Малёк
Шрифт:
9 апреля, воскресенье (Пасха)
08.50. Мы с мамой пошли в англиканскую церковь Святой Маргариты и обнаружили, что папа уже там — сидит, притворившись, что глубоко погружен в молитву. Когда он вернулся в свой ряд, я заметил, что вид у него совсем разобранный. Он был небрит, а рубашка мятая. (Видимо, жить с Фрэнком не так здорово, как казалось поначалу.) Мне понравилось петь псалмы, многие из которых я выучил в хоре и спел на всей громкости своим сопрано, которому вскоре предстояло прославиться на всю школу. Какая-то старушка с первого ряда обернулась во время службы и сказала, что у меня потрясающий голос. Местный священник был гораздо харизматичнее и спокойнее преподобного Бишопа и не отличался ни странным поведением, ни маниакальными жестами.
После службы
Приехав к Вомбат мы нашли ее в состоянии крайнего возбуждения. Она сказала, что спрятала пасхальные яйца вчера вечером, но забыла куда. Я посмотрел там, где она обычно их прячет (в баре, ящике с нижним бельем, на подоконнике, под раковиной), но яиц нигде не было. Маме пришлось удерживать бабулю, которая тут же вознамерилась звонить в полицию, обвинив Бастера Крэкнелла в похищении пасхальных яиц при отягчающих обстоятельствах. Мы заверили ее, что рано или поздно яйца найдутся (надеюсь, это случится прежде, чем они стухнут). В конце концов, на то оно и пасхальное воскресенье — в это день все воскресает к жизни.
По традиции, Вомбат угостила нас обедом в Королевском яхтенном клубе. Жуя жареного цыпленка и пытаясь игнорировать визгливые бабулины жалобы, я смотрел, как в гавань вплывает гигантский круизный лайнер. Четыре буксира вели его к пристани. Я спросил у мамы, и она сказала, что это «Королева Елизавета II» — самый шикарный лайнер в мире. Вомбат расплакалась и сказала, что в медовый месяц провела шесть незабываемых дней на «Королеве Елизавете». Мы с мамой перемигнулись — мы-то знаем, что в медовый месяц бабуля была в Маргите! [32]
32
Дешевый курорт в Англии.
Когда мы вернулись домой, папа был там, и они с мамой пошли в их спальню поговорить. Я позвонил Русалке и поздравил ее с Пасхой. Мы проговорили несколько часов, а потом папа вышел и начал готовить на кухне и петь оперные арии (таким хитрым образом показывая мне, что пора прекращать разговор). Он приготовил английский завтрак на ужин, после чего я сбежал в свою комнату и присоединился к Фродо на его пути в Мордор.
10 апреля, понедельник
Мама разбудила меня в 08.00 и сказала, что мне звонит какой-то человек и говорит, что это срочно. Я ответил на звонок хриплым со сна голосом.
— Проснись и пой, Мильтон! В такой денек не время спать! — Голос нельзя было спутать ни с чем — это был Викинг.
— Да, сэр… то есть нет, сэр, я уже проснулся.
Викинг рассмеялся и сказал, что хотя роль Оливера досталась мне, это не значит, что он не заметил, что актер из меня никудышный.
— Слушай сюда, Мильтон, — прорычал он своим громоподобным голосом, — я хотел лично поздравить тебя с большой удачей. Подумать только, после твоего жалкого выступления на первом прослушивании я даже не собирался пускать тебя в хор. Это та чертовка, жена вашего заведующего, упросила тебя оставить. И, будь я проклят, она оказалась права!
Я поблагодарил Викинга за то, что он дал мне шанс, но он прервал мои излияния словами:
— Теперь послушай, Мильтон, нам надо что-то сделать с твоим видом. Тебе нравятся белокурые кудряшки? — Я что-то промямлил, и он продолжал: — Хорошо. Итак, во-первых, ни в коем случае не стригись. Тебе и хору разрешили отрастить волосы. Поэтому, если решишь постричься, не мелочись и отрезай сразу голову! — Я заверил его, что не собираюсь стричься, и он приказал начинать учить роль сразу же, как только я вернусь в школу на следующей неделе. И повесил трубку.
Я тоже опустил трубку дрожащими руками. Светлые кудряшки, тысячный зал. От правды не убежишь, дорогой дневник — всего через несколько месяцев я стану звездой! Целый час разглядывал свое лицо в зеркале ванной. К сожалению, круглое лицо и нос пуговкой — не лучшие характеристики для покорителя женских сердец, но, может, светлые
12 апреля, среда
Решил подготовиться к славе, задав самому себе двадцать вопросов — все, что мир хочет узнать обо мне.
Имя: Джон Говард Мильтон
Возраст: 13 (почти 14)
Прозвище: Малёк
Дата рождения: 20 апреля 1976 года
Знак зодиака: Овен (хотя некоторые астрологи-отщепенцы считают, что это уже Телец)
Любимая еда: чеддер
Любимый напиток: ванильный молочный коктейль
Любимый фильм: «Красотка»
Любимая актриса: Джулия Робертс
Любимый актер: я сам (ха!)
Любимая книга: «Властелин колец» (я ее еще не дочитал, но Папаша говорит, что это лучшая книга в мире, поэтому в моем рейтинге она на ступень выше «Уловки 22»)
Нелюбимая книга: «Тайный дневник Адриана Моула» (любой дневник якобы мальчика, написанный женщиной по имени Сью Таунсенд, — полная фигня, можете мне поверить). Адриан Моул — голимый ботан, который не продержался бы и дня в нашей спальне. Даже Геккон круче этого прыщавого фаната энергетических напитков и таблеток! (Но книга смешная.)
Величайшее достижение: поцелуй с Русалкой, и еще я получил грант на бесплатное обучение в частной школе, что тоже неплохо
Любимый вид спорта: Крикет
Самый большой позор моей жизни: любое появление на людях с моими родителями
Самый смешной момент: любой из уроков английского с Папашей
Планы на будущее: стать великим актером, писателем и ученым
То, о чем не стоит знать моим фанатам: я веду дневник
Кем бы вы хотели стать больше всего на свете: бойфрендом Джулии Робертс
С кем бы вы хотели познакомиться: с Нельсоном Манделой
15 апреля, суббота
Как вы, наверное, уже поняли по серьезным пробелам в дневнике, мои каникулы оказались не такими уж насыщенными, как я рассчитывал. Русалочка уехала в походный лагерь для девочек. Папа на работе, а мама вечно бегает по делам. Старым друзьям из начальной школы я решил не звонить (мы так слезно прощались и жали друг другу руки, а с тех пор ни от одного из них ни слуху, ни духу).
Чем тратить время зря, последние дни я репетировал песни из «Оливера» и читал «Властелина колец». Я уже дошел до третьей книги — их всего три, — которая называется «Возвращение короля». Папаша прав — это потрясная книга, настолько клевая, что нельзя объяснить на словах. По системе оценки книг имени Мильтона (которая, не сомневаюсь, скоро станет знаменитой) этой книге досталось бы пять звезд.
Только что подумал о том, что в понедельник вечером в школу, — и, как ни удивительно, не могу дождаться этого момента. Мне так хочется поскорее начать репетировать и узнать, чем занимались остальные на каникулах, что я начал мечтать, чтобы выходные пролетели как можно быстрее. К тому же после трех недель в компании моей шизанутой семейки я уже начал сомневаться, все ли в порядке с головой у меня самого.
16 апреля, воскресенье
Папа отвез меня на поле регби-клуба «Крестоносцы», чтобы подготовить к грядущему сезону. По пути (мы ехали на нашем «рено-универсале», только что вернувшемся из ремонта) он давал мне всякие полезные советы, типа «целься ниже пояса» и «чем выше человек, тем ниже ему падать». Когда мы приехали, он достал видавший виды мяч, весь в кожаных ошметках. Он приказал мне встать на той стороне поля, подкинул мяч в воздух, замахнулся левой ногой и упал на траву. Когда я подбежал, он корчился на траве, сжимая свое левое бедро и крича от боли. Я побежал в раздевалку, позвонил маме, и примерно через полчаса та приехала вместе с Мардж на ее машине. Втроем мы погрузили папу в «универсал», и мама отвезла нас домой. Весь день она прикладывала ледяные компрессы к папиной поврежденной ноге. Он несколько часов стонал, как ему больно, потом прикончил наконец полбутылки «Джонни Уокера» и уснул.