Маркус
Шрифт:
— Янчик, ты неисправим, — закатила глаза Ленка.
— Зато предельно исправен, Соболева. Хочешь потрогать? — он схватил Ленку за руку и резко притянул к груди.
— Васнецов, да у тебя тахикардия! — заливисто рассмеялась Лена.
Эля поспешила убраться подальше от воркующих голубков. Все эти скоморошьи игрища были не по её части. Поддавшись моменту, она закрыла глаза и закружилась в чувственном ритме нового трека. Низкие басы ударяли по сердцу, плавно вели вперёд и подчиняли тело. Она настолько растворилась в музыке, что не увидела Марка и просто налетела на него.
— Ты хорошо двигаешься, —
— Спасибо, это профессиональное.
— Ты профессионально танцуешь? — Марк уверенно закружил её на месте, затем мягко, но настойчиво повел вдоль тротуара. С чувством ритма у него не было разногласий.
— Нет, скорее я имела в виду уроки эвритмии, которые проводят в нашей школе.
— Эвритмия? Знакомое слово. Я ошибусь, если скажу, что это как-то связано с вальдорфской педагогикой?
Эля удивлённо посмотрела на партнёра по танцу. Поразительная осведомленность.
— Инга рассказала, где я работаю?
— Ты же сама говорила, что работаешь в школе, — напомнил Марк, позволил ей отклониться, опираясь на его руку, потом вернул в вертикальное положение.
— Да, но я не говорила, что это вальдорфская школа.
— Зато упомянула уроки эвритмии. Насколько я помню, в переводе с греческого это означает "прекрасное движение".
Эля и сама не знала толкования этого слова, но объяснение показалось ей вполне логичным. Выходит, перед ней весьма эрудированный человек. Или знойный брехун, который загодя навёл о ней справки.
Вечерело. Следовало заняться поисками собаки и собираться в обратный путь. Радушное предложение хозяев остаться на ночь Мартынова отмела сразу. Терпеть сальные шуточки Яна ещё и за завтраком — да у неё случится несварение.
Она побродила по саду, заглянула в дом, прошлась вдоль гаража и бани, выкрикивая имя шпица, но безуспешно.
— Эль, вот он! Нашелся проныра!
Возглас принадлежал Вике, однако донельзя счастливый пёсик восседал на руках у Марка. Эля подошла с переноской, чтобы забрать негодника.
— Позволишь мне отвезти вас домой? — Марк воспользовался случаем.
— Э-э, нет. На чужое роток не разевай, — Кирилл уже спешил к ним, бодро цокая костылями. — Кто привёз, тот и увозит — золотое правило.
Эля тепло улыбнулась Кириллу, хотя идея провести обратный путь в компании Давыдова и показалась волнительной. Ленку и близняшек вызвался сопроводить Кеша, на такси, если верить его обещаниям.
На прощание Марк протянул ей свой телефон с цифровой клавиатурой на экране. Она моментально поняла намёк, задумалась на секунду, потом вбила свой номер и нажала кнопку вызова. В кармане заиграла любимая песня, та самая, под которую они с Леной отжигали. Вернув телефон, Эля намеревалась уйти, но Марк во второй раз за день перехватил её руку, погладил запястье и снова поцеловал кожу рядом с костяшками, посылая по всему телу мурашки.
Глава 2
Сообщение от отправителя с именем Марк Давыдов пришло около полуночи, и содержание его было таким, что Эля не сразу нашлась с ответом.
"Тебе известно значение слова "любострастие"?"
"Это
"Вот и не угадала. Это книжное устаревшее слово, которое является синоним к слову "сладострастие". В современном языке его часто заменяют синонимами: чувственность, похоть, сластолюбие, сладострастность и чревоугодие".
"Обжорство и похоть вроде никогда за ручку не ходили, но буду знать, что все они произрастают из любострастия. Откуда ты вообще взял это слово?"
"Я иногда читаю что-то помимо финансовых новостей и специализированной литературы для программистов. Беллетристику, например. Только т-с, это секрет".
Эля засмеялась и пошла на кухню, чтобы заварить чашку ароматного зелёного чая.
"Можешь рассчитывать на моё молчание, но только если назовешь три книги, которые прочёл последними".
"Легко. Крестный отец Пьюзо, Искусство войны Сунь-Цзы, Наука побеждать Александра Суворова. А у тебя что?"
"Не слишком ли тестостероновый список? Признавайся, вместо Сунь-Цзы хотел написать Маргарет Митчелл? У меня последние три книги сплошные повторы, времени не хватает вдумчиво окунуться во что-то новое. Блейз Кинга, Чернобыль от английского писателя с невозможной к запоминанию фамилией, Одиночество в сети Вишневского".
"Ты разгадала меня. Ладно, поделюсь ещё одной тайной — я знаком с творчеством Стефани Майер. Сунь-Цзы тут ни при чем. Назови самую яркую историю из Одиночества, которая первой пришла на ум".
"Ох, неужели ты знаешь о вампирах? В своё время я прочла на эту тему всё, что только можно. Самая яркая… Голова Эйнштейна, посмертно набитая газетами. И история любви монахини и священника".
Чай успел не только завариться, но и остыть. Эля, не различая вкуса, залпом опрокинула кружку и чуть не раздавила Тобика по пути в спальню. Любимец безмятежно дрых посреди гостиной, умаявшись за день. Эля до первого сообщения ощущала ту же тягу поскорее забраться под одеяло, но теперь усталость сменилась буйным восторгом.
"Хм, любопытное сочетание. Тебя влечет к мистическому и запретному. Тогда как насчёт чашечки кофе в моём обществе?"
В пылу дурачества Эля написала:
"Если обещаешь мистику и что-нибудь запретное".
"Погадаю тебе на картах Таро и попытаюсь соблазнить — сойдёт?"
Она закусила губу, придумывая подходящий ответ, и открыла на весь экран фотографию в его профиле в мессенджере.
На фото он сидел вполоборота к столу. Прямые плечи и ровная спина выдавали уверенного в себе человека. На столе аккуратной стопкой лежали документы, рядом — ноутбук с открытой клавиатурой. Взгляд казался серьёзным, но не напряжённым, руки спокойно лежали на столешнице. Тёмная рубашка с закатанными рукавами добавляла образу деловой непринуждённости.