Маски Тутанхамона
Шрифт:
Они встали. Принц поцеловал царевну в щеку. На самом деле он приходился ей дядей, хотя был на два года младше ее.
К двери ее повел Второй советник, и, выходя, она бросила на кормилицу вопрошающий взгляд. Та ей улыбнулась.
— Ты все сделала правильно. Я узнала кровь твоей матери.
Силуэт Пасара исчез из окна; вне сомнения, он не спешил присоединиться к свите своей любимой.
Несколько раньше он ей сказал:
— Только боги сочетают семейными узами, но не люди.
6
НОЧЬ ЛИС И НОЧЬ
Когда военачальник Хоремхеб вернулся домой, в Мемфис, слуге-карлику его жены, Менею, достаточно было лишь взглянуть на его лицо, чтобы понять, какая буря разразилась у него внутри.
Раскачиваясь, как бабирусс, [1] он помчался в покои госпожи Мутнехмет, владелицы дома, и стал возмущаться, как обычно, гнусавя.
— Сегодня боги перднули!
Мутнехмет давно привыкла к солдафонским выражениям и крысиному чутью своего карлика, к его выпученным глазам. Он рассматривал каждого, а потом громогласно сообщал секреты, которые, как он думал, смог разгадать. Это создание являло собой настоящий скандал на коротких ножках.
1
Бабирусс — малайский кабан. (Здесь и далее примеч. пер.)
Она повернула к уродцу свой надменный профиль.
— Что ты сказал?
— Что он злой, как шакал. Он не получил регентства, я в этом уверен. Он сейчас в компании своего домашнего лиса.
Она нахмурила брови и направилась в покои своего супруга. Там она нашла его и командира Хнумоса, которого Меней прозвал «домашним лисом». Ей было известно, что этот командир отвечал за армейскую разведку и проводил расследования по поручению своего начальника, который занимался не только делами армии. Вне сомнения, Хнумос был так же разочарован, как и его господин: если бы тот получил регентство, его бы назначили главой охранного ведомства.
Двое мужчин сидели на корточках друг перед другом, склонившись над двойной доской для игры в зенет, [2] расчерченной на тридцать клеточек, держа в руках кружки с пивом. Еще издали Мутнехмет услышала стук шашек, как обычно, сопровождаемый ругательствами. Кружки с пивом были наполовину опустошены. Игроки подняли глаза, и командир, который был хорош собой, поднялся, чтобы сделать комплимент супруге своего начальника.
— Ужин готов. Командир присоединится к нам?
2
Зенет — предшественница игры триктрак.
Хнумосу это приглашение польстило. Хоремхеб какое-то время рассматривал оставленную игровую доску, а затем тоже встал.
— Маат щедро одарит тебя своими благодеяниями, — сказал он, обращаясь к жене.
Его тон был довольно холодным. Мутнехмет пристально посмотрела на мужа.
—
— Да, — подтвердил он хрипло, опустил голову и последовал за ней в главный зал.
— Мой отец назначен регентом?
— Да, — снова подтвердил он, садясь на корточки перед низким столом, который уже был накрыт.
Карлик ужинал в одиночестве за столом, стоявшим неподалеку, ничего не пропуская из разговора.
Командир был доверенным лицом Хоремхеба, поэтому уже слышал по крайней мере половину повествования; пока подавали огуречный салат со сметаной, лук, приправленный маслом и уксусом, и бобы, тушеные в свином жире, Мутнехмет вопросительно смотрела на мужа. Стол в доме Хоремхеба не славился изысканными блюдами.
— Верховный жрец Нефертеп был против назначения господина Ая, — пояснил Хнумос, — но военачальник Нахтмин посчитал, что твой отец — единственный человек, который обладает достаточным опытом и авторитетом как внутри страны, так и в иностранных державах, и только он может взять на себя регентство.
Прожевав с хрустом ломтики огурца в сметане, Мутнехмет заметила:
— Моему супругу тридцать шесть лет, а отцу — пятьдесят шесть. Он достаточно долго и терпеливо ждал.
— Терпение нужно, когда мечтаешь о хлебе насущном! — прокричал из-за своего стола карлик.
— Сегодня же вечером я надеру тебе задницу! — воскликнул Хоремхеб, притворяясь разгневанным.
— А удовлетворение получаешь, когда вкушаешь тот хлеб, которого не было накануне!
Сделав вид, будто поднимается, дабы выполнить обещанное, Хоремхеб повернулся к Менею, который стал кричать как ошпаренный.
— Мне не понятно, — продолжила Мутнехмет, — почему отец не взял в супруги Бакетатон, сестру Сменхкары? Ведь она царевна! Таким образом он мог занять трон вместо того, чтобы стать регентом.
Хоремхеб бросил вопросительный взгляд на Хнумоса. Его самого привлекал этот план, и он от него пока не отказался.
— Вероятность этого еще существует, — ответил командир. — Совсем недавно Ай нанес визит царевне в ее резиденции в Нижней Земле.
— Ну и что?
— Точно не известно, что он ей говорил, но слуга царевны сообщил одному из моих людей, что ее силы истощены из-за следовавших одна за другой смертей двоих братьев и Нефертити. Она глубоко страдает и не желает становиться царицей. Она уверяет, что груз такой ответственности ее прикончит.
— Еще одна отказавшаяся от власти! — бросил Хоремхеб.
— Во всяком случае, если мой отец не окажется у власти, он будет еще опаснее, — заметила Мутнехмет, отведав бобов в свином жире. — Слишком долго он о ней мечтал.
Хоремхеб бросил на нее задумчивый взгляд.
— Возможно, это так, — сказал он. — Какое-то время торговцам ядами будет явно недоставать клиентов.
На ее лице молниеносно отразилось неодобрение. Такое замечание в присутствии постороннего! Хоремхеб это осознал и, тяжело вздохнув, продолжил: