Магма

Синицын Олег Геннадьевич

– Ведь знаете, – продолжил Евгений, – я искал это, но так до конца и не верил! Это было для меня вечным поиском. Вещи, которые я находил, не могли дать всей полноты ощущения. Только сейчас я чувствую, насколько мы близки к контакту с иным разумом.

Уолкер застыл, глядя на него: Элен смотрела на Кузнецова с непонятной грустью. Раш щелкнул фотоаппаратом, ослепив Евгения.

– Что вы делаете?! – воскликнул он.

– "Доктор Кузнецов на пороге своего открытия!" – произнес Раш и улыбнулся. – Хороший заголовок для газетной

статьи.

Кузнецов поднялся. Темнота пещеры звала его и манила. Теперь он как никогда был уверен в себе.

– Нужно идти! – произнес он глухо.

– Сначала необходимо одеться.

– У вас в рюкзаках находится темно-синий комбине­зон, – произнес Раш, доставая из своего рюкзака комбине­зон и показывая его остальным.

Кузнецов вытащил из рюкзака сшитый из тонкого капрона комбинезон. Чувствовалось, что он имеет небольшой слой утепляющего синтепона.

– Этот комбинезон называется изотермиком, – объяснил Раш. – Он надевается на голое тело.

– Но он же теплый! – удивилась Элен. – Сейчас и так жарко.

– Температура в пещерах обычно составляет четыре градуса по Цельсию. Может быть и ниже. Пусть сейчас вам будет жарко, зато потом вы скажете мне спасибо.

– Трусы тоже снимать? – спросил Кузнецов.

– Трусы можете оставить, – с усмешкой произнес Раш. Женя натянул на себя комбинезон. Немного великоват. Совсем чуть-чуть.

– А это что такое? – Удивленный вопрос Элен был искренним. Она указывала пальцем на большую молнию, квадратом охватывающую ягодицы костюма.

– Это называется «бомболюк», – терпеливо объяснил Раш. – Если вам захочется по большой нужде, в холодной пещере снимать весь комбинезон не придется. Достаточно расстегнуть молнию сзади.

Лицо Элен покрылось краской. Чтобы не показывать своего смущения, а заодно и переодеться, она зашла за скалу.

– Я готов! – отчеканил Уолкер.

– Теперь на изотермик нужно надеть другой комбине­зон. Он оранжевого цвета.

Кузнецов вытащил оранжевый комбинезон, сшитый из какой-то синтетической ткани. На локтях и коленях были пришиты темные заплаты. Женя потрогал одну. Жесткая. Кажется, туда была вставлена резина.

– В пещере все время за что-то задеваешь разными частями тела, – объяснил Раш, проследив за действиями Кузнецова. – Обычно эти части тела – колени и локти. А еще наколенники и налокотники помогают в узких пещерах, когда приходится ползти.

Женя влез в комбинезон, который, как и первый, сидел на нем свободно.

– Застегните молнию, затяните ремень, – наставлял Раш.

Теперь они выглядели членами одной команды – в оранжевых комбинезонах с выглядывающими из-под них темно-синими изотермиками.

– Носки надеваются сначала шерстяные, затем простые и самыми последними – капроновые. Это необходимо для того, чтобы ноги оставались сухими. Пот проходит сквозь шерстяной носок и осаждается на внешнем носке.

Когда верхний капроновый носок полностью пропитается, его можно заменить.

На три пары носков Кузнецов надел специальные ботинки.

– Прежде чем надеть каску с фонарем, найдите в сумке вязаную шапочку. Да, наденьте ее. Теперь надевайте защитную каску. Фонарь на каске питается от блока литиевых батарей «Дюраселл». Блока хватает на восемнадцать – двадцать часов. В рюкзаке имеется запасной блок батарей, а также в запаянном полиэтиленовом пакете комплект стеариновых свечей и спички.

Раш надел каску с фонарем. На шее при помощи специальных ремней он закрепил дополнительный фонарь.

– Теперь наденьте ремни страховочной системы. Я сейчас покажу, как это делается... Ремни затягиваются беседочным карабином. У вас имеются также другие карабины – для страховки, спуска, подъема...

Около тридцати минут Раш проверял и подгонял снаряжение на каждом из членов экспедиции.

– Кажется, все! – произнес он. За это время все успели вспотеть. Ожидаемый холод пещеры притягивал. Уолкер уже встал на ступени и ждал остальных.

– А свисток зачем? – спросил Кузнецов.

– Если будем находиться на отвесе – это лучший способ общаться между собой. Пещера искажает слова до неузнаваемости. Доктор Граббс?

– Я готова, – ответила Элен, натягивая перчатки.

– Тогда – вперед!

Но сразу окунуться в холод не удалось. В пещере стояла удушливая жара. Спертый воздух граничил со зловонием. Пройдя несколько метров вглубь, Раш включил свой фонарь. В следующее мгновение Кузнецову показалось, что на них обрушился свод. Стая летучих мышей, напуганная светом, сорвалась со свода и устремилась к выходу.

– Мама! – раздался крик Элен. Пронзительный писк летучих мышей перекрыл этот возглас.

Кузнецову в руки попалось одно из этих мерзких созданий. Мышь пронзительно пищала, Кузнецов брезгливо отдернул руки. Она упала на дне– пещеры, ее крылья распахнулись – их размах оказался не меньше восьмидесяти сан­тиметров.

Когда переполох, вызванный появлением обезумевших летучих мышей, кончился, путешественники двинулись впе­ред. Луч белого света от фонаря на каске Раша освещал путь метров на двадцать вперед. Уфолог двигался первым, приказав не включать остальные фонари.

– Так будет лучше, – сказал он, – пока дно пещеры ровное и не наблюдается провалов, лучше экономить батареи

Дно пещеры уходило вниз. Оно действительно было ров­ным. Похоже, пещера являлась искусственным сооружением, созданным древними индийцами. Хотя тоннель был прорыт в известняке, поражали аккуратность и объем проделанной работы. Насколько Женя представлял, известняк являлся мягким природным материалом, но ведь нужно же было не только прорубить геометрически правильный тоннель, но и вывезти из него тонны известняка.