чего тебе так много лошадей?
Ник зевнул
— Поклажа иной раз бывает тяжелая.
— Загляну-ка я к тебе в фургон.
Это был приказ, а не просьба, и не успел Ник ответить, как солдат в желтых доспехах уже направился к заднему концу фургона. Рэндал вцепился руками в борт фургона и прижался лбом к голым доскам.
«Надо как можно скорее создать иллюзию», — думал он, прислушиваясь к тяжелым шагам. Они звучали все ближе.
Юноша закрыл глаза и прошептал слова, изменяющие внешний вид. Едва он закончил, как тяжелые шаги стражника зазвучали совсем рядом. Теперь Рэндал совсем не слышал дыхания Лиз, зато Дагон пыхтел невыносимо громко. Если наемник решил осуществить свою угрозу, то Рэндал не сумеет ему помешать — малейшее движение разрушит хрупкую иллюзию.
Рэндал услышал, как зашелестел кусок парусины, поднимаемый сильной рукой, и собрал все силы, чтобы удержать рассыпающуюся иллюзию. От напряжения по лбу поползла тонкая струйка пота.
«Только доски и тени… человек Фесса должен увидеть только доски и тени», — без конца повторял он.
Парусина зашелестела опять — солдат выпустил край. Зазвучали шаги, удаляясь прежним путем вдоль фургона, и Рэндал услышал приглушенные голоса стражников.
— Все в порядке, там никого нет. Эберт, ты ручаешься за этого человека?
— Я знаком с ним больше года — более честного парня не найти отсюда до самого Видсегарда.
— Тогда ладно. Проезжай, плотник… и если по дороге в Осней увидишь пару мальчишек и с ними вооруженного наемника, не забудь сообщить нам об этом как можно скорее.
Рэндал услышал, как Ник еще раз зевнул, потом со скрипом открылись ворота.
— Буду смотреть в оба, — пообещал бывший волшебник, подавшийся в плотники, и прикрикнул на лошадей: — Н-но!
Дровяной фургон рванулся вперед и с грохотом выкатился из Северных ворот. За городскими стенами небо стало бледнеть, занималась заря. Вздохнув с облегчением, Рэндал отпустил иллюзию и сел, тяжело привалившись к стенке фургона. От усталости и пережитого страха у юноши стучали зубы.
К его руке тихонько прикоснулись пальцы Лиз.
— Рэндал, как ты себя чувствуешь?
Юный волшебник кивнул, успокаивая подругу, хоть и знал, что в темноте под парусиной она не видит его лица.
— Ничего страшного — просто устал, вот и все. Создавать иллюзии — тяжелая работа.
«Особенно если ты никогда не умел делать их как следует, — добавил юноша про себя, но у него хватило благоразумия не произносить этого вслух. До сих пор только уважение к его магическим способностям удерживало недовольного Дагона от неповиновения. — Если он обнаружит, как мало я умею, то заколет ножом в спину при первом же удобном случае».
—
— Послушайся Ника, — посоветовала Лиз. — Я покараулю, предупрежу, если появится опасность.
Рэндал хотел возразить, но вместо этого невольно зевнул. Как он ни боролся с усталостью, но через минуту все же крепко уснул.
Проснулся он оттого, что фургон остановился. Мгновение спустя сквозь сомкнутые веки пробился тусклый свет. Рэндал открыл глаза и обнаружил, что Ник откидывает парусинный верх с фургона. Юный волшебник огляделся по сторонам и не заметил ничего, что казалось бы опасным, и даже ничего интересного — вокруг лишь тянулась буроватая зелень лугов, окружавших Синжестон.
— Мы почти добрались до Оснея, — сообщил Ник. Плотник-подмастерье радостно улыбался, несмотря на то, что на волосах и курчавой бороде серебрились капельки пота. — Хорошо вы замаскировались там, у ворот. Я уж боялся, что все пропало.
Лиз оттолкнулась от стенки фургона и выпрямилась. Лютня в кожаном футляре, с которой она не рассталась ни на миг даже в самый разгар ночных приключений, лежала на полу возле ее ног.
— Я тоже боялась, — призналась она. — Спасибо, Рэнди.
Рэндал пожал плечами.
— Ночь была темная, при свете факелов почти ничего не видно, да они и не ожидали найти нас… На самом деле работа была не такая уж сложная, легче многих других иллюзий.
За спиной у Рэндала зашевелился Дагон. Он сел, потянулся и зевнул. Наемник тоже уснул на долгом пути из Синжестона. В его волосах и одежде застряли щепки и обломки коры, устилавшие пол фургона.
— Пора заканчивать, — сказал он, отряхнувшись. — Теперь, когда мы благополучно выбрались за ворота, можешь вручить мне сумку Брайса, и распрощаемся.
Рэндал покачал головой.
— Ну уж нет. Об этом мы не договаривались. — Он сомкнул пальцы вокруг статуэтки в кожаном мешке. — Мы в «Зеленой Ветви» еще не успели обсудить все подробности.
Дагон сердито повернулся к Рэндалу.
— Не увиливай, волшебник. Эта фигурка не твоя. Она принадлежит Варнарту, и уж я постараюсь, чтобы она попала к нему. — Он впился в юношу гневным взглядом. — Благодарю тебя за помощь, но теперь будь добр, отдай мне статуэтку.
— Я знаю, что она не моя, — ответил Рэндал. — Мне она не нужна, и я с радостью от нее избавился бы. Но я сам передам ее Варнарту, из рук в руки.
Лиз бросила на него взгляд, полный сомнения.
— Неужели тебе хочется опять впутываться в какие-то непонятные приключения?
— Не хочется, — ответил Рэндал. — Но в этой статуэтке кроется загадка… Вглядись в нее повнимательнее.
Он раскрыл кожаный мешок и достал фигурку из слоновой кости. Яркий свет дня еще выразительнее подчеркнул искусную работу неведомого художника: даже морщинки на старушечьих пальцах, сжимавших посох, были хорошо различимы, а глаза под нависшими бровями злобно сверкали и глядели по сторонам, как живые.