Марго
Шрифт:
– Да, я ушел от Томы. Это долго назревало, если в двух словах, — ответил он и сделал глоток, давая понять, что это все.
– Прости. Я не должна была любопытничать, — быстро сказала она.
– Ничего. Все равно все будут спрашивать и обсуждать, — мягко сказал он.
– Господи. Как это ужасно, — нахмурилась она. — Я бы с ума сошла, если бы после развода еще вынуждена была бы отвечать на вопросы.
– Я справлюсь, — усмехнулся Ник. — А когда ты развелась, если не секрет?
– Два года назад.
– По твоей инициативе?
–
– Если тебе неприятно говорить об этом…
– Все в порядке.
Ник помедлил, сделал еще один глоток воды перед тем, как задать вопрос:
– Что ты чувствовала, когда вы расстались?
– Сначала только облегчение. Даже эйфорию, — улыбнулась Марго. — У нас это тоже долго назревало.
Ник кивнул, не перебивая. И Марго продолжила:
– Потом очень долго я не могла понять, где же мои переживания. Мне говорили, что я должна выпустить их наружу, но я ничего особенного не чувствовала. И только через год я поняла, что на самом деле прятала от себя. Я все это время думала, что потерпела неудачу. Это было вроде как поражение в отношениях. И это было так больно, что я предпочитала думать, будто никаких переживаний нет.
– А как сейчас? — спросил он тихо, внимательно изучая ее лицо. Меньше всего Нику хотелось бы заставить ее снова переживать что-то тяжелое сейчас.
– Я в порядке. У меня хороший психотерапевт, — с улыбкой ответила Марго. И по ее лицу он понял, что она действительно в порядке. Какие бы ни были у Марго сейчас проблемы и новые задачи в жизни, они никак не касались ее бывшего мужа.
– Он был тематиком? — спросил Ник, расслабляясь.
– Нет, — ответила Марго и неожиданно рассмеялась. — И я тоже.
– Как это? — удивился Ник и даже приподнял брови, не удержав привычной невозмутимой маски на лице.
– Ну, вот так. Я меньше двух лет в теме, до этого только фантазировала, — пожала плечами Марго. — И не так уж активно практиковала все до «Сабспейса».
– Не может быть, — изумился он, с удовольствием переходя на новую тему. — Ты выглядишь очень опытной.
– Я просто стараюсь как могу… мастер, — муркнула Марго, отбрасывая волосы с лица и немного меняя позу, чтобы развернуться к нему с легкой соблазнительной улыбкой.
Ее выражение лица полностью изменилось, стало беззащитным, ищущим одобрения и кокетливо-уверенным в то же время. Ник почувствовал, как кровь разбегается по жилам быстрее. Он понял, что еще пара мгновений — и он пошлет к черту работу и начнет играть с ней прямо здесь.
Поспешив собраться, он отвел взгляд и взял ноутбук, положив его на колени:
– Что ж… будем надеяться, что завтра ты поможешь паре новичков въехать в тему так же быстро, как это сделала ты.
– А мы будем показывать им учебные сцены вдвоем? — с невинной улыбкой спросила она, широко открывая глаза.
Ник замер, продолжая смотреть в свой файл с планом пятничного вечера на ноутбуке. После паузы, которая длилась не меньше пяти
Вот и хорошо. Именно так и должна была реагировать саба, которая только что проявила слишком много инициативы.
– Да, малыш. Обязательно будем, — с легкой, еле заметной улыбкой ответил он, как только убедился, что она достаточно смущена.
Дима.
Когда он был маленьким, ему больше всего хотелось иметь прибор, который позволял бы читать мысли людей. Тогда Дима увлекался техникой и считал, что большинство проблем возникает из-за того, что люди скрывают правду друг от друга. Когда он вырос, то понял, что все немного сложнее. И еще — чтобы читать мысли, прибор не нужен. Нужна внимательность и немного терпения.
Научившись проявлять эти качества, он больше не испытывал затруднений с получением нужной информации от людей. Тимофей, например, сам написал ему на следующий день после встречи в клубе, и подъехал, чтобы поговорить.
Дима сел к нему в машину, пожал руку, молча выслушал все, что тот рассказал, и глубоко вздохнул, потерев лицо:
– Это сущий пиздец, чувак. Я бы тебе втащил, конечно…
– Если тебе будет от этого легче, — без тени улыбки предложил Тимофей, но Дима качнул головой, криво улыбнувшись:
– Я достаточно хорошо знаю Лори. Вы оба, скорей всего, молодцы. Так что не ссы. Обойдемся без сломанных челюстей.
– На твоем месте я бы не остался таким сдержанным, — удивленно сказал Тимофей, — С другой стороны, ты живешь с Лори. Самоконтроль, должно быть, твоя суперспособность.
– Не зарывайся, — дернулся Дима. И угрюмо добавил:
– Я люблю ее.
– Я это вижу, — мирно согласился Тимофей. — И, поверь, я очень за нее рад. У тебя правда нет претензий?
– Претензий нет. Но есть просьба, — медленно сказал Дима, снова потерев лицо. Он продолжал смотреть только перед собой, явно о чем-то напряженно размышляя.
– Держаться от Лори подальше в клубе? Это без проблем, — кивнул Тимофей.
– Наоборот, — сказал внезапно Дима, повернув голову к Тимофею. — Совсем наоборот. Мне нужно, чтобы ты сделал кое-что на следующей встрече нашего маленького клуба.
Потеряв на пару секунд дар речи, Тимофей нахмурился и отвел взгляд:
– На самом деле я не хотел бы…
– Я бы тоже много чего не хотел, — перебил Дмитрий, и в его взгляде наконец загорелись истинные чувства, а ноздри раздулись от гнева. — Например, смотреть на изуродованную спину своей нижней и каждый раз думать о том, через какую боль она прошла, во всех смыслах. И какой бестолковой она должна была быть, чтобы допустить такое. И с каким слабоумным встречаться, чтобы…
– Ладно. Ладно, я понял. Я твой должник, это правда, — процедил Тимофей. — Что ты хочешь?