Маниту
Шрифт:
Вольф подал мне зажигалку с язычком уменьшающегося огня и побежал по коридору в сторону лифтов. Немногого не хватало, чтобы он добрался туда. Когда он сворачивал за угол, мы увидели ослепительный блеск бело-голубого огня. Он осыпал пол дождем искр и оставил у меня в глазах яркие, апельсинового цвета пятна.
— Вольф! — закричал Поющая Скала. — С тобой ничего не случилось?
— Все в порядке, — возвестил санитар. — Сейчас же бегу назад!
— Что это было? — спросил Джек Хьюз.
— "Молния-которая-видит", — ответил шаман. — Как раз именно то, что
— Она все же ударила чертовски близко, — заметил Джек.
— Важно то, что она не попала, а не это, — заметил я. Зажигалка уже почти потухла, и я напрягал зрение, чтобы увидеть, что творится в комнате Карен. Я слышал лишь какой-то шорох и стук, но не видел ничего.
Нас снова окутала тьма. Мы держали руки друг друга на плечах, чтобы не отделяться. Это также помогало сконцентрировать наши мысли на удаче заклятий Поющей Скалы, когда он их начнет бросать. В полной тьме мы внимательно вслушивались даже в малейший шорох.
Через минуту мы услышали, что Мисквамакус начинает петь какое-то заклятие.
— Что он делает? — прошептал Джек.
— То, чего я боялся, — ответил Поющая Скала. — Он вызывает индейского демона.
— Демона? — даже не поверил Джек.
— Это скорее всего не демон в европейском смысле, а его индейский аналог. Один из древнейших.
— Знаешь ли, кого именно он вызывает? — спросил я.
Поющая Скала внимательно вслушался в хриплую, невыразительную инвокацию.
— Не знаю. Он использует имена из языка своего племени. Во всей Северной Америке демоны являются одними и теми же, но каждый род называет их по-своему. Имя того, который ему нужен, звучит скорее всего Кахала, или К'малах. Но я не слишком уверен.
— А как ты можешь биться с демоном, если ты не знаешь, с кем из них имеешь дело?
Я представил себе мрачное, изборожденное морщинами лицо Поющей Скалы.
— Не могу, — ответил он. — Я должен подождать, пока он не появится. Тогда я определю его. — Прижавшись друг к другу мы ожидали прибытия древнего чудовища. В темноте мы видели бледное мигание зеленоватого света из комнаты Карен и извивающуюся струйку белого дыма.
— Там случайно не горит? — забеспокоился удивленный Джек Хьюз.
— Нет, — объяснил Поющая Скала. — Из этого дыма формируется маниту. Это что-то вроде эктоплазмы из европейского спиритизма.
Зеленый блеск исчез и мы услышали доносящиеся из комнаты звуки. Сначала скрежет как будто чьих-то твердых когтей, царапающих поверхность пола, а затем голос Мисквамакуса. Он говорил по крайней мере две минуты, а потом, к моему ужасу, кто-то ответил ему скрежетом, неземным голосом, горловым и резким.
— Он приказывает демону уничтожить нас, — прошептал Поющая Скала. — Теперь, что бы не случилось, держитесь поближе и не вздумайте пытаться убегать. Если вы побежите, то выйдете из-под моей защиты. Он вас достанет.
В моем мозгу зазвучала строка из "Старого моряка" Колриджа — о человеке, который один раз оглянулся, а потом уже не оборачивает головы, "ибо
Звук скрежета когтей по полу приближался к нам. В темноте я заметил высокую, черную тень, стоящую в дверях. Он казался похожим на человека и одновременно совершенно непохожим. Я напряг зрение и увидел что-то похожее на чешую и когти.
— Что это? — прошипел Джек.
— Демон, которого мы называем "Ящер-с-Деревьев", — ответил Поющая Скала. — Это злой маниту лесов, боров и всех деревьев. Мисквамакус выбрал именно его видимо потому, что он знает, что я происхожу из равнин и, значит, не могу справиться именно с демонами леса.
Мрачное существо двинулось в нашу сторону. Из его горла вырвалось тонкое змеиное жужжание. Поющая Скала немедленно сыпанул порошком, брызнул магической жидкостью и затрещал костями.
Демон застыл в половине метра, может, в метре от нас.
— Удалось, — заявил Джек. — Вы задержали его.
— Он не убьет нас, так как моя магия для него слишком сильна. — Поющая скала с трудом приводил дыхание в порядок. — Но он отказывается вернуться в бездну без жертвы.
— Жертвы? Чего же он хочет, ко всем чертям?
— Куска живого тела. Это все.
— Чего? — застонал я. — Как же мы можем дать ему его?
— Это может быть все, что угодно, — сказал Поющая Скала. — Палец, ухо…
— Но это же несерьезно, — заявил я.
— Без этого не обойтись. А я не смогу удержать его слишком долго. Или он получит то, чего желает, или разорвет нас на куски. Он не шутит. Это создание имеет клюв, как у осьминога или птеродактиля. Оно может разорвать человека, как мешок фасоли.
— Хорошо. Я это сделаю, — спокойно сказал Джек.
Поющая Скала глубоко вздохнул.
— Спасибо, доктор. Это продлится лишь секунду. Вытяните руку в его сторону. Дайте ему лишь мизинец. Сожмите все остальные пальцы. Я постараюсь удержать остальную часть вашей руки внутри круга моих чар. Как только он грызанет, немедленно уберите руку. Вы ведь не хотите, чтобы он забрал что— то гораздо большее.
Я чувствовал, как он дрожит, когда он протягивал руку к мрачному телу Ящера-с-Деревьев. Я слышал острые как бритва когти, скребущие пол, когда он все больше и больше вытягивал ладонь, и тонкое дыхание, жужжание демона.
Что-то быстро зашелестело, когти заскользили по полу коридора. Потом раздался ужасный звук укуса. Не хотел бы я услышать его во второй раз.
— А-а-а-а-а-а!!! — закричал Джек и упал на пол между нами. Я чувствовал, как теплая кровь обливает мне ноги и руку, которую я протянул, чтобы помочь ему.
— А-а-а! Черт возьми! — кричал он. — О, боже, он отгрыз мне руку! — кричал он. — О, боже, он отгрыз мне руку! Отгрыз мне эту чертову руку! Иисусе!
Встав на колени я вытащил платок. Я нащупал в темноте рваную руку и обвязал ее настолько хорошо, насколько мог. Из того, что чувствовали мои пальцы, клюв демона оторвал у него по крайней мере два, может, три пальца, и половину ладони. Боль наверняка была невыносимой. Джек Хьюз рыдал и извивался.