Марго
Шрифт:
– Нет, она в другой комнате и в наушниках.
– Тогда я хочу знать, какие фантазии у тебя были за эту неделю?
– Мммм…
Марго застыла с губкой, чувствуя как краснеет. По ее телу пробежала горячая волна.
– Хочу порки. Долгой и эмоциональной, — тихо сказала она.
– Умница. Опусти губку в ведро, хорошенько выжми и протирай дальше.
– Я, пожалуй, протру от пыли трубу возле батареи, — пробормотала Марго в трубку. — Она очень теплая, твердая и… теперь немного влажная. Я могу скользить вниз и вверх, медленно и быстро.
– Ах ты, сучка, —
– Ну… иногда я просто скромная горничная, которая пришла помыть окна и выполнить все приказы… в очень короткой юбочке.
– А трусики горничные носят? — уточнил он.
– По настроению.
– Интересно, эта горничная сможет работать, если дразнить ее киску?
– Возможно, это скажется на качестве, — выдохнула Марго, чувствуя, что вот-вот выронит телефон.
– Хм… а если эта нерадивая горничная будет знать, что получит наказание за плохую уборку?
– Мммм… возможно, она будет в отчаянии просить мастера о снисхождении?
– Еще как будет, — хрипло и очень горячо пообещал Ник в трубку.
В тот вечер Марго была счастлива. У нее было замечательное настроение, они с Майей заказали пиццу и дурачились, смотрели смешные ролики на ютьюбе, потом играли в активити и заигрались за полночь.
Утром она проснулась спокойной, предвкушая захватывающую игру с Ником. Он приехал около двенадцати, и она выпорхнула к нему очень красивой — выспавшейся, тщательно накрашенной. Погода снова немного сошла с ума, на улице было очень холодно для апреля, так что приходилось одеваться теплее. Но Марго было очень приятно знать, что под ее теплой полураспахнутой курткой, джинсами и свитерком — ухоженное тело, готовое к приключениям.
Ник внимательно посмотрел на нее, когда она села в машину и после паузы вынес вердикт:
– Красавица.
Марго улыбалась ему, наклонив голову. Он выглядел чуть уставшим, но явно тоже готовился: его лицо было гладко выбрито, белая рубашка слепила глаза чистотой. Этот мастер, безусловно, был самым стильным доминантом в клубе.
– Ты тоже, — просто ответила она. — Как Питер?
– Много работы, много вечеринок, много неопытных нижних… устал, — пожал плечами Ник и протянул ей антисептик. — Но пару шоу мне удалось. Рассказать?
Ее диафрагма сжалась как от удара, и Марго пришлось сделать медленный вдох и выдох. Она автоматически протирала руки, пока в воображении мгновенно мелькнула картинка: Ник в окружении двух, трех, пяти девиц от двадцати до тридцати — сплошь юные тела, наивные глаза, смущенный смех и короткие юбки.
– Малыш? — спросил Ник, внимательно наблюдая за ее лицом. — Это что, ревность?
– Да, мне неприятно, — после секундного колебания ответила она, глядя в окно.
– Окей. Тогда не будем говорить об этом, — безжалостно отрезал Ник, и, дотянувшись до заднего сидения, взял оттуда пакет. — Это тебе.
Марго какое-то время молча сидела, глядя перед собой, пока он выезжал из ее двора — она не смотрела ни на пакет, ни на Ника. Она спрашивала себя, почему ничего не ответила ему. Почему не устроила сцену. Почему не
Марго посмотрела на эту большую злюку внутри себя и задала ей еще один отчаянный вопрос: «Почему я вообще терплю все это? Почему не могу строить отношения с мужчинами на моих условиях?»
Злюка улыбнулась злорадной улыбкой и с готовностью ответила: «Потому что ты слишком разборчивая и самовлюбленная. Ник играет в Питере с неопытными нижними, и ему нормально, а тебе никто не подходит, кроме самых лучших, да? Так вот и не забывай, что на твое место десятки желающих».
Эту злюку внутри хотелось как-то заткнуть, но она была единственной, кто честно отвечал на все вопросы Поэтому Марго не затыкала ее, и злюка часто продолжала говорить без всяких дополнительных вопросов.
«Кстати, никаких сцен, — продолжила она и в этот раз. — Ты не можешь устраивать вообще никаких сцен, ясно? Иначе он решит, что ты такая же как Тома. А ты ведь понимаешь, что до сих пор конкурируешь с ней, да?»
– Откроешь? — мягко спросил Ник несколько минут спустя.
Марго очнулась и поспешно заглянула в пакет, лежавший на ее коленях. Оттуда вытянулось нежное на ощупь темное кружево — узенькие кусочки, прикрепленные к широкому. И несколько тонких завязочек. И ее губы, несмотря на весь внутренний сумбур, растянулись в улыбке:
– Это?…
– Да, маленький передничек для одной нахальной горничной. Ты будешь много работать, — улыбнулся Ник.
– Да, мастер, — прошептала она, надевая на лицо соблазнительную маску.
Никаких сцен сегодня не будет, потому что злюка как всегда права. У них был простой договор: злюка не душила Марго, Марго никому не устраивала сцен. И больше не мечтала об идеальных отношениях.
Она настолько пропала в своих мыслях по дороге, что только по приезде заметила, что Ник привез ее не в клуб.
– Когда ты успел снять квартиру? — изумилась Марго, осматриваясь в просторной однушке, по виду почти новой, с отличным ремонтом. Внутри пахло как в пятизвездочной гостинице — только что сделанной уборкой и новой мебелью. В каждой комнате стояли неразобранные коробки.
– Знакомые Тимофея сдавали, — сказал Ник, следуя за ней по пятам из широкого коридора с блестящим паркетом к ванной, сплошь из хрома и стекла. — Недорого для своих, хозяева в Америке — просто передали ключи, и я въехал. Вчера перевез коробки.
Марго не спеша перешла из просторной кухни в спальню и остановилась перед огромной кроватью.
– Круто, — оценила она.
– Ага, — сказал он, подходя сзади, чтобы обнять.
Марго быстро повернулась, и секунду спустя они бешено целовались. Ник на мгновение обхватил ее лицо обеими ладонями, лаская затылок, и тут же стал гладить все тело, нетерпеливо раздевать, рывками стягивая с нее свитер, дергая молнию джинсов. Марго активно помогала и очень быстро осталась голой.