МакРив
Шрифт:
Ей показалось, что на его лице промелькнуло удивление.
– Ты скоро почувствуешь голод. Ваш вид не питается по-другому. Вы все паразиты. И не забывай, как сегодня утром твои глаза закатились, когда ты меня осушала.
Она вздрогнула.
– Это в прошлом. Теперь, когда я знаю, с чем имею дело, у меня преимущество.
– Ты не сможешь изменить то, кем являешься. В таком юном возрасте вскоре ты начнёшь распылять, испуская свои химикаты. Ты - бомба замедленного действия
– Не начну. Я найду способ это контролировать.
– При сильном
Жизнь без футбола, друзей и отца
МакРив, казалось, испытывал в этом отдельное удовольствие:
– Олимпиада для тебя закрыта. Сомневаюсь, что ты сможешь сдать мочу на анализ. Поскольку писать ты не можешь.
Её рот открылся.
– Да, именно. Как у вампиров, у вас нет физиологических функций. Очередное доказательство вашей аномальности. Неудивительно, что отец тебя бросил.
МакРив наслаждалсяэтим, приводя её понемногу в бешенство. Так он мстил ей, хотя она никогда не делала ему ничего плохого. Хватит.
– Спасибо за информацию, Пациент.
– Вовремя Ронан подсказал словечко. Раз уж ты, очевидно, закончил сыпать соль мне на раны, то с меня тоже хватит. Найди новую девочку для битья, потому что единственной моей ошибкой было поверить во всю эту чушь про подруг.
– Она потянулась за пультом от телевизора, игнорируя МакРива, словно тот был агрессивным фанатом.
– Ты не стремишься добиться моей благосклонности? Твоя жизнь в моих руках, а ты мне дерзишь?
Привыкай, мудак.
Но МакРив был не тем, кого можно игнорировать.
– Посмотри на меня.
– Не успела она моргнуть, как он навис сверху, прижав её руки над головой.
– Я сказал смотри на меня.
Вес его тела был сокрушающим, его эрекция вдавилась в неё, как стальная балка. Несмотря ненависть, она почувствовала, что начинает отзываться.
Почему она не может выключить это возбуждение? Потому что она - суккуб? Или потому что он - МакРив? В конце концов, черты, которые её привлекали в нём, остались неизменными: накачанное тело, золотые глаза, форма губ... искусный язык.
Воспоминание о его рте между ног заставило сердце забиться сильнее, её соски затвердели. Не думай об этом!
– Ты приползёшь ко мне, когда достаточно проголодаешься.
Она не отвела взгляд:
– Никогда. Ты мне отвратителен.
– Результат его обращения с нею.
Он глубоко вдохнул.
– Нет, отвращение - это не то, что ты чувствуешь. Я по запаху могу учуять, как сильно ты хочешь, чтобы я оказался внутри тебя.
Её щеки запылали, потому что это было правдой. Она до боли хотела, чтобы что-нибудь её заполнило.
–
Казалось, вопрос его удивил.
– От запаха возбуждённой Подруги ликану отчаянно хочется где-нибудь с ней уединиться для близости. Распыление заставит мужчину сорвать с суккуба одежду, чтобы спариться с ней, не сходя с места. Даже если на них будет смотреть весь клан.
А онтак и поступит, это если она начнёт распылять?
– Я уже сказала, что буду есть обычную пищу. Тогда не будет необходимости ни в каких распылениях. Нам даже не придётся дотрагиваться друг до друга.
Гневно толкнувшись бёдрами, он снова потёрся о неё своей эрекцией.
– Думаешь, удержишь при себе свои руки?
Она не могла отрицать свою физическую реакцию на него. Но придётся прояснить весь расклад.
– Скажем, меня действительно к тебе тянет - даже если я тебя презираю. Так в чём же разница между тем, что ты со мной делаешь, и тем, что, как ты думаешь, я сделаю с тобой?
Он нахмурился:
– О чём ты говоришь?
– Если ты заставляешь меня хотеть тебя против воли, то кто из нас суккуб? Твоя внешность– это твоё распыление. Объясни мне разницу.
На его лице мелькнуло озадаченное выражение, но потом вновь вспыхнула его ненависть.
– Я никогда не буду использовать свою внешность, чтобы насиловать других.
Она пихнула его. Но даже со своей новой силой она не могла сдвинуть его с места.
– Ты не должен опасаться этого с моей стороны, МакРив. Я предпочту умереть с голоду. С нетерпением жду этого момента, лишь бы не питаться от тебя.
Отпустив её, он встал, бросив на девушку испепеляющий взгляд.
– Я припомню это, когда ты будешь умолять, чтобы я тебя трахнул. И когда я буду вновь и вновь тебе в этом отказывать.
Глава двадцать восьмая
– Пасуй, Бен!
– прокричала Хлоя.
Вместе с Ронаном, Маду и ещё шестью другими игроками они организовали небольшой футбольный матч. Четыре дня прошло с того момента, как МакРив явил ей своего зверя, но тот факт, что все окружающие ликаны имели такого же внутри себя, до сих пор казался ей нереальным.
Ронан её «опекал», а она ускользала от него при помощи своей новой силы и скорости. Как самопровозглашённый директор по спорту в клане, она начала с ним тренировки. Увы, требовалось время, чтобы овладеть её техникой.
Она решила, что позиция директора по спорту займёт её и не даст сойти с ума - кроме того, Ронан был ей нужен, чтобы помочь с побегом.
Как обычно, за пределами поля под дубом сидел МакРив. Для человека, который так сильно её ненавидел, он наблюдал за ней постоянно, молчаливый, погружённый в свои мысли, будто ждущий, что она вот-вот упадет и "начнет молить его об этом".
К счастью, двойственность её природы позволяла справляться с позывами. В основном. Практически полностью, пока она занималась другими делами, а в её желудке была еда.