Марсианка Подкейн
Шрифт:
– Да, душечка? Крем вон в том толстом розовом тюбике. Нужно всего…
– Миссис Роуйер, я не могу. Я опаздываю.
– Как так, дорогая? Ой, все это глупости, пусть подождут. На этом корабле ничего не делается вовремя. Тебе, наверное, лучше нагреть ладони перед…
– Миссис Роуйер, я не буду этого делать. Если у вас болит позвоночник, я и дотрагиваться до него не должна, можно покалечить. Если хотите, я попрошу врача зайти к вам.
Она резко сменила тон.
– Ты хочешь сказать, что не желаешь
– Можно сказать и так. Позвать вам врача?
– Ах ты гадкая… УБИРАЙСЯ ВОН!
Я убралась.
На следующее утро я встретила ее в коридоре. Она глянула сквозь меня, я тоже промолчала. Шла она ровно – видно, спине полегчало. В тот день мы встречались еще дважды, и оба раза она меня в упор не видела.
Утром следующего дня я торчала в холле у визора – изучала учебную пленку мистера Клэнси о сближении и стыковке с помощью радара. Визор стоит в углу, за рядом искусственных пальм и меня, наверное, совершенно не было видно. А может, им было наплевать.
Я прервалась, чтобы отдохнули глаза и уши, и услышала голос миссис Гарсиа. Она разговаривала с миссис Роуйер.
– …что мне там совсем не нравится, так это промышленность. Почему бы не оставить Марс естественным и прекрасным?
– Чего же от них ожидать? Это жуткие люди!
Официальный язык корабля – орто, но многие пассажиры беседуют по-английски и часто с таким видом, будто никто не способен их понять. Эти даже не понижали голоса. Я прислушалась.
М– с ГАРСИА: Именно это я говорила миссис Римски. Они же все преступники.
М– с РОУЙЕР: Если не хуже. Вы заметили эту маленькую марсианку? Племянницу, как они говорят, этого огромного черного дикаря?
Я сосчитала от десяти до нуля на древнемарсианском и напомнила себе, чем карается убийство. Я не против, когда меня называют марсианкой. Они же ни черта не знали о Марсе, и уж, во всяком случае, это не походило на оскорбление. Марсиане имели высокую культуру задолго до того, как люди поднялись с четверенек. Но «черный дикарь»! Дядя Том такой же смуглый, как я светлая. Маорийская кровь плюс марсианский загар сделали его кожу похожей на хорошо выделанное седло.
Не знаю, как другим, а мне нравится. И уж конечно, дядя Том никакой не дикарь – он умный, воспитанный, вежливый… и куда бы он ни поехал, все его любят.
М– с ГАРСИА: Да, видела. По-моему, ничего особенного.
Конечно, она эффектна, но все это дешевка, хотя и привлекает некоторых мужчин.
М– с РОУЙЕР: Вы далеко не все знаете, дорогая. Я попыталась было ей помочь -мне ее жалко стало, и я всегда готова помочь тем, кто ниже меня по положению.
М– с ГАРСИА: Ну конечно, дорогая.
М– с РОУЙЕР: Я попробовала намекнуть ей, как надо держаться с достойными людьми. Я даже платила ей за разные мелкие услуги, чтобы она не чувствовала себя неловко. Но она оказалась неблагодарной
М– с ГАРСИА: Вы мудро поступили, что отделались от нее.
Природа – хорошая или дурная – всегда дает себя знать. А смешанная кровь – это ХУЖЕ ВСЕГО. Все они преступники… да еще это БЕССТЫДНОЕ СМЕШЕНИЕ РАС. В этой семейке все налицо.
Мальчишка совсем не похож на сестру, а дядя… Вы ведь намекнули на это, дорогая? Вам не кажется, что она ему вовсе не племянница… а, скажем, гораздо ближе?
М– с РОУЙЕР: Это на них похоже!
М– с ГАРСИА: Ну же, Флосси, расскажите, что вам известно.
М– с РОУЙЕР: Да ничего я не говорю. Но у меня есть глаза -как и у вас.
М– с ГАРСИА: И это на виду у всех!
М– с РОУЙЕР: Вот чего я никак не пойму -почему Линия позволяет этим жить вместе с нами. Может, она и обязана возить их по какому-то глупому договору, но нельзя же заставлять нас общаться с ними… и даже есть в одной столовой!
М– с ГАРСИА: И я так же думаю. Как только вернусь домой, сразу же напишу самую решительную статью об этом. Всему есть предел. Знаете, мне сперва показалось, что капитан Дарлинг -джентльмен… Но когда я увидела этих созданий за его столом… я прямо глазам своим не поверила. Меня чуть не стошнило.
М– с РОУЙЕР; Да, конечно. Но ведь капитан и сам родом с Венеры.
М– с ГАРСИА: Но на Венеру никогда не высылали преступников. И этот мальчишка… он сидит на моем месте, на моем стуле!
(Я отметила для себя: попросить стюарда заменить Кларку стул. Еще заразится, чего доброго.)
На этом они покончили с нами, «марсианами», и принялись перемывать косточки Герди, жаловаться на пищу и обслуживание, за глаза лягать кое-кого из своей когорты. Но я уже не слушала, просто молча сидела и молилась, чтобы достало терпения посидеть молча еще чуток: если бы они меня заметили, я бы их проткнула их же спицами.
Наконец они ушли поднабраться сил для второго завтрака.
Я вскочила, переоделась в спортивный костюм и понеслась в зал, чтобы как следует измотаться и никого не покалечить.
Там я встретила Кларка и сказала ему ровно столько, сколько было нужно. А может быть, слишком много.
7
Мистер Суваннавонг сказал, что в любой момент мы можем встретить радиационный шторм, и что сегодня у нас будет учебная тревога, для практики, так сказать. Станция солнечной погоды на Меркурии сообщила, что наступает сезон вспышек. Предупреждены все корабли и обитаемые спутники. Предполагают, что сезон вспышек продлится около…
ХОП! Учебная тревога застала меня на середине фразы.