Марь
Шрифт:
— Здесь кто-то был совсем недавно. — Фон Лангер указал пистолетным дулом на лежак. — Кто-то скрывался в этом доме. Кто это был, фройляйн Стефания?
— Партизаны. — Она развернулась, посмотрела ему в лицо. — Я думаю, это были те, кто пустил под откос поезд.
— И как они смогли найти дорогу сюда? — Фон Лангер сощурился.
— Важнее другое. — Стеша покачала головой.
— Что же?
—
— Ты уже потеряла бабушку, — сказал фон Лангер скучным голосом. — Но, надеюсь, тебе дорога твоя младшая сестра? Я прав?
Стеша молча кивнула.
— В таком случае ты понимаешь, что мне от тебя нужно. Я чувствую, остров где-то совсем рядом! — Он повертел лысой головой, принюхался совершенно по-звериному.
Стеша тоже чувствовала! Она чувствовала приближение стаи, слышала тихий детский шепоток…
— Я покажу вам остров, — сказала она. — Здесь есть лодка.
Не дожидаясь ответа, она вышла из избушки. Фон Лангер вышел следом, приказал что-то одному из солдат. Тот бросился исполнять приказ. Остальные опасливо и тревожно оглядывались по сторонам. Они тоже чувствовали неладное, просто еще до конца не понимали…
Лодку нашли на берегу, там, где она стояла на приколе годами, если не веками. Она была почерневшая от времени, но целая. На дне ее лежали весла.
— Что дальше? — Фон Лангер смотрел на Стешу жадным и нетерпеливым взглядом. Во взгляде этом не осталось ни капли здравого смысла. Во взгляде этом клубился болотный туман.
— Мы поплывем на остров, — сказала Стеша.
— Мои люди?
— Лодка всего одна. Ваши люди останутся здесь.
— Ты понимаешь, что с ними станет, если мы не вернемся? — Голос фон Лангера сделался вкрадчивым. — Ты все понимаешь, Стефания?
— Да, я все понимаю и осознаю. — Она кивнула. — Вы убьете всех, кто мне дорог, если я не покажу вам остров.
— И если мы не вернемся до заката.
— И если мы не вернемся до заката, — эхом повторила она.
Глава 38
Грести пришлось Стеше, Фон Лангер сидел напротив, направив ей в живот ствол своего пистолета. Стеша гребла. Старая лодка скользила по водной глади, и с каждым гребком болото все больше и больше походило на море. Бескрайнее, укутанное дымом море. В дыму этом Стеша едва различала лицо своего врага. И почти не различала ничего остального.
— Куда мы плывем? — спросил фон Лангер.
—
Звуки в дымном тумане тоже сделались глуше и слабее, а ноздри щекотал запах гари. Где-то за их спинами послышались полные отчаяния крики и автоматные выстрелы.
— Что это? — Темная тень, в которую превратился фон Лангер, подалась вперед. Теперь Стеша отчетливо видела черное пистолетное дуло.
— Я не знаю. — Она пожала плечами. — Наверное, болото оказалось опаснее, чем вы предполагали.
На самом деле она знала, чувствовала псов Мари, явившихся на ее зов, чувствовала их голод и их ярость. А еще она слышала звонкий детский смех и жадное потрескивание огня.
Дым от пожара поднялся вверх и закрыл солнце, превращая день в ночь. А ночь — это время марёвок. А ночь — это время угарников. Баба Марфа ошибалась, когда говорила, что угарники не могут добраться до болотного домика. Могут! Просто их туда никогда не звали. А Стеша позвала. Она позвала их всех! Она ничего у них не просила и ничего не обещала. Она просто позвала их на пир.
— Я убью тебя! — В голосе фон Лангера не было страха. В нем звенело острое, как клинок, возбуждение.
— Пожалуйста. — Стеша снова пожала плечами. — Но как вы без меня попадете на остров?
Темнота, опустившаяся на болото, только на первый взгляд казалась кромешной. На самом деле даже в кромешной тьме оставалось место свету. Над водой вспыхивали болотные огоньки, освещали путь, манили вперед. А позади, над болотным домиком раскрывала свои крылья огромная огненная птица.
— Все это правда! — Фон Лангер больше не смотрел на Стешу. Он не мог отвести взгляда от зарева. — Тетка Ханна не обманывала! Еще одно доказательство того, что Марь существует.
— Марь существует. — Стеша кивнула.
Сейчас, в момент максимального ужаса, у нее получалось оставаться рассудительной и отстраненной. Она не просто просила помощи, она обещала плату. Она все уже решила и почти не боялась того, что неминуемо должно было случиться.
Нос лодки с тихим хрустом ткнулся в бок бескрайнего, покрытого мхом острова.
— Вот и все, — сказала Стеша, выбираясь из лодки на остров. — Вот и все. Мы приплыли.
— Это он?! — В голосе фон Лангера звучало детское восхищение. — Это мой остров?!
— Это он. Идемте.
Стеша подождала, пока фон Лангер ступит на землю, оттолкнула от берега лодку. В своем почти гипнотическом возбуждении он не обратил на это внимания. Он стоял, оглядываясь по сторонам, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в мертвенном свете болотных огоньков.