Магиня
Шрифт:
– Но на ней такого заклятия не было.
– Да, учитель, – покорно склонил голову маг. – Что-то истощило ее так, что Лоур всерьез опасается за ее жизнь. Но ни с метаморфом, ни с мальчишкой, ни с Дербером это никак не связано. Метаморф не позволил бы мне подойти, если бы это случилось по его вине: объединение требует одиночества. Тогда как мне показалось, что он сам испугался.
– Как считаешь, сколько ей еще восстанавливаться?
– Неделю, не меньше.
– Думаешь, она могла бы прийти в себя раньше?
– Исключено, – покачал
Неожиданно лер Альварис повернулся и внимательно посмотрел на возмужавшего ученика, которого когда-то учил искусству.
– Ты уверен?
Викран наконец увидел то, что заставило учителя глубоко задуматься, и ошарашенно замер – у основания игольника, презрев все щиты и охранные сети, закутавшись в плащ, безмятежно спала Айра. Все еще очень бледная, с босыми пятками, возле которых медленно шевелились усики Иголочки.
– Но как?!
– Не знаю, – медленно ответил директор на неподдельное изумление ученика. – Может, ты что подскажешь?
Викран оторопело проследил за заметно удлинившимися усиками игольника и застыл, увидев, что они сплетались вокруг измученной девушки своеобразным коконом и с поразительной скоростью восстанавливали ее истерзанную ауру.
– Такого не бывает, – деревянным голосом сообщил директору боевой маг. – Игольники умеют только забирать силу. Но никак не отдавать.
– Однако он это делает. И я вполне понимаю, почему девочка сюда так стремилась.
– Стремилась?!
– Да, – кивнул лер Альварис. – Полчаса назад ко мне влетел Лоур и заявил, что она исчезла из лечебного крыла. Причем он даже не понял, каким образом: защитные сети не тронуты, купол молчания вокруг ее постели не потревожен, исцеляющее заклятие не нарушено, а ее нет. Признаться, я сперва не поверил. Но наш дорогой Лоур так испугался, что пришлось самому смотреть на это чудо.
– И что?
– Он оказался прав, – спокойно сообщил директор. – Купол и заклятия на месте, а девочки нет. Правда, мне, в отличие от Лоура, удалось нащупать кончик недавно открытого портала и прийти по нему сюда.
– Она смогла сотворить портал?! – окончательно растерялся мастер Викран. – В таком состоянии?!
– Увы, мой ученик. Я не нашел следов чужой магии. А теперь стою тут и думаю: как же мы могли ее пропустить? И я, и Мергэ? И не поэтому ли при ее появлении не сработали наши сигнальные заклинания?
– Не уверен, – механическим голосом отозвался дер Соллен, пораженно следя за поведением игольника. – Такое впечатление, что их повредили.
– Тогда почему мы этого не заметили?
– Меня больше волнует другой вопрос: почему игольник ей помогает?
Лер Альварис странно хмыкнул.
– Как ты уже сказал: не имею ни малейшего понятия. Но, думаю, тот факт, что его пробудила именно она, плюс ее Земля, от которой даже Легран
Маг недоверчиво посмотрел.
– Легран в восторге?
– Еще в каком. Он почти двое суток проторчал с ней, надеясь, что девочка придет в себя и расскажет, где нашла себе метаморфа. И даже соизволил помочь Лоуру в деле исцеления нашей загадочной ученицы.
Викран посмотрел совсем странно.
– С каких это пор Легран стал интересоваться здоровьем адепток?
– Ну, Айра – не обычная адептка, – хмыкнул директор и в подтверждение своих слов кивнул в сторону игольника. – За кем еще это милое растение стало бы так заботливо ухаживать? Посмотри, он ее почти восстановил. Еще пара часов, и она полностью исцелится. Но знаешь, что самое забавное?
– Нет.
– Самое забавное в том, что и заклятие Лоура все еще работает!
– Не понял… – ошеломленно воззрился на учителя боевой маг.
– Да-да, – кивнул директор. – Сам бы не поверил, если бы не видел собственными глазами, но кто-то очень умный сумел подключиться к оборванному порталом лечебному заклятию Лоура и начал подпитывать его энергией. Так что это дитя по-прежнему находится под его воздействием, однако источником для него теперь служит не наш сердобольный целитель, а живой игольник. Смекаешь?
Викран остолбенело уставился на безмятежно спящую девушку, вокруг которой беспрестанно вились зеленые отростки, и наконец понял, что в этом коконе было неправильно: он был развернут наружу, а не внутрь, как положено. И на самом деле забирал извне сочащуюся из игольника силу, после чего направлял ее внутрь, по тонкой, едва заметной и упруго пульсирующей нити, начало которой терялось где-то под плащом девушки.
Он даже губу прикусил, поняв, что учитель совершенно прав. А затем заметил среди листьев и шипов игольника настороженно сверкающие глаза и едва не отшатнулся.
– Ты?!
Кер проворно выбрался из игольника и, приняв облик крысы, бесстрашно спрыгнул на землю возле спящей хозяйки. Деловито обнюхал ее руку, убедился, что все в порядке, властно перекусил призрачную нить исцеляющего заклятия и, обернувшись, недовольно заворчал, когда сразу оба мага качнулись навстречу.
– Вот так, – с неуместным смешком заключил лер Альварис. – Заклятие полностью выработало себя и больше не нужно: теперь это будет просто сон, спокойный и глубокий. Любопытно, да?
Боевой маг оторопело кивнул, а директор академии неожиданно улыбнулся.
– Мне кажется, Викран, тебе снова придется нести ее в лечебное крыло. Меня он, боюсь, не подпустит. А оставаться здесь и дальше будет для нее не слишком полезным.
Викран перехватил настороженный взгляд метаморфа, припомнил молниеносный щелчок его челюстей, задумался о возможных последствиях, но, повинуясь жесту учителя, со вздохом опустился на корточки.
– Ну что, охранный? Позволишь помочь вам еще раз?