Маска смерти
Шрифт:
– Да. И с Жозе Хракема. Именно поэтому я приказал задержать ее. – Де Кок хитро подмигнул своему помощнику. – Я понял, что вчера, когда я отдавал дежурному это приказание, ты решил, что я сошел с ума. Могу тебя успокоить: я тоже не верю, что эта женщина является соучастницей в убийстве. – Инспектор широко развел руками. – Но у меня не было иного выбора: если бы я отпустил ее вчера вечером после всей этой истории с похищением, она сразу же связалась бы с людьми, которые наложили на нее обет молчания, А как раз этого-то
Фледдер, сложив губы трубочкой, втянув в себя воздух.
– И почему вы продержали целую ночь в камере эту невинную особу? – Он укоризненно смотрел на инспектора.
Де Кок с виноватой улыбкой прижал руки к груди.
– Я просил дежурного предоставить ей хорошую постель и вообще… уделить ей побольше внимания. – Он помрачнел. – А вообще вина за эту ночку, проведенную в камере, лежит не на мне!
– На ком же?
– Ты это еще узнаешь.
В комнату без стука вошел Рихард Недервауд, лицо у него было бледное и помятое, под глазами залегли тени. Он прямо от двери направился к Де Коку.
– Вы с ней говорили? С этой медсестрой, я имею в виду?
– Да.
– Ну и… Что она вам сказала? Розочка умерла?
– За ответом на этот вопрос нам сейчас и предстоит отправиться в больницу, – с горечью произнес инспектор.
Де Кок вылез из машины последним, с громким стуком захлопнул за собой дверцу и посмотрел наверх. Огромное неуклюжее чудище из стекла и бетона словно нависало над улицей – больница Южного Креста показалась Де Коку похожей на пчелиный улей. При виде этого безликого угрюмого здания его охватил внезапный ужас… необъяснимый страх перед этим многоглазым чудовищем, в слепые мертвые зрачки которого почти никогда не проникал солнечный свет.
Рихард Недервауд подошел и встал рядом, казалось, он угадал, какие чувства обуревают старого сыщика.
– Ужасное здание, правда? Де Кок кивнул.
– И этот главный портал… – еле слышно пробормотал он.
– Портал жизни и смерти, верно? – подхватил его мысль Фледдер.
– Вот именно… – вздохнул Де Кок.
Фледдер и Жозе Харкема пошли впереди, а Де Кок и Рихард Недервауд зашагали следом за ними. Когда они подходили к дверям больницы, инспектор ускорил шаг и нагнал их – он боялся, что медицинская сестра, очутившись на своей территории, может ускользнуть от них и исчезнуть в лабиринтах больничных коридоров и переходов.
Им никто не встретился, пока Жозе Харкема вела Рихарда Недервауда и обоих следователей к лифту. На седьмом этаже они вышли из кабины лифта и, пройдя через просторный вестибюль, из которого вели автоматические двойные двери, вошли в широкий коридор.
Де Кок не сводил глаз с медицинской сестры: она явно нервничала, это было заметно и по ее походке, и по тому, как она поминутно оглядывалась.
Когда они прошли половину коридора, Жозе Харкема остановилась
– Это там… – прошептала она и пошла дальше. Однако седой сыщик удержал ее за руку.
– Ну нет, мы не хотим лишаться вашего общества, – с улыбкой произнес он и, крепко сжав ее локоть, повел женщину к двери, на которую она указала. – Может быть, вам придется доложить о нас… – Он повернул ручку и открыл дверь.
Седовласый мужчина, сидевший за широким столом, заваленным бумагами, невозмутимо, даже с каким-то веселым удивлением, наблюдал за странной компанией, неожиданно, без всякого предупреждения, ввалившейся в его кабинет.
Наконец он спокойно отложил газету, которую держал в руках, и неторопливо поднялся навстречу посетителям.
– Боюсь, – холодно улыбнувшись, произнес он, – наша игра закончилась…
Де Кок шагнул к его столу.
– Вы доктор Ван Беммелен? Седовласый господин наклонил голову.
– Да, я главный врач больницы. – Он смерил оценивающим взглядом стоящего перед ним мужчину. – А вы, насколько я понимаю, инспектор полиции Де Кок?
Старый сыщик поклонился.
– Да. Честь имею представиться: следователь Де Кок.
Доктор Ван Беммелен указал глазами на газету на своем столе.
– Должен признаться, я ожидал вашего появления. Хотя в газетном сообщении не упоминается никаких имен, которые навели бы меня на эту мысль, я не сомневаюсь, что странное похищение заложницы как-то связано с недавним происшествием в нашей больнице.
Он указал рукой на Жозе Харкема.
– Я полагаю, вы можете отпустить эту женщину, она непричастна к данному делу, сестра Харкема лишь выполняла наши указания.
– Наши? Кого вы имеете в виду? – поинтересовался Де Кок.
Доктор жестом указал ему на свободный стул справа от своего стола.
– Я имею в виду доктора Лестерхейза и себя.
– Доктор сейчас в больнице?
– Нет, он сегодня придет попозже, во второй половине дня. Лестерхейз попросил у меня ничем не занимать это утро, ему срочно нужно урегулировать какие-то личные дела.
Доктор снова посмотрел на Жозе Харкема.
– Может она наконец уйти? – настойчиво повторил он. – Я полагаю, сестре Харкема незачем присутствовать при нашем разговоре.
Де Кок кивнул и, немного подумав, церемонно поклонился женщине.
– Я очень сожалею, мадам, о тех неприятностях и неудобствах, которые я вам причинил. Искренне надеюсь, что вы не держите на меня зла. Обещаю как-нибудь поподробнее объяснить вам, что я чист перед вами…
Жозе Харкема одарила его робкой улыбкой и поспешила покинуть комнату.
– Восхищаюсь этой женщиной, – со вздохом заметил Ван Беммелен, – ей и в самом деле пришлось нелегко, но она неукоснительно выполняла все наши указания.