Марадона, Марадона...
Шрифт:
Едва прозвучал финальный свисток, к центру поля от своих ворот устремился бельгийский вратарь Жан-Мари Пфафф. Он нагнал Марадону, на ходу стягивая с себя мокрый от пота свитер. Марадона понял жест Пфаффа и без колебаний отдал ему в обмен свою футболку.
— Что вам сказал тогда Марадона? — спрашивали бельгийца любопытные репортеры.
— Я его плохо понял. Но по-моему: «Не огорчайся. 2:0 — это не так уж много».
«Если бы Марадона играл за нашу команду, — заявил после матча тренер бельгийцев Ги Тис, — мы бы вышли в финал. Но о таком, увы, можно лишь мечтать».
На «Ацтеке» небывалое торжество —
Зрители не скрывают своих симпатий. «Ацтека» болеет за аргентинцев. Еще на подступах к стадиону скандировался незамысловатый лозунг: «Аргентина — Америка Латина!» Симпатии этих смуглых мексиканцев понятны — ведь они, как и аргентинцы, родились в Латинской Америке...
Торжественно плывет над стадионом бархатный баритон диктора-информатора. В десятый раз он рассказывает о каждой команде-финалисте, о встречах между ними. Аргентина и ФРГ играли друг с другом восемь раз. Дважды, в 1958 и 1966 годах, жребий их сводил на чемпионатах мира. В Швеции в первом матче выиграли футболисты ФРГ. В Англии зафиксирована ничья. В целом в восьми встречах баланс равный. По три победы и две ничьи имели они до мексиканского финала. Сегодняшний поединок — самый важный: впервые эти команды встречаются в непосредственной борьбе за мировой футбольный Кубок.
Я бывал на многих стадионах мира, но не помню более уютной и красивой футбольной арены, чем «Ацтека». На ней и будничные матчи выглядят празднично. Крутые склоны разноцветных многоярусных трибун украшены яркими щитами реклам, полотнищами транспарантов. Ряды подходят почти к самому краю поля. Поверхность поля неровная. Сверху это незаметно. Архитектор, пытаясь избавить травяной газон от затопления тропическими ливнями, сконструировал поле, приподняв его на метр по осевой. Края, там, где линия «аута», немного опущены. Я не раз бродил по полю и видел, как оно горбится на середине. Футболистам, однако, это ничуть не мешает подавать угловые, делать навесы с краев на вратарскую, пробиваться к воротам, чуть в гору, к голу.
«Ацтека» — один из самых высокогорных стадионов мира. Расположен он на высоте 2350 метров над уровнем моря. Здесь более разреженный воздух, чем в долинах. Специалисты по футболу утверждают, что на этой высоте мяч летит быстрее и преградить ему путь в ворота намного труднее.
Ликуют, предвкушая предстоящее удовольствие от футбольной игры, зрители «Ацтеки», единственного пока стадиона мира, где во второй раз проводится финал мирового первенства по футболу. Да и публика хороша! Мексиканец идет на стадион, как на праздник, нередко со всем семейством. По этому случаю тщательно умыты и причесаны дети, нарядны, как королевы, одетые в белые, красные, лиловые платья жены. Женские лица сияют персиковым цветом макияжа. Шары, хлопушки, флажки, гирлянды, воздушные змеи — все это
Сегодня финал! Всенародный футбольный праздник! И 114 тысяч зрителей — мексиканцев и туристов из других стран — с нескрываемым удовольствием в нем участвуют.
«Два с половиной миллиона зрителей побывало на пятидесяти двух матчах мексиканского чемпионата», — не без гордости оповещает трибуны диктор. На испанском чемпионате число зрителей составило лишь 1 миллион 800 тысяч. Мексиканец рад, что сегодня он участник, организатор и творец прекрасного футбольного празднества.
Рев трибун нарастает. На поле выходят футболисты. Они жестами приветствуют публику, и та отвечает им громом рукоплесканий. Оркестры усиливают трубные звуки. Разминку проводит пока лишь одна западногерманская команда. Аргентинцы, верные своему правилу, разогреваются в манеже под трибунами. Они выйдут за пару минут до начала игры.
Ход матча описывался великое множество раз, на десятках языков мира. Я наблюдал за ним по телевизору в тихом номере сочинского санатория. Вышло так, что, проработав несколько лет в Мексике, сделав для редакций телевидения и радио СССР немало материалов о подготовке к чемпионату мира, организовав ряд прямых трансляций на нашу страну, я был вынужден закончить командировку за три недели до начала мирового футбольного праздника и возвратиться в Москву. Бывают и у нас, журналистов, такие казусы.
Итак, я в одноместном номере один на один с телевизором. Мысленно, конечно, там, на бушующем страстями «Ацтеке». Под рукой портативный диктофон. На столике раскрытый блокнот, авторучка. Все готово для работы. Цель — не только увидеть, но и запечатлеть для книги все важное и неожиданное, что случится на поле, захронометрировать основные эпизоды игры.
Внимательно наблюдаю за Марадоной. Аргентинцы только что появились на поле. Внешне абсолютно спокойны. Каждый охотно позирует фотографам, телеоператорам, беседует с репортерами. Создается впечатление, что группа спортсменов в бело-голубых полосатых футболках вышла на поле не бороться за золотой Кубок мира, а так, пробежаться по зеленой лужайке «Ацтеки». У аргентинцев даже нет своего мяча.
Билардо что-то говорит Марадоне. Диего передают бело-голубой вымпел — для вручения западногерманской команде. Марадона поправляет красную повязку капитана. Телекамера показывает его с очень близкого расстояния. Все те же нахмуренные брови, колючий взгляд. Ворот футболки темный от пота. Разминка была полноценная. Наконец судьи жестами выпроваживают репортеров и тренеров с поля и приглашают футболистов в центр. Сейчас начнется финальная игра. Представляю, как в эти мгновения бьются сердца спортсменов...
Каждый матч имеет свою философию, свою задачу и логику. Посмотрите, как борются за победу команды, исчерпавшие лимит ничьих. Ничья для них равносильна поражению. Стратегия в этом случае исключает ничейный счет.
Много лет назад, когда советский футбол возглавляли два флагмана, московские команды ЦДКА и «Динамо», звание чемпиона при равенстве очков определялось по разности забитых и пропущенных мячей. Футболистам ЦДКА, как показал арифметический подсчет, чтобы стать чемпионами, нужно было победить команду «Трактор» со счетом 5:0 или 9:1... И они победили с желаемым результатом!