Манагер [СИ]
Шрифт:
Идти до места было не очень далеко — с километра четыре, это место было прямо за вырубками, где мы работали. Я всё время изображал поиски — якобы, определялся по солнцу, смотрел на вершины деревьев и упорно шёл дальше и дальше от лагеря, в тут сторону, куда я ранее двигался во время побега. Всё это время солдаты зорко смотрели за каждым моим шагом, целя в меня из полунатянутых луков. Я с опаской посматривал на их орудия убийства — не дай бог у них начнётся какой-нибудь психоз, покажется, что у меня выросли крылья и демоническая голова, и тут же, в долю секунды, меня нашпигуют первоклассными стрелами. Ощущение было не из приятных.
Движение осуществлялось так: впереди шёл я, с умным видом вертя головой, позади старший охраны, тот, изверг, что надо
Когда терпение предводителя, шамана, уже стало иссякать — он хмурился, сплёвывал и чего-то бормотал под нос — видимо ругая меня, и себя, за то, что поддался, я остановился, и кивком головы подозвал к себе старшего:
— Развяжи руки, я должен над этим местом сделать пассы, иначе артефакт не покажется и мы зря ходили! Давай, быстрее, развязывай, солнце уже высоко, а его можно откапывать только утром!
Мои дурацкие фразы напоминали телевизионную рекламу и действовали на подсознание — вроде все слова понятны, но хрень несусветная и не выдерживает никакой критики. Но действовали они безотказно и тут, в новом мире — шаман кивнул головой, и старший охраны перерезал путы, стягивающие мне руки за спиной — шаман может и был не от мира сего, но вот старший охраны совсем не было лохом.
Впрочем — ему это не помогло — размяв руки, я начал совершать волнообразные движения руками и кружение на одном месте — со стороны, видимо, это напоминало одновременно своими движениями тай-цзы-цюань, чукотский танец чайки и выступление группы На-На. На аборигенов это произвело такое завораживающее действие, как танец Каа перед бандерлогами — так и хотелось им сказать — «Хорошо ли вам видно, бандерлоги?!» Всё-таки, от посещения ночных клубов есть своя польза — такой хрени насмотришься! Аборигены позавидовали бы этим диким клубным танцам..
Когда лица аборигенов разгладились и расслабились в священном ужасе перед колдующим демоном, я выбрал момент и со всей дури хряснул кулаком по голове старшего охраны.
Голова лопнула, как спелый арбуз и забрызгала окружающих серо-жёлтыми-красными брызгами, а я схватил труп, забросил себе на плечи, как рюкзак и со всей мочи побежал вперёд, стараясь бежать, резко меняя направление движения.
Тут же я почувствовал, как в труп на спине воткнулось не менее четырёх стрел, застрявших в его костях — лишь одна стрела пробила его насквозь и поранила мне лопатку. Но это было терпимо, и только подстегнуло меня в этой сумасшедшей гонке.
Забежав за стволы деревьев, я бросил свою «подушечку для иголок» и прибавил хода — благо что перед этим поспал, поел, а сила тяжести позволяла нести своё массивное тело лёгкими длинными прыжками, как будто бежал олень. Рядом пролетали и втыкались в землю, в стволы, длинные стрелы, но страха не было — только азарт — не возьмёте! Уйду! Куда вам против земного манагера, жалкие рабовладельцы!
Весь мир, насилья мы разрушим, до основанья, аааааа, затем!... аааа — я завопил тогда, когда стрела, уже на излёте, пробила мне руку у левого плеча и осталась торчать, заткнув дыру древком — и это хорошо, иначе я бы истёк кровью.
С удивлением я воззрился в инородный предмет, воткнувшийся в моё тело — боли не было — толчок, как будто ожог, и вот уже в руке стрела! Хорошо ещё, что не в кость — мясо всё-таки легче заживает. А я всё бежал и бежал, оставив далеко позади преследователей. Меня подстёгивал страх смерти, азарт — для меня это была как ролевая игра, и воля к свободе — ну не привык я быть рабом, не хочу я быть рабом, и не верю в бесконечные перерождения, в которых я в конце концов стану генеральным директором фирмы «АРРО», а ещё лучше её владельцами — Артёмом Михалычем и Романом Михалычем. Двумя сразу? Как это там? Двуликий Анус? Тьфу! Янус! Бежать...бежать...бежать...лёгкие разрываются от прогнанного через них воздуха, в крови кипит адреналин, в рука начинает ощутимо болеть — дёргает её, как электричеством. Ну, всегда я, как говорила бабушка, не обделаюсь, так в готовое влезу!
Вот уже два человека на моей совести...сколько их ещё будет? А сколько надо, столько и будет! Кто с мечом к нам придёт, тому хреново будет — как говорил Александр Невский. Ну, может и не так говорил, но смысл тот же. Бежать....бежать...бежать... Под ногами хлюп-хлюп-хлюп...вот и река — направление понятно, река мне до лампочки — лучше подальше от неё — пить всё равно из лианы, а полезешь к реке, окажешься у крокодилокаракатицы в пасти. Да ну её нафиг, пусть живёт — отравится ещё мной.. бежать...бежать...бежать... Это я просто олимпийский бегун уже! Сколько бегу, да ещё со стрелой в плече — мне не золотую, мне бриллиантовую медаль надо давать! Или жизнь...
Выдохся я не скоро — примерно через час я перешёл со сплошного бега на тот, что применяют спецвойска при длительных перемещениях — сорок пять минут бега — пятнадцать минут шагом, и так часами. Конечно, я не спецназ, но на мне нет тридцати килограммов их снаряжения, и сила тяжести тут вполовину.
Интересные мысли лезут в голову, пока бежишь, как загнанный олень — а может это Земля, но только в прошлом? Много, много сотен миллионов лет назад? А почему нет? Или, скажем так — один из вариантов Земли! Сила тяжести меньше? А если представить, что некогда в Землю ударил огромный планетоид, ну, типа Луны, и прилип к ней — жизнь уничтожена, всё заново, вот и получилась новая Земля. А это старая.
Тьфу! Начитался инетских баек...далее идея о параллельных мирах будет более реальна, чем моя теория.
Выбросить из головы всё это и заняться практическими вещами — надо удалить стрелу из руки, промыть рану, а потом опять бежать. Не удалённая стрела цепляется за кусты и причиняет дикую боль — шок от попадания прошёл, и уже несколько часов я просто вою от боли, когда случайно цепляю ветку куста.
Выбрав площадку посуше, я согнал с неё стаю гигантских бабочек, больше напоминающих летающие дамские веера, чем насекомых, и уселся на ствол упавшего дерева, предварительно убедившись, что под задницей не шевелится гиганская многоножка или жук величиной с кулак. После работы на вырубках я научился это делать автоматически — после того, как увидел личинок многоножки вылезающих из задницы несчастного раба — она отложила в него яйца так ловко, что он даже этого не заметил. Говорят, они при откладке яиц в тело живых объектов и во время нахождения внутри тела выделяют какое-то специальное вещество, полностью удаляющее боль и даже приносящее эйфорическое состояние. Человек замечает, что его едят изнутри только тогда, когда из прогрызенной в нём дырки ворохом сыплются бравые многоножки. Только уже бывает поздно — от внутренних органов почти ничего не остаётся.
Вокруг было чисто, есть меня никто не собирался, и я приступил к изъятию проклятой стрелы. Перво-наперво надо избавиться от наконечника — я переломил стрелу возле этого прекрасного изделия из обсидиана — вулканического стекла, завывая от боли и матерясь так и такими ругательствами, что и не подозревал, что их знаю. Переломить одно дело, а надо его и открутить обломок — а это вот было трудно. Дерево очень прочное, волокнистое, высушено на славу.
Через пять минут мучений, и это сделал. Теперь осторожно потянуть за оперённый конец...ой, как больно! ААААА! — гадина! Меня пробило такой болью, что тут же вытошнило. Из раны потекла кровь, которую я попытался унять, обмотав руку листом растения, похожего на банан. Ну я же не сказал, что это был банан — похожий на банан, как я его себе представляю. Да наплевать! Обмотал, и всё тут! Вроде как кровь утихла, и перестала капать — и вовремя. С отвращением я увидел, что к моей крови, накапавшей на зелёный мох, кинулась целая вереница каких-то жучков и паучков, жадно поглощающих мою вкусную начинку. Представилось — вот так уснёшь на земле — проснёшься ли? А ведь придётся спать, куда деваться? Только вот надо будет уши заткнуть, чтобы не залезли уховёртки и жуки всякие. Тут же ехидный голос изнутри спросил — а ноздри и задницу тоже прикроешь?