Массимо
Шрифт:
– Так ты думаешь, что за Венецией стоит Аурелио?
– Вполне возможно. Мне нужно еще подумать, но твое предположение насчет Фаусто разумно.
– Спасибо.
– Могу я еще чем-нибудь помочь?
– Нет, все в порядке.
– Хорошо. Будь осторожен, брат.
– И ты тоже.
И я завершил звонок.
Меня осенило, что это первый раз за всю мою жизнь, когда я лишен связи с семьей.
Конечно, бывали случаи, когда я находился вдали от дома и не мог позвонить…
Но со мной всегда был хотя бы один из
Время, которое я проводил в одиночестве в своем домике, я выбирал сам… И я был всего в нескольких минутах езды на машине от того, чтобы иметь возможность позвонить всем, кому захочу.
Сейчас все было иначе. Это была вынужденная разлука, и я мог рассчитывать только на себя.
Впервые за много лет я почувствовал себя очень одиноким.
Глава 33
Массимо
Когда мы вернулись в дом, я выгрузил банки и консервы с едой на столешницу и достал из шкафа свой рюкзак. Он был рассчитан на палатку и спальный мешок, которые я не собирался брать с собой, так что места для продуктов было предостаточно. Я также набрал в рюкзак всяких мелочей: зажигалку для разведения костра, консервный нож и штопор для бутылок вина, которые мы могли найти.
Лучия вышла из ванной с новой татуировкой на правом плече, прямо вдоль ключицы. Скорпион был выполнен в стиле индейцев, поэтому представлял собой скорее набор черных линий, напоминающих клешни, и изогнутый хвост с жалом.
Но я смотрел не на это.
Она вышла из ванной топлес, прикрыв грудь рукой, как и вчера вечером, когда ложилась в постель.
Но теперь, при дневном свете, я гораздо лучше разглядел округлости ее грудей.
И… что ж… этот вид вызвал реакцию.
Скажем так, я был рад, что стоял за кухонной стойкой.
– Тебе нравится?
– спросила она с восторгом, откидывая свои длинные волосы в сторону, так что ее плечо полностью обнажилось.
– Они очень милые, - пробормотал я.
Она прищурила глаза.
– Они?
– Это, - быстро ответил я.
– Это очень мило.
Она одарила меня самодовольной улыбкой.
– Тебе нравится кое-что еще, да?
– Иди надень топ, - приказал я.
– Зачем?
– спросила она с притворной невинностью.
– Мне показалось, ты сказал, что они очень милые.
Она переместила руку к центру левой груди, так что был прикрыт только сосок.
И даже тогда я мог видеть темно-розовый цвет ареолы между двумя ее пальцами.
– Иди надень какую-нибудь одежду, - рыкнул я на нее.
– Господи, ну ладно, - огрызнулась она, затем снова ухмыльнулась.
– А что? Он становится больше? Я хочу посмотреть…
Она начала обходить прилавок.
– Лучия, - предупредил я.
– Не снимай штаны, я просто…
И я почувствовал, как ее свободная рука коснулась передней части моих джинсов.
–
С меня было достаточно.
Я повернулся, схватил ее за горло и прижал спиной к стене.
Это было не сильно - я не ломал ей трахею или что-то в этом роде.
Но это было чертовски агрессивно.
Особенно потому, что моя рука была достаточно большой, чтобы обхватить ее шею целиком…
И еще потому, что я толкнул ее на полметра назад.
Она ударилась о стену и уставилась на меня изумленными глазами.
Я сердито посмотрел на нее.
– Все это прекратится. Все эти заигрывания прекратятся. Вся эта обнаженка и вопросы «насколько он большой» прекратятся. Я здесь по одной и только одной причине - чтобы обеспечить твою безопасность. Я здесь не для того, чтобы нянчиться с капризным ребенком. Я здесь не для того, чтобы развлекать тебя. Я здесь для того, чтобы ты осталась жива и не попала в руки очень плохих парней. Поэтому, когда я говорю тебе что-то сделать, ты это делаешь. А я говорю тебе прекратить все это. ПОНЯТНО?
Она просто смотрела на меня широко раскрытыми глазами…
А потом она перестала прикрывать грудь и обхватила своими руками мое запястье.
– Так вот что тебя возбуждает?
– прошептала она.
В тот момент я был так зол… отчасти потому, что она была права.
Мой член, казалось, вот-вот разорвет джинсы.
Особенно сейчас, когда я смотрел на ее голую грудь.
В гневе я достаточно сильно сжал ее шею.
Она задыхалась, но не вырывалась.
Не пыталась убрать мою руку…
Она держалась за нее.
– Тебе нравится?
– прошептала она, продолжая смотреть на меня с полным отсутствием страха в глазах. Затем она облизнула губы.
– Нравится.
Я был в ярости.
И я боялся, что могу зайти дальше, если не остановлюсь.
Я убрал руку с ее шеи, схватил ее за плечо и грубо развернул.
Затем я подтолкнул ее рукой в спину к задней части хижины.
Правда, легче мне не стало, потому что теперь я любовался ее задницей…
Которая была обтянута штанами для йоги так плотно, что они казались нарисованными.
– Иди в комнату и надень какую-нибудь гребаную одежду, - прорычал я, подталкивая ее к спальне.
– С тобой невесело, - сказала она насмешливым голосом.
– Ты увидишь, насколько я НЕ весел, если не перестанешь вести себя как шлюха, - рявкнул я.
Это ее зацепило.
Она резко повернула голову и посмотрела на меня через плечо. Ее глаза пылали гневом.
– Знаешь что? Пошел ты на хуй, мудак.
– И ты тоже, принцесса.
Она вошла в ванную и изо всех сил хлопнула дверью.