Марта
Шрифт:
— Другого раза может и не быть, — усмехнулся он, вставая.
— Арантеса попрошу, думаю, он не откажет мне в такой малости, — решила подразнить я его.
— Не откажет, — вполголоса сказал он. — Спокойной ночи Марта.
— Орвид, ты не мог бы научить меня ставить ментальные щиты? — спросила я, когда он был уже у двери. — Не сейчас, конечно, завтра или тогда, когда у тебя будет возможность.
— Я подумаю, приятных снов Марта.
— Спасибо за все Орвид.
Он вышел, и с его уходом погас «светлячок», как снег растаяли все романтические желания, оставив только нежную благодарность к этому интересному
Орвид зашел в каюту, в нем еще бродили отголоски неудовлетворенных желаний.
— Что-то ты быстро? Человечка плохо дает? Или ты не успел её выловить из моря, и все это время оплакивал? — издевался Мерайят, лежа на кровати в обуви. Морока на нем не было, смазливый красавчик, приближенный Повелительницы.
Орвид молча, подошел к нему и ударил без замаха, раз, другой.
— Еще одно самоуправство с твоей стороны, и ты труп, — отошел Орвид в сторону, равнодушно оттирая с руки кровь. Ответом ему был полный ненависти взгляд, на разбитом лице Мерайята.
Глава 12
Как ни странно утром я проснулась отдохнувшая и с полным магическим резервом. Сладко потянувшись, откинула одеяло или скорее плед.
— Вставай соня, скоро завтрак, — голос Лероя заставил меня открыть глаза и сесть на своей импровизированной постели.
— Доброе утро, как ты себя чувствуешь? — встала, потянулась до хруста, все-таки спать на сундуке жестковато.
— Хорошо, ты бы оделась, — сказал Лерой, разглядывая что-то в районе моей груди, интересно, что он там увидел. Я и раньше не могла похвастаться пышными формами, а от недоедания и путешествия пешком, пропало даже то, что было. Вчера я легла спать одетая, сняла только жилетку и сапожки, может, рубашка сползла? Нет, все на месте, ничего не оголилось, не понимаю я этих мужчин, или он потому и смотрит, что надеется найти хоть какую-то выпуклость?
— Лерой, ты не мог бы выйти, я переоденусь, — он без слов вышел, окинув напоследок меня задумчивым взглядом.
Я не стала терять время, умылась, обтерлась влажным полотенцем, переоделась в чистое, пришлось надеть платье, больше у меня ничего не было. Да, платье выглядит не очень, дорога не пошла ему на пользу. Хм, а если применить простейшую иллюзию, я не смогу накинуть морок, как Орвид, но придать платью приличный вид и новизну ткани в моих силах. Понятно, что все маги на корабле сразу увидят истину, но это неважно, хоть эти имперцы перестанут на меня косо смотреть.
Сосредоточилась, вспомнила, как платье выглядело, когда было новым, произнесла заклинание иллюзии, готово. Ну вот, другое дело, осталось только привести голову в порядок и можно идти на завтрак. Стук в дверь и голос Лероя:
— Мне уже можно войти?
— Да входи, — я сидела и расплетала косу. Лерой вошел, увидел меня в платье и улыбнулся:
— Наконец-то ты выглядишь, как девушка.
Я пропустила его замечание мимо ушей, не хочу с ним ругаться, моё мнение, я и в мужской одежде не перестаю быть девушкой.
— Помочь тебе с волосами? — ему понравилось возиться с моими
— Если тебе нетрудно, помоги, — надо было отказаться, но так не хотелось возиться самой с волосами, и не обрежешь, потому что женщинам отрезают косу за измену. В общем, женщина с короткими волосами это неприлично, достойно всяческого порицания и так далее.
Все-таки приятно, когда тебе расчесывают волосы, под чуткими пальцами Лероя мои мысли настроились на лирический лад, в душе поселилось умиротворение, ровно до момента, когда я ощутила его губы на своей шее. Это было приятно и даже волнующе, но совершенно не вовремя и по большому счету ненужное. Зачем привязываться друг к другу, если в скором времени наши пути разойдутся навсегда.
— Лерой, прекрати, — отодвинулась я от него.
— Неужели я не заслужил маленькую награду? — глядя в его грустные глаза, язык не поворачивается сказать «нет».
— Не время сейчас, в любой момент нас позовут на завтрак, а у меня еще коса не заплетена, — демоны, что я несу?
Но, похоже, такие объяснения вполне удовлетворили моего «супруга», он улыбнулся, сказал, что подождет меня на палубе, чмокнул в щечку и вышел. Фух, еще три дня потерпеть и мы будем на месте, почему-то мне кажется, это будут самые долгие три дня в моей жизни.
На удивление завтрак прошел спокойно, первый помощник молчал и даже не смотрел в мою сторону. Я же старательно избегала взглядов замаскированной троицы, сегодня мне пришлось сидеть между Бертом и Лероем, как раз напротив Орвида. Берт вел себя, как и на ужине, поддерживал вежливую беседу, Лерой хмурился, бросал на него злобные взгляды и пресекал все попытки Берта поухаживать за мной. Я же с регулярностью натыкалась на взгляд фиолетовых глаз, от которых по моему телу разливалось тепло и хотелось улыбаться. Странно, сквозь морок я не видела, для меня черты его ненастоящего лица все так же немного расплывались, и только глаза оставались яркими, живыми на этой маске.
После завтрака мы отправились на прогулку, Росс идти на бак отказался, он познакомился с местным юнгой и тот учил Росса быть настоящим моряком. По мне так парнишка просто скидывал свою работу на Росса, но если ему это нравится, то пусть занимается.
Голубое небо с редкими белоснежными облачками, неуловимый бриз, синее море, стайки выпрыгивающих ярких рыбок. Как же хорошо, еще бы нырнуть в эти ласковые воды, но в ближайшие месяцы наверно не получится. Здесь на юге континента климат мягче, море не замерзает и снег зимой практически сразу тает, но вода все же холодная.
Лерой что-то мне рассказывает, похоже, историю образования Свободных Островов, причем в несколько иной интерпретации. В его варианте главную роль играли не бежавшие от преследования темные маги, а младшие сыны благородных родов, которым не хватило земель в империи, вот они из милости и пригрели магов, и весь остальной межрасовый сброд. Что ж каждый имеет право на свое мнение, но не думала, что Лерой настолько нетерпим к другим расам, сразу вспомнились его высказывания о малой продолжительности жизни у обычных людей. Как бы я реагировала, если бы родилась в семье не магов, наверно, я без сожаления отказалась бы от дополнительных ста лет, ради любящих родителей и сестер с братьями.