Мангуст
Шрифт:
— Полностью поддерживаю такую точку зрения, — усмехнулся Михаил. — Но к сожалению, эти парни придерживаются другой.
Пока Мангуст разговаривал с принцессой, пятёрка Барсука подошла к ним совсем близко. Лица игроков буквально светились от предвкушения лёгкой добычи — один боец шестого уровня не представлялся им хоть сколько-нибудь серьёзным препятствием на пути к награде за квест. Михаил это понимал, но всё же предпринял попытку договориться.
— Ребята, вот реально не до вас, — сказал Мангуст, тяжело вздохнув. — Просто уйдите с дороги!
— Смеёшься? — удивлённо воскликнул один
— Нет. Не смеюсь. Действительно, нам сейчас не до вас. Мы усталые и злые.
— Зато нам до вас! — ответил Барсук и расплылся в неприятной улыбке. — А вот ты как раз таки можешь уйти и не мешать нам.
— Ага! — добавил ещё один игрок. — Только девчонку оставь! А сам вали!
Вся пятёрка рассмеялась, но Михаил уже не обращал на это внимания. Он ещё раз вздохнул и сказал, будто сам себе:
— С одной стороны, мы устали, но с другой — Бобби проголодался. А я ведь обещал ему жертвоприношения.
Мангуст достал меч, поцеловал его и прошептал:
— Бобби, снова пришло время повеселиться.
Меч, как всегда в таких случаях, засветился синим и стал немного тяжелее. Однако в этот раз изменилось ещё что-то. Михаил это почувствовал, но он не мог понять, что именно произошло. Мангуст отчётливо ощущал чьё-то присутствие, но не мог разобраться, чьё именно. Ощущения были такие, будто кто-то неизвестный и очень могущественный пытается навязать ему свою волю.
Давление было сильным, но при этом особого дискомфорта не вызывало, возможно, сказывалось, что Михаил ещё в пещере поставил себе защиту от ментального воздействия. Как в меру прокачанный эмпат, он мог себе это позволить.
Мангусту очень хотелось разобраться, что же происходит, но времени на это не было. Он поднял клинок и быстро пошёл на противника. Михаил активировал эмпатию на полную мощность и к немалому своему удивлению обнаружил, что максимальная эмоция исходит от Барсука. И это был страх.
То, что самый высокоуровневый противник, да ещё и глава отряда, оказался самым трусливым, было на руку. Вместо того чтобы достать оружие, опешивший от напора Мангуста главарь вражеской пятёрки вначале лишь попятился, а когда опомнился и полез за своим клинком, было уже поздно — Бобби вошёл в живот Барсука и нанёс бедняге двойной урон: физический и магический. Отдав разом более пятидесяти процентов здоровья, Барсук выронил свой меч и на некоторое время стал неинтересен Мангусту.
Михаил быстро оглядел оставшихся противников. Троих сковал сильный страх, а вот от четвёртого исходило странное сочетание страха и ярости, сильно приправленное паникой. На этого парня Мангуст и обрушил следующий удар. И снова Бобби забрал у противника почти половину здоровья — эльфийский клинок был в ударе.
Так как трое оставшихся врагов уже убегали, Михаил не спеша добил раненых и умудрился обтереть Бобби от крови и грязи об одежду Барсука до того, как тот окончательно растворился, уходя на респаун. Мангуст изначально был уверен, что они с Бобби справятся с пятёркой не очень сильных игроков, но что это окажется так легко, он и представить не мог.
Сразу же по окончании боя меч перестал светиться, и Михаил ощутил, что странное давление исчезло. Он подошёл к Изабелле и спросил:
— Ваше Высочество, Вы в порядке?
—
— Вы зря испугались, я же сказал: они просто отвели бы Вас к отцу.
— Я испугалась не их. Мне просто стало очень страшно. Не знаю почему. Но это было неприятное и сильное ощущение. Хорошо, что оно прошло.
И тут до Мангуста начало доходить, что же на самом деле произошло. Он поднял меч, осмотрел его и обратился к нему, как к игроку:
— Бобби, это твоя работа? Ты нагнал на всех страху?
Клинок ответил едва заметным голубым отблеском.
— Спасибо! Это было очень кстати, но почему ты раньше так не делал? Уровень поднял, что ли? Если да, то с апгрейдом тебя!
Бобби никак не отреагировал на поздравление.
— Эх, Бобби, если бы я как-то мог посмотреть твои реальные характеристики, — с грустью сказал Мангуст. — Но всё же мне очень интересно, почему ты раньше так не делал?
И в этот раз клинок никак не отреагировал на слова. Михаил уже собирался убрать меч в мешок, как его словно прошибло током — разгадка всё-таки пришла в его голову.
— Всё дело в защите! — воскликнул Мангуст. — Ты всегда мог так делать, но просто боялся, что это давление ударит и по мне! А сейчас я поставил защиту от ментального воздействия, и ты наконец-то смог показать на что способен!
Клинок опять вспыхнул синим, в этот раз довольно ярко.
— Спасибо, Бобби! — сказал Мангуст и аккуратно провёл ладонью по клинку. — Мы с тобой обязательно должны это повторить! Тебе ведь самому это нравится, не так ли?
Меч снова ответил свечением.
— Я так и думал. Мы однозначно это повторим. И не раз!
Михаил отправил Бобби в мешок, после чего повернулся к Изабелле и, слегка склонив голову, сказал:
— Ваше Высочество! Мы можем продолжить путь к Вашему отцу!
— Благородный рыцарь, Вы… Вы… — Изабелла не могла подобрать слов. — Вы такой благородный! С Вами так хорошо!
«Была бы ты посимпатичнее, я бы тебе ещё и массаж сделал, — подумал Михаил и невольно улыбнулся. — Вот тогда тебе было бы действительно хорошо. Но извини, ограничимся передачей тебя папеньке».
Изабелла восприняла улыбку своего спасителя в другом ключе и смущённо отвела взгляд. Мангуст же быстро призвал маунта, и они с принцессой поскакали во дворец, благо цифровому коню было неважно, сколько на нём сидит всадников.
По дороге Мангуст отправил личные сообщения Арису и Штерну и пригласил их к воротам дворца ровно через два часа. По расчётам, этого времени должно было хватить, чтобы верный маунт галопом домчал их с Изабеллой к дворцу короля Ричарда. Мангуст предложил товарищам по рейду вместе передать принцессу отцу, полагая, что им от этого тоже перепадут какие-либо «плюшки». Разумеется, уже не надеявшиеся на какое-либо вознаграждение игроки с радостью приняли такое предложение.
Когда Мангуст и Изабелла добрались до королевского дворца, Арис со Штерном уже стояли у крепостных ворот, предвкушая скорое выполнение квеста. Однако их ожидало разочарование — королевская стража категорически отказалась пропускать всех желающих поучаствовать в церемонии официального возвращения принцессы.