Мама с проблемами
Шрифт:
Чувствуя себя не в своей тарелке, я осторожно прошла к предложенному месту, села на край, будто собиралась сбежать в любую минуту.
— Ярослава хотела поговорить с нами и задать волнующие ее вопросы, — тихо произнес Волдер, шагнув следом и остановившись у спинки моего кресла.
И от его близости стало как-то спокойнее. Не так тревожно, что ли.
— И о чем же хотела спросить твоя художница? — Мираника смотрела прямо на меня большими темными глазами, но будто не видела вовсе.
— Я… — голос резко осип, и мне пришлось брать себя
Это был опасный вопрос. Волдер по-прежнему думал, что Ильза — моя сестра. Не знаю, в курсе ли Митчел, куда она пропала, но хочется верить, что не подставлю своим вопросом детей. Я обязана выяснить хоть что-то о настоящей матери Нетты, Лайна и Эвена. Пусть младшая и говорила, что чувствует, будто мамы нет в живых. Но… если существует хоть какой-то шанс. Или просто воспоминание, которое я потом смогу передать детям о родной маме…
— Ильза, — Мираника покатала это имя на языке. — Ильза-а-а. Не знаю. Не слышала о такой. Нам редко удавалось встречать других. Нас всех держали как зверей.
Она криво усмехнулась и уставилась в пустоту справа от меня. Волдер мягко коснулся моего плеча и ободряюще сжал пальцы.
Ну да, я ведь спросила о сестре.
— Точно! — Мираника воскликнула, буквально подпрыгнув на месте, чем до чертиков меня напугала. — Ильза! Да, знала такую!
— И?..
— Она и года не продержалась, — безэмоционально отозвалась она. — Слишком слабая. В последние годы инквизиция тащит даже тех, у кого всего капля силы.
У меня болезненно сжалось сердце. Значит, Нетта была права.
Пальцы на моем плече стали тверже. Волдер будто старался передать мне все свое сожаление через прикосновение.
— Но вам удалось продержаться дольше? — осторожно продолжила я расспрос спустя несколько мгновений тишины. — Целых десять лет, Мираника…
За те дни, что были у меня на подумать, я перебрала в голове десятки версий произошедшего и возможного развития событий. Одни были радужными, другие мрачными и параноидальными. Этот вопрос родился из последних.
Если маги выживали максимум пять лет, то как Мираника смогла продержаться так долго? Как она смогла вернуться? Сама. Без помощи. Что, если это ловушка? Одна большая и страшная ловушка, в которую мы можем угодить в любую минуту.
— Желание отомстить и не на такое сподвигнет, — сухо проговорила она, выдыхая на каждом слове. — Я не жила, существовала. Мечтала вернуться и вырвать сердце предателю!
Она взвизгнула и замолчала, уставившись на угли.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы сопоставить факты. Волдер говорил, что Миранику сдал Мэв Черный. И его же… она успела полюбить? Заинтересоваться им? Что бы ни связывало в прошлом чародейку и бандита, это было сильным чувством. По крайней мере, с ее стороны.
— Но брат убил его до моего возвращения, — прошептала пересохшими губами Мираника. — Месть свершилась.
— А как вы…
— Маги умирают, когда у них кончается их сила, — безразличным тоном проговорила женщина, натянув плед повыше. — Тело умирает. Меня использовали долго. Очень долго. Говорили что-то о том, что я каким-то чудом умудряюсь пополнять резерв. А потом… все же иссушили. Полностью.
— Полностью? — непонимающе нахмурилась я. — Но вы живы.
— Да, я жива, — Мираника резко повернулась ко мне, прожгла злым взглядом. — Не знаю почему. Может, потому что хотела отомстить Мэву.
Она отвернулась, вновь погрузившись в созерцание тлеющих углей очага.
— Они посчитали, что я умерла. Выкинули вместе с остальными телами в море. Мне спасло бревно, за которое я зацепилась… Не знаю, сколько бы я продержалась, если бы не рыбаки, — она говорила это таким тоном, будто рассказывала о прогнозе погоды. — Они и спасли меня.
— Мне пришло письмо из дальней деревушки на севере королевства, — подтвердил ее слова Волдер. — Я ездил туда. Эти люди до сих пор не понимают, как моя сестра оказалась так далеко от берега. Да еще и в таком состоянии.
Я закусила губу. Значит, остров, который скрывают магией, не так уж и далеко от суши. Как же его до сих пор не нашли? Хоть один корабль да должен был наткнуться на него, какими бы заклинаниями ни укрывали тюрьму для магов.
— Ты правда думаешь, что король не знает о том, что происходит? — шепотом спросила я, повернувшись к Волдеру.
Это был еще один вопрос, ответ на который я хотела услышать. За то время, что мы не виделись, я говорила с Дэрией. Расспрашивала ее про сплетни, которые ходят вокруг храмов Новой веры. Сама я в эту тему не особо была посвящена. Как-то не до изучения религии было за все то время, что я тут находилась.
И подруга подтвердила, что тоже слышала слухи о том, что храмовники слишком уж легко привечают новых адептов веры. Подозрительно.
Как и тот факт, что простой люд слишком быстро отрекся от старых богов. Именно это и породило слухи об артефактах внушения.
В слухи я слабо верила. Зато поймала себя на мысли, что верю Волдеру. Верю в то, что, если мы все сделаем правильно, он сможет что-то изменить. Сможет открыть королю глаза.
— Может ли правитель быть их марионеткой? — дополнила я свой последний вопрос.
Митчел тяжело вздохнул. Его реакция была достаточно красноречива для того, чтобы понять: он не горел желанием отвечать на вопрос. Но все же решился:
— Именно король и попросил меня разобраться в том, что происходит. Подозреваю, что доверенных достаточно по всему королевству, и вместе мы сможем найти убедительные доказательства того, что инквизиция водит корону за нос. Думаю, не я один обратился за помощью к… кхм, магам. Мне кажется, это будет весомым поводом для того, чтобы в будущем пересмотреть отношение к чародеям по всему континенту. Может, не сразу, но…