Мама с проблемами
Шрифт:
Мы с Митчелом остались наедине. В абсолютной тишине он сделал пару шагов по направлению ко мне. Я кожей ощущала растущее в помещении напряжение и заметно занервничала. В ушах эхом слышался стук сердца.
— Больше никогда так не делай, — сухо произнёс он, зависая надо мной мрачной тенью.
— Как? — совершенно по-глупому переспросила я, не в силах сообразить, что успела натворить за время своей отключки. Измазала подушку в слюнях?
— Не используй чары, которые приводят тебя к такому состоянию. Яра, ты была при смерти! — его голос заметно
— Такое уже не в первый раз. Это естественная реакция организма на сильную магию, — я постаралась звучать убедительно, что в моем состоянии было весьма непросто.
— Потому прошу тебя. Больше никогда так не делай.
— Если никого не придётся лечить в ближайшее время, — постаралась улыбнуться.
От этих слов Волдер вздрогнул, словно мои слова его задели. Нахмурил густые четкие брови, поджал губы.
— Да, ты права. Это моя вина, — сухо и даже как-то сдавленно произнёс он.
Так-та-а-ак.
— А ты тут при чём? — искренне удивилась я.
— Ну, моя просьба, Мираника… — неуверенно начал он. — Если бы я тебя не попросил, тебе бы не пришлось в этом участвовать.
— Перестань, — поморщилась я. — Если бы сама не захотела, я бы не стала этого делать. К тому же в случае с Мираникой… Моя магия вырвалась сама по себе. Я даже не уверена, что смогла бы остановиться. И я правда очень рада, что Мира пришла в себя.
— Спасибо тебе за это, — тихо откликнулся Митчел, переминаясь с ноги на ногу.
Я ощущала его неловкость, но в то же время радость от моего выздоровления. Чувствовала, что он хочет что-то сказать. Нечто важное.
— Волдер, спасибо, что приглядел за младшими детьми и перевёз их сюда. Но я соскучилась по дому и остальным. Я бы хотела вернуться.
— Исключено, — поспешно выдал Волдер. — Ты еще слишком слаба, тебе нужно прийти в норму.
— Но…
— У них всех хорошо. Цветочек за ними приглядывает, — уверил меня лорд Митчел. — Если ты хочешь повидаться с домочадцами, давай я приглашу их на ужин? Они могут переночевать… Если захотят, конечно. Старшие отказались перебираться в мой дом на время твоей болезни, я предлагал.
Волдер осторожно присел на край постели, не сводя с меня внимательного взгляда. Он словно опасался, что от любого резкого движения я могу развалиться. Хотелось его уверить, что со мной все хорошо и за меня не надо волноваться, но в то же время мне была безумно приятна его забота.
Настолько приятна, что я… Не захотела спорить.
— Будет здорово, если они придут на ужин, — мягко отозвалась я.
Но как только окончательно встану на ноги, все равно вернусь домой. Каким бы трепетным ни было отношение Волдера ко мне, к такому серьезному шагу, как переезд, я пока не готова. Или же я делаю поспешные выводы?..
— Волдер, я…
— Яра…
Мы заговорили одновременно. И одновременно неловко улыбнулись.
— Я очень рад, что тебе лучше. Я правда сильно переживал, — все же произнёс он, ладонью накрывая мою руку. — И я бы не хотел, чтобы ты продолжала
— Нет, я продолжу, — в моем голосе прорезалась серьезность и стойкость.
Митчел чуть сжал мою руку.
— Обсудим это, когда ты полностью оправишься, хорошо? — мягко произнёс он, вызывая мое внутреннее негодование.
Я уже через слишком многое прошла для того, чтобы сейчас развернуться на полпути. Мираника говорила, что знает чары, способные воссоздать образ сейфа — а значит, дело осталось за малым.
Я уже набрала побольше воздуха в легкие, чтобы вступить в дебаты, но дверь вновь отворилась. Остин нёс заставленный едой поднос, за ним семенили Мира с Неттой. Завершал процессию Лайн. Он виновато опустил взгляд, шел сгорбившись и понурив голову. Вот только ссадину на щеке и покосившиеся очки я все равно подметила.
Точно! Нетта же сказала, что он подрался. Как там говорят? Жизнь бьет ключом? В моем случае даже гаечным и по голове — слишком мягкое описание происходящих событий.
— Ну что, боец, за что подрался? — веселым тоном поинтересовалась я, обращаясь к Лайну.
Тот поднял на меня взгляд, нахмурился и вдруг неуверенно улыбнулся. По всей видимости, он ожидал, что я буду ругаться, и такая реакция заметно разрядила обстановку.
Завтрак прошёл чудесно. Младшие домашние наперебой рассказывали о событиях, произошедших за время моей вынужденной болезни. Вечер прошёл еще лучше — я с трудом проковыляла в столовую, способную вместить наше огромное семейство, но искренне порадовалась, увидев всех в полном составе.
А как они были рады… Эвен даже есть забывал, то и дело с подозрением поглядывая на меня и стараясь отводить от меня рабочие вопросы, которые так и сыпались со стороны Мии и Анни.
Меня держали взаперти пять дней. Нет, я не то чтобы жалуюсь. Тут и трехразовое питание, и удобная кровать, и мольберт под рукой. И Волдер…
Наши вечерние разговоры за чашкой кофе становились все более откровенными, более интересными. Мужчина рассказывал о своем прошлом, заставлял меня улыбаться и смеяться, иногда грустить. А я… я кусала язык, чтобы случайно не сболтнуть лишнего. Стену, которую выстроило мое иномирянское происхождение, сломать было не так просто.
— Наверное, буду я собираться домой, — пробормотала я, вклинившись в веселый рассказ Волдера о том, как они с Жилой воровали яблоки у ворчливого деда с огромной палкой в руках.
— Не торопишься ли ты с событиями? — усмехнулся мужчина, бросая на меня взгляд поверх чашки.
— Да нет, я уже хорошо себя чувствую, — сбивчиво отозвалась в ответ, вставая с кресла. Спальня, которую выделил мне хозяин дома, обросла мебелью за считанные часы. — Надо глянуть, что там творится без меня…
— Но ты бы могла и остаться, — взгляд стал пронзительнее, соблазнительнее. С каким-то подтекстом. Мужчина отставил чашку и поднялся мне навстречу.