Марс наш!
Шрифт:
Шестой модуль. Отстрелялись, гады.
А кому ж, интересно, достались три первых импульса?..
Проморгавшись, Николай снова приник к экранам.
Ага! Промахнулись!
Видать, америкосы целились в двигатель, да ничего у них не вышло, только сферобаллон задели.
Хм, не только…
Несколько табло на контроль-комбайне погасли.
Не дай бог что-нибудь серьезное…
Дурак! Телеметрии-то нет.
– Сволочи! – выцедил Воронин, чувствуя унизительную беспомощность.
Все оружие «Леонова» заключалось в табельном пистолете командира
А в грузовом отсеке – двадцать тонн самого нужного для базы «Королев»…
Ну не сволочи разве?
Издавая стуки и грюки, роняя что-то по дороге, в вырез люка вплыл Ашот.
Уже в серебристом пустолазном скафандре, он волок за собой еще один такой.
– Облачайся, – глухо сказал Подолян.
– Гуань-чэн где?
– Убили Гуань-чэна…
Командир корабля ничего не ответил.
Он аккуратно, как учили, напялил на себя вакуум-скафандр – из-за резко упавшего давления руки покрылись пупырышками.
– Чтобы ты понимал, жилой отсек – вдрабадан, – доложил Ашот. – В рабочем – пробоина с этот люк…
Машинально кивнув, Воронин встал за пульт, цепляясь за пол магнитными подковками – сесть в пустотнике не получится.
Ногами вперед занырнул Царев.
– В живых как бы Гоцман, Зайченко, Кравцов, – выдавил он. – Пратт тяжело ранен. Остальные… Как сказать… «Груз 200».
Николай тоскливо выматерился.
– Бортинженер, – сказал он сухо, – живо за контроль-комбайн!
– Ага! – отозвалось в наушниках.
«Энтерпрайз» был совсем рядом, ближе ста метров.
На его топливном баке, схожем с железнодорожной цистерной, четко выделялось: «United States» и «NASA».
Ниже, для самых тупых, был намалеван звездно-полосатый флаг.
Туда-то он и будет метить…
– Штурман! На пост.
– Есть!
– Поможешь мне с ориентацией.
– Так точно…
Прищурившись, Николай смотрел на вражеский корабль.
Его прапрапрадед был летчиком в Великую Отечественную, а когда самолет подбили фашисты, он пошел на таран…
– Главный компьютер!
– Норма! – поспешно отозвался Ашот.
– Система орбитального маневрирования.
– СОМ – норма… Только здесь, которые!
– Что ты тупишь? – сказал Воронин раздраженно.
И так ясно – хвостовые позади кувыркаются…
Слабые импульсы движков коррекции развернули «Леонов» носом к «Энтерпрайзу».
– Уровень топлива СОМ?
– Восемьдесят процентов.
Пробежавшись по клавишам пульта, Николай включил маневровые на максимум.
Тяга, конечно, слабенькая… Ну, хоть такая.
Туша корабля стронулась с места, медленно поплыла, нацеливаясь на топливный бак.
Разогнавшись до скорости велосипедиста, «Леонов» врезался носом в емкость, пропарывая гофрированную обшивку.
Корабль сотрясся.
Атомарный водород хлынул из прорыва вскипающей волной, забурлил, клубясь и вытягиваясь белесым облаком.
– Двигатели стоп!
Но инерция все вела и вела корабль, толкала и толкала его, разворачивая и разрывая стенки топливного бака, задевая шарообразный
Тот лопнул.
Ручьи парящей голубоватой жидкости влились в водородное облако.
Осадив и отведя «Леонов», Воронин полюбовался делом своих рук.
– Долетались, суки?!
«World Times», Нью-Йорк:
«Администратор базы НАСА «Порт-Годдард» Айвен Джереско выразил серьезную озабоченность тем обстоятельством, что само расположение научного городка вблизи (по марсианским меркам) «Королева» представляет угрозу для его населения.
«Персонал вверенной мне базы, – признается мистер Джереско, – практически не защищен от враждебных действий русских. Они могут напасть в любой момент, занять «Порт-Годдард», убивать, грабить и насиловать, а мы окажемся совершенно беззащитными. Необходимо срочно разместить гарнизон космопехоты, чтобы наши инженеры и ученые могли спокойно жить и работать».
Генерал военно-космических сил США Вэнкаутер Фокс сообщил, что данный вопрос будет рассмотрен со всей возможной серьезностью.
«Мы не позволим агрессорам перенести развязанную ими войну на Марс, – заявил он, – и сделаем все, чтобы сохранить мир и спокойствие!»
Глава 5. Дуэль
Замигала рация, и Подолян включил дешифратор.
– Fuck you! – загремело по пилотской кабине. – Это есть… мнэ-э… возмутительный акт пиратства! Правительство моей страны не оставит без последствий подобное варварство!
– Пошли его в задницу!
– Мы требуем…
– Заткни этого урода! – махнул рукой Воронин. – Какая у них скорость?
– Что и у нас – двадцать и девять кэмэ в секунду.
– Долго будут лететь! – процедил командир, подрабатывая движками коррекции. – Мимо Пояса Койпера – и дальше!
– Они задохнутся раньше, чем долетят даже до Пояса Астероидов…
– Так им и надо… Гуань-чэна я им никогда не прошу. Да и… А-а!
Воронин махнул рукой – капитан выжил, а пассажиры – йок…
Отстегнувшись, он выплыл из-за пульта.
– Ты куда? – встрепенулся Ашот.
– За хвостом.
В коридорном отсеке Николай столкнулся с Серегой Зайченко, гляциологом.
– Нам повезло, – сдавленно выговорил он, будто оправдываясь, – мы в скафандрах были, все четверо. Примеряли…
Воронин молча хлопнул гляциолога по плечу и пошагал дальше.
– Помочь чем? – донесся голос Зайченко.
– Поступаешь в распоряжение Ашота! Тут ремонту – до фига и больше.
– Все понятно…
Цокая магнитными подковками по исчерканной полосе на условном полу, Николай прошествовал к стыковочному узлу – с той стороны внешнего люка находился СПК – средство передвижения космонавта, простейший каркас-платформа.
Бочком зайдя в кубическую камеру кессона, Воронин закрыл люк внутренний, отворил люк внешний.