Марш Теней
Шрифт:
«Пропало! Все пропало: Онсин, дом, хозяйство».
Только эти два маленьких драгоценных существа удерживали ее на месте, не позволяя броситься назад и сгореть в пламени Кендлстона. Мать и дети лежали на холодной земле недалеко от погибшего города и слышали, как поют те, кто разрушил их жизнь. То, что голоса врагов были болезненно приятны, лишь усиливало ужас, сжавший сердце Финнет.
Она ненадолго провалилась в кромешную тьму.
28. Вечерняя Звезда
БЕЛЫЕ ПЕСКИ
Посмотри,
Из кости, света и песка творит он
В саду, где никого не встретишь.
Избранные передавали ее с рук на руки, словно багаж, и она уже сбилась со счета, сколько их было. Наконец Киннитан оказалась в гостиной главной жены. Аримона возлежала на подушках. Она благосклонно взглянула на девушку, опустившуюся перед ней на колени.
— Поднимись, дитя мое, — произнесла Аримона. Она сама еще казалась совсем юной. — Ведь все мы здесь сестры, не так ли?
«Будь мы сестрами, я не вставала бы на колени», — подумала Киннитан.
Главная жена прислала ей приглашение сегодня утром, и Киннитан отдалась в многоопытные руки служанок, избранных и истинных женщин, с тем чтобы через несколько часов засверкать, подобно драгоценному камню. Обсудив ее наряд и прическу, служанки решили, что лучше одеть девушку попроще.
— Мы ведь не хотим внушить Вечерней Звезде мысль, будто мы претендуем на титул Утреннего Света, — с напускной строгостью заметила избранная Руша. — Мы будем красивы, но не чересчур.
Луан в последнее время была очень рассеянна — может быть, переживала из-за истории с Джеддином. Она прислала одну из своих служанок, чтобы та уложила Киннитан волосы, но сама не пришла. Киннитан сделали высокую прическу, закрепив пряди драгоценными заколками. Девушке очень понравилось собственное отражение в зеркале.
Аримона была всего лет на десять старше ее. Красотой главная жена автарка затмевала всех женщин, каких Киннитан когда-либо видела. Нельзя было даже представить себе кого-то красивее Аримоны. Она была подобна самой Суригали, чье изображение высечено на стенах храма. Черные как смоль длинные волосы, заплетенные в косы, кольцами лежали поверх подушек, словно спящие змеи. Как прекрасно, наверное, ниспадали они на плечи хозяйки, когда та их распускала. Киннитан была уверена: все, кто видел Аримону, а тем более — настоящие мужчины, мечтали увидеть эту картину.
Свою чудесную фигуру — узкая талия и широкие бедра — главная жена автарка умело подчеркивала облегающим нарядом. На ее совершенном лице сияли огромные глаза с густыми ресницами. Почти такие же черные, как волосы, они делали Аримону похожей на богиню. Рядом с ней испуганная Киннитан чувствовала себя самозванкой в роскошных нарядах, грязной уличной замарашкой, а не всемогущей избранной невестой автарка.
— Иди сюда, присаживайся. Хочешь чаю? В такие дни я предпочитаю пить холодный мятный чай. Превосходно освежает.
Голос Аримоны звучал необыкновенно мягко и музыкально.
Киннитан подошла ближе, стараясь не споткнуться о подушки, разбросанные на полу.
— Прости, что я так долго тянула с приглашением, — сказала главная жена. — Ты здесь уже давно — полгода, если не ошибаюсь.
— Да, примерно столько, ваше высочество.
— Ты должна называть меня Аримоной. Я уже говорила, что все мы здесь сестры. Я много о тебе слышала и теперь вижу: ты действительно очаровательна. Именно такой я тебя и представляла. — Главная жена приподняла брови, выщипанные до толщины лапки паука. — Говорят, ты дружишь с избранной Луан. Вы ведь с ней кузины?
— Нет, ваше… Аримона. Но мы выросли вместе.
— Выходит, я сглупила. — Главная жена очень мило наморщила лоб. — Почему я так подумала?
— Наверное, потому, что Луан приходится кузиной Джеддину, начальнику «леопардов».
Аримона смотрела на нее очень пристально, и Киннитан пожалела, что сказала лишнее. Она еще больше расстроилась, когда поняла, что продолжает что-то мямлить на эту тему:
— Луан так много о нем говорит. Она… она очень им гордится.
— Ах да, Джеддин, — кивнула Аримона. — Я знаю его. Он красивый, правда? — Она все смотрела на Киннитан, и от этого взгляда девушка совсем растерялась. — Такая мощная мужская плоть. Ты согласна со мной?
Киннитан не знала, как следует ответить. Женщины в обители Уединения очень откровенно говорили о мужчинах, и Киннитан, будучи девственницей, часто смущалась при этих разговорах. Сейчас было что-то другое: ее проверяли. По телу пробежала дрожь. Неужели до слуха главной жены дошли какие-то сплетни?
— Я его почти и не видела, Аримона. По крайней мере, с того времени, когда мы оба были детьми, — ответила Киннитан. — Знаю только, что он не может быть столь же красив, как наш автарк, да восславится его имя. Не так ли?
Аримона улыбнулась в ответ на ее уловку. Киннитан показалось, что девушки-служанки хихикают у нее за спиной.
— Это совсем другое дело, сестричка, — отозвалась главная жена. — Сулепис — воплощение бога на земле, и о нем нельзя судить, как о других мужчинах. Однако он, похоже, увлечен тобой.
Киннитан снова почувствовала зыбкую почву.
— Увлечен мной? Вы говорите об автарке? — спросила она.
— Ну конечно, дорогая. Разве он не дал для тебя особых указаний? Я слышала, что ты проводишь много времени с этим сопящим священником Пангиссиром. Вы читаете молитвы, изучаете ритуалы, тайные практики…