Марготта
Шрифт:
Разрываясь между прошлым и будущим, парень поплелся к речке. Представление о том, как искать водяную, он имел довольно смутное, но решил, что разберется на месте. Но на месте его ждала пустота. На берегу никого не было. Короче, как говорила мелкая эльфа, «Упс».
– Эй, ты… как там тебя… никса! Выходи! – крикнул Кьяло, лениво поболтав в воде рукой.
Но ответа конечно же не последовало. Чертыхнувшись, парень разделся и зашел в реку по пояс. Вода была теплая, приятная, но купаться отчего-то совсем не хотелось. Жемчужина
Парень вздохнул и, погрузившись в реку с головой, повторил призыв. То есть попытался повторить. Сначала изо рта вырвалось невразумительное бульканье, а потом вода хлынула в горло, в нос… Если бы не барабанные перепонки, то она, несомненно, затекла бы и в уши. Но кто сказал, что она не пыталась?! Пыталась, да еще как! Причем вместе с головастиками и какими-то мелкими рыбешками.
Вынырнув, отплевавшись и вытащив из волос запутавшегося щуренка, Кьяло задумался, что делать дальше. И не сразу услышал сквозь заложенные уши ехидный женский смех. На камушке под ивой сидела и заливисто хохотала девушка.
– Звал? – осведомилась она, кокетливо закидывая ногу на ногу.
Легкое платье при этом так колыхнулось, что у парня разом перехватило дыхание и отключило мозги. Он, конечно, все помнил: и про жемчужину, и про браслет, но был готов подарить ей и то и другое просто в знак хорошего отношения.
– Ну так зачем звал-то?
– Я это… вот, принес! – Он разжал руку и показал жемчужину.
– А-а-а! Ну так бы сразу и сказал, – встрепенулась никса, резко меняя стиль беседы с игривого на деловой. – А то орал таким голосом, как будто дракона на битву вызывал.
– Нет, мне это… браслет отдай!
– Да забирай, на что он мне сдался. Меня и без этой штуки куда угодно пропустят. А где девчонка? Вроде она должна была прийти? Или поймали?
– Нет. – Парень торопливо перекрестился, отметая предположение. – Просто уехала она. А я что хотел-то… Слушай, жемчужина, особенно если она магическая, стоит по-любому больше браслета. Может, ты еще что-нибудь в придачу дашь, а?
Кьяло сам обалдел от собственной неожиданной наглости и был уже морально готов к тому, что девушка сейчас бросит что-то типа «Как же, разбежался!», а потом растворится в воздухе, но все произошло совсем не так. Никса вдруг закрыла лицо руками и мелко задрожала.
– Ты чего? Да ты… не реви только. Я же просто попросил…
– Попросил? – глухо всхлипнула водяная. – Просто попросил? Ты же ничего не знаешь! Ты вообще понимаешь, что происходит?
– А что-то происходит? – нахмурился парень. Вид плачущих девушек всегда вводил его в глубокий ступор. Впрочем, к этому же состоянию вело и лицезрение кричащих, смеющихся, грустных, слишком скромных или чрезмерно откровенных девушек. Он и с Марго-то нормально общался
Никса убрала ладони с лица и подняла на Кьяло зареванные глаза.
– И ты еще спрашиваешь, что происходит? Старая вера умирает, а вместе с ней умирает и магия.
– Почему?
– Да потому, что магия и есть вера. Вера в несбыточное, вера в то, что ты – часть этого несбыточного, и именно ты держишь этот мир на плечах, не даешь ему скатиться в хаос. Только люди – самая дурацкая раса – могут жить совсем без магии. У всех остальных она в крови. Не будет магии – и мы умрем.
– Вы, в смысле никсы?
– Мы – это все! Никсы, русалки, лесовики, единороги, баньши, дриады. Эльфы, кстати, тоже вымрут. Не сразу, конечно. Не за год, и даже не за сто лет, но вымрут. Их уже стало меньше. А драконы и вовсе кончились.
– Что, совсем все? – опешил парень.
Встретить дракона было его давней детской мечтой. Правда, в этой мечте сам Кьяло обычно выглядел как рыцарь в сияющих доспехах, спасающий от огромного чешуйчатого гада прекрасную пленницу… Но всегда ведь можно подкорректировать и спасти юного и неопытного дракончика от происков злобной колдуньи!
– Все! – скорбно подтвердила никса. – Даже я никогда в жизни настоящего дракона не видела, хоть и постарше тебя буду. Магия умирает, а люди активно ускоряют ее смерть, истребляя нечисть. Ведь по вашей вере мы все теперь нечисть! Враги! И эльфы, дружественная раса, тоже скоро станут врагами. Процесс уже пошел, скоро начнется война. Настоящая война. И в это тяжелое время ты не хочешь просто помочь мне!
Девушка захлебнулась новой порцией рыданий. Прождав несколько минут, Кьяло все-таки умудрился вклиниться в паузу между всхлипами:
– А что делать-то надо?
– И ты еще спрашиваешь, что надо делать? А сам не мог догадаться? Отдать мне жемчужину, конечно. Она обладает редким свойством – может поддерживать магический фон на несколько миль вокруг. Но, естественно, только если находится в нужных руках. А на суше она и вовсе бесполезна. Отдай ее мне, а?
Как загипнотизированный, парень подошел к никсе и вложил камень в услужливо протянутую руку. Но потом все же набрался смелости и спросил:
– А браслет?
– Да подавись ты своим браслетом, – захохотала водяная, кидая украшение в Кьяло. – Все равно у него магический заряд через пару дней кончается! Хотя спору нет, занятная штучка. Да вот только жемчужинка мне сейчас гораздо нужнее!
Слезы в глазах никсы уже высохли, припухлости на веках рассосались.
– Ты… Ты что, меня обманула? – запоздало сообразил парень. – И весь этот бред про магию…
– Весь этот бред про магию – чистая правда! – хихикнула девушка. – И даже про ту штуку, которая поддерживает магический фон, тоже правда! Только эта жемчужина – не она.