Мародеры
Шрифт:
– Нет, на секунду. Как самочувствие?
– Жить буду, так что руки убери.
– Я исключительно с медицинскими намерениями, - прошептал Глеб.
– Я так и подумала, - не стала спорить Кира, принимая сидячее положение.
– Куда теперь?
– Не знаю, надо осмотреться.
На первый взгляд, вокруг царил полный хаос. Фронтального столкновения двух развернутых колонн, которое так любили показывать в постановках - стенка на стенку, сила на силу - не получилось. Легкие машины отчаянно
– Фантом?
– уже в полный голос Кира, указав на одно такое.
Вокруг стоял такой грохот, что, наверное, простой человек ее бы и не услышал. Взрывы, выстрелы, крики и канонада били по ушам.
– Нет, это псионическая завеса, - ответил Глеб.
– Но фантомы тоже скоро появятся. Что-то псионики быстро раскочегарились. Не иначе, высшие подключились.
– Где?!
Кира заозиралась по сторонам.
– Они издалека работают, - сказал Глеб.
– Может, даже из нашей башни, если ретранслятор есть.
– А эта башня далеко?
– сразу уточнила Кира.
– В центре города... Берегись!
Девушка послушно пригнулась. В небе стремительно разгорелось северное сияние в сине-зеленых тонах, и осыпалось вниз призрачными осколками. Все они растаяли в полете. До земли не долетел ни один. Запах гари неожиданно дополнился ароматом ландышей.
– Да, точно высшие, - констатировал Глеб.
Пролетавшая над каналом тарелка резко снизилась, чтобы увернуться от этих осколков. Это ей удалось, но снизу точно под бороду ударила ракета. Ответный шквал молний зацепил что-то горючее. От земли поднялся маслянистый пылающий гриб. Казалось, прямо из него вылетела еще одна ракета. Эта ударила в борт тарелки. Та, завалившись на бок, начала отползать в сторону, одновременно пытаясь достать молниями назойливого стрелка.
Сверху спланировала еще одна тарелка, и хлестнула молнией по первой. Разряд разворотил верхний полудиск и выжег то, что пряталось под ним. Первая тарелка закувыркалась в воздухе. Врезавшись бортом в землю, она прокатилась вперед, подмяв под себя сарай с покатой крышей, и завалилась на него. Спустя секунду новый взрыв вырвал у тарелки днище, оставив после себя обгоревший металлический бублик.
– Так, - сказал Глеб.
– Тарелка, вроде, была не наша, значит, нам туда, откуда в нее стреляли. Побежали!
Над головами сверкнула ветвистая молния.
– Какое "побежали"?!
– шикнула на него Кира.
– Тихонечко поползли.
Битва только началась, а от прибрежных лачуг остались одни руины.
Почти у самого берега, когда уже можно было разглядеть горящую пристань и мечущиеся по ней тени, в чудом сохранившемся малиннике им встретился ракетчик.
Вначале биотехник - похоже, в пограничье у него карма такая - заметил нацеленный на него пистолет. Потом оружие опустилось, и Глеб увидел сидящего солдата. Рядом валялась покореженная ракетная установка с четырьмя раструбами. Собственно, только по ней Глеб и определил, кто перед ним. Броня солдата потемнела от жара, и все знаки различия выгорели подчистую. Через разбитое забрало выглядывала закопченная физиономия.
– Техник?
– спросил ракетчик.
– А мне казалось, я вызывал медика. Но если ты меня вернешь в строй, спорить не буду.
– Чем смогу - помогу, - пообещал Глеб.
– Чем смогу?
– хмыкнул солдат.
– Не слишком оптимистично.
Глеб кивнул, перебираясь поближе. Следом из травы выбралась Кира. Ракетчик только глянул на нее, и заворчал:
– Ребята, а вы вообще откуда? Гражданские, что ли?
– Да, - спокойно ответил Глеб, опуская забрало шлема.
– Но чинить умеем. Хотя тебе явно пора в госпиталь.
Солдат только вздохнул.
– И не говори, - в тон ему сказала Кира.
Подхватив солдата под руки, они помогли тому устроиться поудобнее и так, чтобы он видел небо над каналом. Там продолжали кружить тарелки, шпыняя друг друга молниями и ракетами. Солдат подтянул к себе оружие. Из бронированного рукава вылезла пара щупалец и зашарила под рукояткой, но так и не нашла, куда подключиться.
– Давай гляну. Герман, нож.
Тонкое щупальце извлекло его из рюкзачка и вложило в протянутую ладонь. Глеб аккуратно срезал прожаренную биомассу. Солдат смотрел так, будто это от него куски плоти отрезали. Глеб, уже заготовив слова утешения, снял крышку, но внутри всё выглядело не так безнадежно. Военная биотехника - не гражданская, тут каждый узел продублирован и, при должном старании, вполне можно собрать что-то работающее.
У Глеба на это ушло порядка пяти минут напряженного труда. Больше всего пришлось повозиться с системой наведения. Там практически всё выгорело, кроме управляющего мозга, и биотехник соединил его напрямую с ракетными. Мозги в тех, правда, стояли змеиные, а от этой в прошлом пресмыкающейся братии не приходилось ждать многого даже с прошивкой. Они цепко держали заданную цель, но не более того. О какой-то поддержке в полете и маневрировании можно было забыть сразу.