Марена

Яковлев Виктор Васильевич

– Ну возможно чуть-чуть, но не суть....

– Отрезать человеку палец – это по-твоему чуть-чуть? – возмутился я.

– Ну, Валер, я вообще удивлена, что он ещё жив остался… – хмыкнув сказала Бас, взяла бутылку со стала и вальяжно уселась на диван рядом с Марой, закинув ноги на стол. – Будете? – предложила она, наполняя свой стакан.

– Нет, спасибо. Хотелось бы остаться в ясном сознании.

– А вот я не откажусь, – ответила моя коллега, наклонившись и извлекая с полки под столом чистый пустой стакан.

– Мы немного ушли от темы, – сказала она, взяв бутылку и наполняя ёмкость Мары.

– Я

хочу попросить понаблюдать недельку за этими клоунами, которые столь неблагоразумно позарились на твои владения, – задумчиво сказала Мара, покатала содержимое по стенкам стакана, вгляделась в его цвет и слегка пригубила напиток. – Зря ты отказался, Валера… – с улыбкой продолжила она.

– Продолжая недавно высказанную мысль Валерия, какой мне резон в наблюдении? Мне проще их порвать на мелкие кусочки в отместку за содеянное, – лицо Бас неожиданно для меня приобрело хищное выражение.

– Есть одна гипотез: весьма рискованное нападение на твой клуб не стоит полученной добычи, а является всего лишь попыткой замести следы другого преступления, – сказал я, облокотившись на перила доставая сигарету. – Я закурю?

– Да конечно.

Мара перехватила инициативу:

– Я думаю, что истинная цель – это уничтожение видеоматериалов. И из известных мне причин данному мероприятию лучше всего подходит дело Вершининой, над которым мы с Валерой работаем.

– Стало быть, надо собрать как можно больше информации, пока это возможно, а трупы, как известно, не особо разговорчивы, – подытожил я, затянувшись сигаретой.

– То есть, вы считаете, что эти придурки как-то связаны с этим бессмысленным обращением?

– Ну вроде как да, – подхватила Мара, залпом опрокину содержимое стакана. – Для принятия однозначного решения слишком мало информации. Преступники в любом случае будут в твоём распоряжении, не зависимо от того узнаем мы то что нам требуется или нет. А если ты нам поможешь, у нас есть шанс выйти на организатора всей этой истории.

Бастет задумалась, затем допив остатки содержимого своего бокала ответила:

– Хорошо, я помогу. Давайте данные, а там потом видно будет, – сказала Бастет, вставая с дивана.

Мара быстро что-то нацарапала на салфетке и передала её Бастет.

– Ну что по коням? – спросила она, ставя бокал на стол и направляясь к выходу.

– И ещё, скорее всего тот тип, которого мы пресанули, пойдёт жаловаться своим дружкам, так что скорей всего они скоро зашевелятся, – сказал я, туша сигарету в пепельнице на столе. – Так же, вероятно они захотят встретится с одним человеком, который засветился на твоих камерах с Вершининой в вечер инцидента, фото я тебе вышлю чуть позже.

– Не переживай, разберёмся, не маленькие, – с улыбкой продолжила Бастет.

– Ладно, Бас, тогда всего хорошего! Появится информация – звони, – сказал я, отправляясь в след за напарницей.

– Договорились, удачи вам, – ответила Бастет.

– Ну ты идёшь? – с раздражением окликнула Мара стоя в дверном проходе. – Оревуар, Бастет, – с лёгким жестом на прощание сказала она. Бас же просто улыбнулась в ответ.

Мы вышли из клуба и подошли к машине.

– Ну что, садись, довезу тебя до дому, – сказала Мара, открыв дверь авто и облокотившись на крышу.

– Спасибо, но я прогуляюсь пешочком, – ответил я.

– Ну,

тогда до завтра. Заеду за тобой к пол восьмому, – сказала она, садясь в машину и захлопывая дверь. Я помахал на прощание вслед удаляющейся машине и убрав руки в карманы пальто пошёл домой. Погода на улице была приятной: ясный осенний вечер, тёплый ветерок. Неспешным шагом я брёл домой, размышляя над деталями дела. По пути заскочил в магазин, прикупил продуктов, корм своему питомцу и без приключений добрался до дома. По стандартной схеме накормил Маркиза, принял душ, приготовил ужин, по трапезничал. Затем пошарив у себя на компьютере Наел снимок подозреваемого по делу Вершининой и выслал его Бастет. На протяжении всех этих действ Маркиз отирался вокруг меня: то усевшись около моего стула гипнотизировал своим пристальным взглядом, то пытался поиграть с моим тапком… Закончив с делами я взял его на руки и развалившись в кресле с чашкой кофе почёсывал его за ухом. В конце концов мы пошли спать.

Утро было каким-то тяжёлым и ранним. Маркиз разбудил меня топчась по мне поверх моего одеяла. Поднявшись с постели, я принялся за стандартные процедуры: умывание, кормёжка питомца, завтрак… Мельком кинув взгляд на часы я понял, что слегка опаздываю, совсем забыл про Мару и её утренний приезд. Я наспех оделся и выбежал из подъезда, накидывая пальто на ходу. Она уже стояла возле машины у моего подъезда, облокотившись на дверь своего форда, смотря на часы и поглядывая в сторону двери. Не сказав ни слова, она уселась за руль, хлопнув дверью своей машины, я уселся по традиции рядом на пассажирское сидение.

– Доброе утро.

– Никакой пунктуальности! –тихо с возмущением ответила Мара. – И тебя с добрым утром, – чуть громче продолжила она, покосившись в мою сторону. От этого взгляда у меня пробежал неприятный холодок по спине, но виду я не подал и продолжил:

– И так, грабители под наблюдением Бастет. И раз уж намечается некоторое затишье в делах, настало время разгрести бумажный завал.

– Ну уж это без меня! – тронувшись с места и плавно ведя автомобиль, ответила Мара, – Сам забросил бумаги, сам и разбирайся!

– Ну, у тебя и выбора -то нет, – рассмеялся я, – ты мой стажер. А бумажная работа – часть стажировки.

Мара проигнорировала моё замечание, после чего наш путь продолжился в полной тишине под звук мотора. Добравшись до работы, мы все так же молча направились на рабочее место. Из работников ещё мало кто был на месте. Я уселся за свой стул и с типичным для меня нежеланием принялся за бумажную рутину, Мара тем временем уселась рядом и наглым образом пялилась в телефон. В середине дня, моё терпение не выдержало и взорвалось. Мой наезд на Мару в купе с пристальным взглядом Максимова, который выглянул из кабинета на шум, оказали своё воздействие, и она принялась за помощь. Следующие пару дней проходили в том же духе: Мара заезжала за мной в полвосьмого, мы молча добирались до офиса и все так же молча разбирались с бумагами. Это время было невыносимо скучным и однообразным, все равно как день сурка. Мои коллеги, включая начальство, уже даже привыкли к тому что я приезжаю вовремя и везде со мной рядом Мара. Под конец третьего дня бумажной волокиты и очередной перепалки с Марой раздался звонок от моего приятеля Коли, что невыносимо обрадовало.