Малыш
Шрифт:
– А Орден Геометров?
– Неужто вы всерьез, Дзиннер? Геометрическая магия давно уже показала свою полную неприменимость для любых боевых действий. Пока произведешь все построения, да сверишься со звездами, да разложишь ингредиенты, будешь десятки раз убит...
– И что вы предлагаете?
Альдин принялся расхаживать вокруг чаши с зеркалом.
– Объединение всех орденов должно быть обусловлено действительной безысходностью ситуации. Слишком много противоречий между школами, ты сам знаешь это, - Маг чуть понизил голос и доверительно перешел на "ты".
–
– старик сделал над собой явное усилие.
– Нет, я прошу. Прошу именно тебя разделить со мной тяготы и опасности этого похода.
Перед глазами Дзиннера встал увиденный в магическом зеркале эпизод: чудесный цветущий сад, за одну ночь выросший на каменистых горных склонах, накрывает поток невесть откуда взявшейся грязевой лавины. Он щелкнул пальцами по кровавому камню в массивном кольце, вгляделся в его рубиновую глубину и с достоинством произнес:
– Я готов разделить с тобой эту ношу.
Опираясь подбородком о навершие посоха, Альдин внимательно наблюдал за манипуляциями своего молодого коллеги: тот выдергивал и связывал лохмотья торчащих ниток в невзрачном коврике.
– Это... должно лететь?
– наконец, осторожно осведомился он.
– Это одна из последних наших разработок, - со скрытой гордостью отозвался Дзиннер. Коврик, поддавшись усилиям волшебника, оторвался от земли и завис футах в двух над площадкой. Механист взобрался на кажущийся непрочным и неустойчивым артефакт, скрестил ноги, умостил рядом туго набитый мешок и только тогда обернулся к спутнику:
– А ты как же? Неужели пешком?
Альдин небрежно отмахнулся, стоя уже в круге начертанных рун:
– За меня не беспокойся.
Вонзив в землю посох, старый маг окутался голубыми дымными клубами, и через мгновение на площадке восседал чрезвычайно крупный орел с Альдиновским проницательным взглядом человеческих глаз.
– К сожалению, без визуальных эффектов перевоплощение пока не удается, - посетовала птица голосом мага и мощными взмахами крыльев подняла себя в воздух.
Коврик механиста не поднимался выше трех футов над землей, к тому же тщательно повторяя все изгибы рельефа. Однако в воздухе держался уверенно, да и на управление им волшебник, похоже, силу почти не тратил. Альдин время от времени взмывал к облакам: отчасти, чтобы наметить дальнейший путь, отчасти - покрасоваться перед коллегой в образе орла. Впрочем, в последнем он не признавался даже себе.
Самолетный ковер вышел из-под контроля прямо над вонючим болотцем. Взбрыкнул, крутанулся на месте, заставив мага вцепиться в потертую бахрому, и рухнул в тину как простая дерюжка. Альдин уже был готов произнести цветистую колкость, но, обнаружив, что спутнику приходится тяжко - трясина медленно затягивала отягощенного мешком мага - живо пришел на помощь. Крепкий клюв вцепился в капюшон дорожного плаща, но орел напрасно бил крыльями: вес человека оказался ему не по силам.
– Бросай мешок!
– сердито крикнула птица.
– Нет, - замотал головой механист, ушедший в болото по грудь.
– Сгинешь.
Дзиннер
– И это твой хваленый способ полета?
– не смог удержаться от ехидства старик.
– Черте-что происходит с магнитными полями в этой местности, - ничуть не смутился механист. Он набросил на плечи тончайшую, отливающую синим металлом сеть, и теперь от быстро сохнущей одежды поднимался вонючий пар. Рунный маг покрутил носом и, сморщившись, нарисовал в воздухе замысловатую комбинацию знаков. Запах исчез.
Дальше они шли пешком. За гребнем каменистого холма открылась безмятежная цветущая долина. В воздухе витал аромат незнакомых цветов, свежий ветерок нес запах травы и влаги, придавая сил усталым путникам.
Дзиннер замешкался на границе зелени, пристегивая к одежде какие-то бесконечные сложно переплетающиеся ремешки. Удостоверившись, что на безмятежной равнине ни души, Альдин первым ступил на пружинящую поверхность заросшего луга.
В ту же секунду, взрывая клочьями землю, в десяти шагах от него взметнулись чудовищные щупальца и стремительно бросились к жертве. Десятилетиями отрабатываемые заклинания не подвели мэтра. Первая скользкая змея в мгновение ока вспыхнула бездымным, почти не видимым на солнце пламенем, вторая - съежилась, словно под ее толстой кожей разом исчезли все внутренности, третья враз обуглилась, и рухнула на цветущий ковер беспомощной головешкой. Но из-под земли лезли все новые щупальца.
Дзиннер рванул из ножен оружие. Странный клинок оказался не клинком вовсе - одной богато изукрашенной рукоятью. Пальцы мага, действуя заученно, что-то скрутили, что-то сдвинули в блестящей резьбе. Из узкой гарды вырвалась сияющая нить, хлестко ударила поперек ближайшего щупальца, легко перерубила его надвое и взвилась ввысь для следующего удара.
С чудовищами было покончено в две минуты, но долину, изуродованную дырами в земле и трупами червей, они все же обошли стороной. Едва не попав под оползень и, умаявшись переходом по голым холмам, остановились на ночевку у негустой рощи.
Альдин с превеликим тщанием рисовал на сырой земле обережный круг, выписывая прихотливые рунные вензеля, бормотал речевые формулы заклятий. О происшествии с чудовищами не вспоминали: Дзиннер - из гордости, старик - потому что никак не мог выдавить из себя слова благодарности по отношению к механисту, которого в душе продолжал считать юнцом.
Наконец, охранное заклятие было положено. Но молодому магу этого показалось мало. Мгновение - и вырвавшаяся из резной рукоятки ярко горящая в черноте ночи нить вторым обережным кольцом окружила крохотный лагерь, сплетаясь сама с собой в прихотливый узел. Альдин не смог сдержать любопытства, но вопрос задал самый невинный: