Мальчик с одним именем
Шрифт:
Руби видела, как второй выстрел Мэйтланда расщепил забор вдоль дороги. Пуля просвистела над её ухом, это заставило её остановиться. Осмотревшись, она заметила мужчину в пальто, прижатого к земле под второй огротроллештукой. Но как только она осознала, что первая размашисто шагала по дороге в её сторону, она усилием воли заставила себя побежать.
Это сработало только наполовину, поскольку правая нога шевелилась, а левая стойко сопротивлялась, из-за чего она буксовала по кругу на гравийной дороге. Руби замахала руками, словно мельница, в попытке удержать равновесие. Но эта попытка
Приземлившись на дорогу с громким хрустом, Руби лежала и от страха часто моргала. По ночному небу легко и плавно пронеслась падающая звезда, и внутренний голос сказал ей, что и она исчезнет, если не продолжит бежать. Она присела и как раз в тот момент услышала мерзкое рычание – огротроллештука выбралась из разрушенного забора.
– Кееееееееег, – с явным усилием прошептал Мэйтланд, и слово растворилось в воздухе. – Клююююч!
Шея Мэйтланда была горячей и липкой от крови, и Джонс возился с висевшей на ней серебряной цепью. Наконец, он нащупал. Пропущенный через неё ключ качался в дрожащих руках мальчика. Мэйтланд никогда не обсуждал ключ, необходимый для инициации Джонса. Так что момент настал. Никогда прежде такого не случалось.
Кровь окрасила зубы Мэйтланда, когда он улыбнулся, пожирая взглядом тело мёртвого огра, и попытался что-то сказать. Но у него получилось только кивнуть. Джонс положил ладонь на руку Мэйтланда и крепко сжал, словно мир мог в любой момент расколоться и отправить их в космос.
Из лёгких Мэйтланда выскользнул медленный, протяжный выдох. Его тело обмякло. И ночь сжалась вокруг Джонса, обхватила его горло чёрными пальцами, заполнив его глаза слезами.
– ДЖОНС! – вскричал револьвер, лежавший на гравийной дороге рядом с мертвецом. – Ты должен закончить эту работу. Тебе надо смотреть в оба, мальчик мой, как это сделал бы Мэйтланд. Иначе присоединишься к нему.
Джонс протёр глаза и заставил себя кивнуть. Он наконец услышал глухое рычание справа от себя и увидел Аркелла, всё ещё в виде огра, нависшего над девочкой. Она изо всех сил ползла по подъездной дороге в сторону основной. Но всякий раз, как ей удавалось проползти несколько метров, существо хватало её за лодыжку и тащило назад. Наконец, ему внезапно, кажется, надоела игра, и оно подняло девочку за ногу, заставив её кричать.
Джонс поместил ещё одну дробину в тяжи рогатки и выбрал цель – огромный лоб огра.
Серебряный шарик исчез, словно крошечная падающая звезда.
Ничего, кроме биения сердца…
…а затем ужасного воя. Огр уронил девочку и резко обернулся лицом к Джонсу. Красный ручеёк стекал по левой стороне его головы, однако рана быстро заживала. Джонс выругался и нащупал ещё один шарик в кармане пальто, в то время как существо, которое несколько минут назад было Аркеллом, с грохотом неслось к нему.
Руби приподнялась на локтях как раз в тот момент, когда мальчик выстрелил ещё раз. Огротроллетштука приземлилась на ноги, разбросав повсюду гравий, дёрнулась, а потом застыла. На какое-то мгновение настала абсолютная тишина.
А потом глаза Руби сами собой закрылись, и последнее, что она услышала, – это удар её затылка о гравий.
Джонс стоял над потерявшей сознание девочкой, чьи чёрные волосы разметались по подъездной дорожку, и смотрел, как она дышит, понимая, что работа ещё не закончена. Рогатка начала скрипеть, когда он натянул тяжи, прицелившись в лоб девочки.
Но его рука остановилась, когда девочка застонала и открыла глаза, и он взглянул в них.
– Сделай это, Джонс! – закричал револьвер, всё ещё лежавший на гравии. – Это для её же собственного блага. Она превратится, если её укусили. Ты же знаешь, как это происходит с оборотнями и какие беды они разносят.
Лицо девочки исказилось, и она попыталась сжаться в комочек, осознав, что должно было с ней произойти.
– Пожалуйста, – проскулила она. – Хватит.
Разные мысли столкнулись в голове Джонса, как только он взглянул в эти голубые глаза, полные страха.
– Ты ранена? – спросил он, держа в дрожащих руках рогатку, готовую выстрелить.
– Я не…
– Оно тебя укусило?
– Давай же, – закричал револьвер. – Достаточно даже одной маленькой царапины от оборотня!
Джонс внимательно осмотрел девочку и решил, что она была его ровесницей. Он искал порезы или укусы – знаки, предупреждающие, что она могла превратиться в огра, пусть и небольшого.
– Джонс! – снова вскрикнул револьвер.
Внезапно где-то глубоко в сознании Джонса всё прояснилось; он как следует натянул тяжи и выстрелил.
Глава 3
Дробь отскочила от гравия и пролетела рядом с головой Руби, заставив её вскрикнуть.
– Встань, – приказал мальчик, уже успевший перезарядить рогатку. – В следующий раз не промахнусь.
Руби медленно поднялась, не сводя с него глаз; камешки сыпались с неё, словно капли. Что-то непонятное продиралось сквозь её внутренности, и её начало тошнить.
– Следуй за мной, – продолжил мальчик, попятившись к дому, не упуская из виду Руби, которая пошла за ним. Он не был крупнее её. Его худощавое лицо было чумазым, а тёмные круги под глазами определённо делали его старше, чем он был на самом деле.
– Остановись здесь, – рявкнул он. Руби запнулась посреди дороги, всё ещё хорошо освещённой шаром света, который бросил в небо мужчина в бейсболке. – Посмотри на луну, – приказал он. – Мне надо увидеть, произойдёт ли с тобой что-нибудь. Тогда мы точно узнаем, прокляли тебя или нет.
Руби увидела луну над крышей дома – яркую и почти полную. Но она, хоть и сделала то, о чём просил мальчик, по-прежнему то и дело бросала взгляд на шар света, парящий над дорогой. Её мозг был перегружен, она силилась вычислить, как тот мужчина смог сделать подобное перед своей смертью, как вдруг внезапная дрожь охватила её тело, потому что она смогла вспомнить.
– У тебя кишка тонка, пацан, – закричал револьвер. – В чём смысл тут торчать – ждать, пока чёрт знает какая беда нагрянет? Как думаешь, что об этом сказал бы Мэйтланд?