Маськин
Шрифт:
Однажды инопланетяне с планеты Зюзя [1] решили захватить Землю, но посмотрели в свой инопланетный телескоп, а там все люди Земли стоят в очереди у полосатых столбиков со спущенными штанами. Инопланетяне решили, что это может быть заразно, и захватили другую планету, оставив Землю землянам. Земляне продолжали устанавливать новые границы, и очереди людей со спущенными штанами росли и множились. А лозунг «Туда не ходи!» стал всемирным лозунгом Земли, потому что как же ещё поддерживать порядок, если не держать большую часть человечества в очереди со спущенными штанами?
1
Точные
Вот поэтому поставленному Маськиным столбику никто не удивлялся, потому что большинство граждан были лояльно послушными и даже добровольно отказались от ношения подтяжек, чтобы быть лучше готовыми к поддержке национальной безопасности путём снятия штанов перед каждым полосатым столбом.
Маськин пояснительный плакат проблему практически решал, и ему приходилось всего только раза два или три в день помогать натягивать снятые по ошибке штаны проезжающим со слабым зрением или знающим не все буквы.
Вообще знание всех букв алфавита значительно облегчает чтение. Можно, конечно, читать, зная и не все буквы, – просто внимательно листать книжку, ища только знакомые буквы, и читать только их. Ну, например, Б, или В, или даже У, но в некоторых книгах смысл в результате такого чтения может ускользнуть от читателя, поэтому людей Земли формально пытались обучать всем буквам, хотя некоторые буквы землянам давались с трудом, но они не расстраивались и на анкетный вопрос «Умеете ли вы читать и писать?» смело ставили крестик, который некоторыми злопыхателями расшифровывался как буква «Ха», а более доброжелательными – как математический знак «плюс». Поскольку разросшаяся система школ обеспечила большинство населения знанием азбуки, люди стали писать друг другу письма, а почта стала их перевозить. Ведь написать письмо за границу гораздо легче, чем сначала два часа стоять в очереди со спущенными штанами в одну сторону, а потом ещё два часа в обратную, рискуя всё время угодить в «турму».
Маськин ездить за границу не любил и поэтому всегда следил, чтобы его Почтовый Ящик был готов к принятию писем. Вообще от внешнего вида вашего почтового ящика очень зависит то, какие вы письма и посылки получаете. Вот когда у Маськина был зелёный ящик, все письма были сплошная тоска зелёная, а как только появился у Маськина новый бордовый ящик, самый весёлый на всей дороге, так и стали приходить к нему всякие открытки из тропических стран, поздравления с ромашками, журналы с картинками и конфетки от Деда Мороза. Маськин удивлялся, как такое может быть, как цвет почтового ящика может влиять на отправителя. Маськин даже про это явление написал учёному Эйнштейнкину, и тот крепко запил из-за неразрешимости сего парадокса. Потом, опохмелившись раствором из быстрых нейтронов, Эйнштейнкин дал название этому явлению – «Парадокс Эйнштейнкина-Маськина», каким он и вошёл в современные учебники по квантовому почтоведению.
Маськин же не стал полагаться на теоретическую науку, а засел в кусты рядом с Почтовым Ящиком в то время, как к нему подъехал почтальон Благовесткин. Почтовый Ящик обрадовался и стал лизать почтальона в нос, махая столбиком, как хвостом. «Сидеть!» – строго, но по-доброму рявкнул почтальон, но Ящик успокаиваться и не собирался, он обнюхивал почтальонскую сумку, выхватывал самые весёлые открытки и тут же их глотал. Почтальон не сердился, а только похлопывал Маськин Почтовый Ящик по бордовому бочку и весело смеялся.
Когда почтальон уехал, Маськин пошёл выгуливать Почтовый Ящик, а потом смастерил ему будку и купил кость.
Глава двенадцатая
Маськин и Мочалка
Аристократичность – это больше не дань происхождению, упитанной фамильности и худосочной изнеженности. Сейчас можно встретить
Мочалка Маськина тоже была аристократка, поэтому Маськин не решался пользоваться её услугами как мочалки и мылился мочалкой Плюшевого Медведя, который всё равно купался в пруду и по своей мочалке не сильно скучал. Хотя надо сказать, что Плюшевый Медведь когда-то настойчиво требовал у Маськина купить ему новую мочалку и даже устроил небольшую демонстрацию у Кремлёвской стены Маськиного дома, покрытой совершенно кремлёвским кирпичом, размахивая плакатом «Мочалку Медведю!» и громко провозглашая вслух озвученный плакат:
«Мочалку Медведю!» «Мочалку Медведю!»
причём слово «мочалка» Плюшевый Медведь произносил жалобно и протяжно, вот так: «Моча-а-алку!»
Маськин сжалился и купил Плюшевому Медведю мочалку, после чего Плюшевый Медведь практически сразу потерял к ней всяческий интерес, потому что всё равно купался в пруду без мочалки.
Таким образом, освободившись от своих прямых служебных обязанностей, Мочалка Маськина передала свои полномочия по мытью Маськина своей молодой коллеге – мочалке Плюшевого Медведя, а сама занялась поэзией.
– Пузырьками мыльной пеныМои сны проникновенны;Больше не страшусь измены,Не ищу себе арены,Темзы, Тибра, Нила, Сены;Ведь водой обыкновеннойРеки все полны, наверно, -чувственно декламировала Мочалка, задумчиво вздыхала и смотрела в окно ванной комнаты, куря длинную дамскую сигарету в не менее длинном янтарном мундштуке.
Несмотря на избыток свободного времени и опрятную ванную комнату Маськина, с каждым днём грусть Мочалки возрастала. У неё начала кружиться голова; непреодолимой силой тянула её бескомпромиссная земная гравитация своими равнодушными объятиями; она прибавляла в весе и уже два раза падала на пол вместе с крючком, на котором висела. Маськин начал беспокоиться – уж здорова ли его Мочалка. Он даже возил её к знаменитому психологу-неофрейдопердисту по фамилии Грободубов, который был мавр по убеждениям и проповедовал идею, что не нужно держать в себе того, что можно выпустить из себя, за что и был причислен к славному направлению психологии – неофрейдопердизму.