Магнат
Шрифт:
Лишь к ночи удалось ознакомиться со всеми документами, оценить и рассортировать драгоценную добычу казака. Часть награбленного решили реализовать в Рио–де–Жанейро, продав заинтересованным лицам, а остальными секретами воспользоваться в оперативной работе. Отдельно отсортировали сведения, касающиеся государственных интересов Аргентины, чтобы сделать утречком подарок послу этой республики. Однако фотокопии и с этих документов тоже сделали и приобщили к архиву Кондрашова по Южной Америке.
— Не думаю, что скромное подношение аргентинскому послу сильно упростит нашу коммерческую задачу, —
— Зато в обмен на секретные документы мы получим солидные рекомендательные письма к президенту и парламенту Аргентины, — поднял указательный палец казак–коммерсант. — Нам не придётся топтаться в приёмной, как простым коммивояжёрам–попрошайкам.
— Ох, батюшка Алексей, простаками нас уж точно никто не посчитает, — не одобрял бандитские методы ярого анархиста генерал. — Как бы бразильские власти, сгоряча, не объявили казаков отпетыми грабителями.
— Выкупать ценные документы у местных мафиози никому не воспрещено, — невинно улыбнувшись, развёл руками святой инок. — Небось, завтра сами бразильцы в длинную очередь к Альваресу выстроятся. Товар–то уж больно ходовой, горячий.
— Да уж, умеют английские джентльмены на всех компромат собирать, — криво усмехнулся Беляев. — Добытые из сейфов бумаги дороже золота.
— Так уж и быть, бразильской охранке сдадим английских шпионов задаром, — расщедрился хитрый казак. — Пусть привыкают работать в тандеме с бандой Альвареса. Наша разведка ещё не раз местным коллегам посодействует. Мафии обязательно надо водить дружбу со спецслужбами, иначе придушат.
— Господин Ронин, увольте меня от досужих рассуждений, — недовольно поморщился благородный генерал. — Щекотливые темы обсуждайте лучше с полковником Кондрашовым, а я хотел бы поговорить о месте размещения казацкой колонии. И думаю, что Аргентина не совсем удовлетворяет вашим требованиям.
— Это крайняя страна континента, — пожал плечами атаман и рассмеялся. — Прохладнее только в Антарктиде.
— Да, в Аргентине климат для северного народа более приемлемый, — кивнул знаток географии. — Но вот политическая обстановка — абсолютно не подходит для создания независимой республики. Аргентина большая и экономически относительно развитая страна, с многомиллионным населением.
— Однако с недостаточно заселёнными территориями, — развернув на столе географическую карту, отметил полезную деталь атаман и хлопнул ладонью по изображению Аргентины. — Есть, где обосноваться большой колонии.
— Господин Ронин, я даже допускаю, что вам, каким–то чудом, удастся продать аргентинцам дорогущий броненосец, однако выкупить часть территории, уж точно, будет не по силам.
— Иван Тимофеевич, вы просто недооцениваете мои возможности, — загадочно улыбнувшись, подмигнул генералу казацкий шаман.
— Не тратте усилия понапрасну, господин Ронин, — подойдя ближе к столу, по–отечески положил руку Алексею на плечо пожилой генерал. — Действительно, подходящих для заселения земель в Аргентине предостаточно, но и власти у государства хватит, чтобы
— Конфликта с американскими буржуями казаки не боятся, — заносчиво вздёрнул подбородок революционер–анархист. — В скором времени прибудут сотни тысяч русских эмигрантов. Да и местные индейские племена поднимем на восстание — отобьём благодатную землицу у колонизаторов!
— А может, не будем влезать в кровопролитную авантюру? — успокаивающе похлопал по плечу буйного вождя революции опытный генерал. — Молодой человек, расклад сил в этой компании, явно, не в нашу пользу. У казацкого десанта нет ни сил, ни средств для ведения масштабных боевых действий. А для долговременной партизанской войны нет времени… Да, в общем–то, и желания воевать в уставшем от гражданской войны обществе не наблюдается.
— Иван Тимофеевич, догадываюсь, что у вас созрел хитрый план, как взять территорию без боя? — с прищуром глянул в лицо опытного стратега казацкий атаман.
— Господин главнокомандующий Южноамериканской казацкой республики, позвольте доложить сугубо личное видение ситуации, — генерал–майор посуровел лицом, отступил на шаг и вытянулся по стойке смирно.
Алексей смутился такого официоза и попытался вернуть беседу к дружеской неформальности.
— Иван Тимофеевич, я всегда уважал мнение настоящих профессионалов и прошу высказываться не чинясь.
— Хорошо, буду говорить предельно откровенно и… — Беляев глубоко вздохнул и, прямо глянув в глаза главы экспедиции, выдохнул: — нелицеприятно.
— Выслушаю без обид, — дружелюбно улыбнувшись, предложил широким жестом ладони присесть за стол с картой Алексей.
— Господин Ронин, вы — явный диктатор, — усевшись на стул и закинув ногу на ногу, с прищуром посмотрел на молодого революционера генерал. — И подчиняться никакой власти не желаете, ведь так?
— Я же анархист, — разведя руками, признал правоту суждения лихой атаман.
— Вот и я о том же, товарищ махновец, — наклонив корпус ближе к наглому казаку, нервно побарабанил пальцами по столешнице Беляев. — Любой вариант с организацией зависимой колонии эмигрантов вас не устроит — абсолютную свободу подавай.
— Э-э, тут батька Махно был не прав, — отрицательно покачал головой Алексей, заняв место за столом напротив Беляева. — Роль государства в построении свободного общества анархистами недооценена. Южноамериканские казаки пойдут по проторённой дороге, как наши предки в старину чужие земли осваивали.
— То есть, поддержка государства переселенцам необходима, — обвиняюще ткнул пальцем генерал в сторону собеседника. — Однако в своей вотчине казаки желают жить вольно.
— Точно так, — кивнул атаман.
— Русская держава слишком далека и сильно разорена, — указал рукой на безбрежную синь за открытым иллюминатором каюты Беляев. — Помощи от родины нам не дождаться.
— Можем черпать оттуда людские ресурсы, — откинувшись на спинку кресла, скрестил руки на груди Алексей. — И торговый потенциал огромный.