Мастер-арфист
Шрифт:
— А я и не знал, что Барген жив! — удивился Ф'нор.
— У меня есть список тех мест, где живут остальные выжившие, — вставил Шнырок. — Кое-кого приютил Отерел у себя в Тиллеке — ну, да ты и сам знаешь.
— Нет, я не знал. Но это в его духе. Так, значит, работы у нас выше головы, не так ли?
И Робинтон радостно улыбнулся. Один холд — один холдер. За последние несколько Оборотов справедливость этого древнего изречения сделалась более чем очевидна. Робинтон надеялся, что люди надолго запомнят урок.
— Да, и надо что-то
Тут он остановился, сообразив, что труп Фэкса уже исчез.
— Первое, что я велел сделать своим товарищам-слугам, — сказал Шнырок. — Видел бы ты, с каким удовольствием они поволокли его на помойку! В былые дни его оставили бы в добычу Нитям. Так оно чище.
Увидев, что мастер содрогнулся, он добавил:
— Ну как же, это ведь идеальная дезинфекция!
Тут голодный вопль напомнил им о другой проблеме, требующей немедленного решения.
— Надо раздобыть новому лорду Руата кормилицу, — сказал Робинтон, пытаясь вспомнить, есть ли у них в цехе кормящие женщины.
Прочие тупо уставились на него.
— Я не думаю, что кто-нибудь из здешних женщин сможет его выкормить, а я хочу, чтобы мальчик выжил, раз уж ему удалось родиться, — пояснил Робинтон.
— Найдем кого-нибудь, — твердо сказал Ф'нор.
— Вели Скрыту послать еще одно сообщение, — предложил Шнырок.
Но не успели они заняться делом, как на верхней площадке лестницы появился Ф'лар и стремительно сбежал вниз.
— Это странное создание… женщина… Она тут не пробегала? — осведомился он, схватив Ф'нора за руку.
Ф'нор сразу догадался, что Ф'лар имеет в виду служанку.
— Нет… Так это она источник силы? — изумился Ф'нор.
— Она, она. — Ф'лар сердито огляделся. — И руатанской крови вдобавок.
Робинтон самодовольно усмехнулся.
— Ух ты! Так. значит, у нее больше прав, чем у этого младенца? — спросил Ф'нор, указав на повитуху, которая пристроилась с малышом на кресле у пылающего очага.
Ф'лар, уже повернувшийся было, чтобы бежать дальше на поиски Лессы, застыл на месте.
— Младенца? Какого еще младенца?
— У мальчика, которого родила леди Гемма, — ответил Ф'нор, удивленный недоуменным взглядом Ф'лара.
— Так он жив?
— Ага. Повитуха говорит — малыш крепкий. Несмотря на то, что он родился раньше срока и его пришлось силой извлекать из чрева умершей матери.
Ф'лар запрокинул голову и расхохотался. Затем до них донесся рев Мнемент'а, сопровождаемый любопытным бормотанием остальных драконов.
— Мнемент' ее поймал! — воскликнул бронзовый всадник и расплылся в улыбке. Он спустился по лестнице во тьму главного двора.
Робинтон смутно видел громадный силуэт бронзового дракона, неуклюже присевшего на задние лапы и размахивающего крыльями, чтобы удержать равновесие. Мнемент' бережно поставил девушку на ноги и обнял когтями так, что получилась клетка. Робинтон видел, что девушка подняла голову и смотрит прямо на огромную клиновидную голову,
«Она не боится ничего на свете!» — подумал мастер-арфист и благоразумно решил предоставить Ф'лару самому объясняться с новообретенной госпожой Руата.
Два ломтя хлеба, которые он успел сжевать, не смогли удовлетворить его бурчащий желудок. На этот раз чувство голода взяло верх над любопытством арфиста. Должно же на остатках этой жареной туши найтись что-нибудь съедобное! И Робинтон твердо намеревался это съесть — ему казалось, что иначе он немедленно умрет от истощения. И потом, пусть Ф'лар разберется с девицей сейчас, пока она еще не запечатлила королеву. Робинтон усмехнулся про себя: он подумал, что молодой бронзовый всадник наверняка справится с этой задачей.
Мясо было жестковато, однако на туше и впрямь отыскалось немало приличных кусков. Робинтон поделился ими со Шнырком и Скрытом. Скрыт уже успел спуститься с барабанной башни.
— Молодец! — неразборчиво промычал Робинтон — рот у него был набит жилистым мясом.
— Где же вы прятались, мастер Робинтон? — спросил Скрыт, беря кусок жаркого с ножа арфиста.
— Днем исполнял обязанности слуги, а к вечеру перерядился в солдата, — вздохнул Робинтон. — Честно говоря, до сих пор я не понимал, почему обязанности слуги считаются трудными. Никогда больше не возьмусь за такую работу, клянусь!
Шнырок со Скрытом сдержанно хмыкнули.
— Вам-то двоим это, конечно, нипочем, — продолжал мастер-арфист, отыскав себе еще один не слишком горелый кусочек. — Вы ко всему привычны!
Внезапный звериный вопль заставил их вздрогнуть и обернуться к дверям холда. Затем послышался крик Лессы: «Нет! Не убивай его!» Все трое бросились ко входу в холд. Ф'лар лежал, растянувшись на камнях, — очевидно, страж порога сбил его с ног. Зверь уже готовился снова напасть на поверженного всадника. Мнемент' взмахнул своей огромной головой, собираясь атаковать стража. Тот, повинуясь крику Лессы, извернулся в прыжке и тяжело рухнул наземь. Послышался глухой треск: в результате неудачного приземления страж сломал себе спину. Не успел Ф'лар подняться на ноги, как Лесса бросилась к стражу и принялась бережно баюкать огромную голову на руках. На лице ее отражалось горе.
— Он просто меня защищал! — сказала Лесса срывающимся голосом. Она глубоко вздохнула, прежде чем продолжить. — Он… он был единственным, кому я доверяла. Моим единственным другом…
Робинтон смотрел, как Ф'лар неловко похлопывает девушку по плечу. Да, бронзовому всаднику придется еще многому научиться. Однако эта неуклюжесть выглядела по-своему обаятельной…
— Настоящий друг, верный и бесстрашный, — сказал Ф'лар. Огонь зеленовато-золотистых глаз стража порога потускнел. И потух.
Все драконы издали жутковатый, еле слышный, пронзительно-высокий звук, от которого волосы поднимались дыбом. Так они прощались с сородичем.