Мастер меча
Шрифт:
Среди командиров, которые стояли полукольцом, послышалось перешептывание.
— Да, братцы…их там сотен пятнадцать, — продолжил Белогор, отвечая на интересующий всех вопрос.
— Одолеем князь, нас больше в три раза с лишком, — послышался чей-то залихватский басистый голос и как водится всеобщий гогот.
Илья сразу понял, что Белогора интересует не просто победа, а какой ценой она достанется. В чем он и убедился через несколько секунд, когда князь высказал свои мысли и опасения.
—
Бородачи прекратили веселье и стали напряженно чесать свои бороды. У Ильи бороды не было, поэтому и чесать было нечего, а вот юношеского задора было сполна.
— А если небольшим отрядом ночью выдвинутся, поставить гуляй поле, раззадорить их, а когда втянутся, тут и весь отряд подойдет?
Белогор внимательно посмотрел на него и улыбнулся. Илья сразу же понял, что угадал мысли князя, который видно сам уже прикинул план. Ему только и нужно было выбрать добровольца.
«Твою мать…язык мой - враг мой» — выругался про себя юноша, которому совсем не хотелось быть смертником.
— Ну раз сам вызвался Илья, твоей сотне и идти. Да и пушки свои опробуешь в бою.
Илья огляделся по сторонам. Глаза других сотников были направлены на него. У кого-то был сочувствующий взгляд, а кто-то смотрел с плутоватой улыбкой.
«Развели как лоха», — с огорчением подумал он, дав себе клятву, что, если выживет, будет держать язык за зубами.
— Ну… что голову повесил? — почувствовал его настроение Белогор, — дам тебе еще две сотни. Встанут справа и слева от тебя. Заманите их, а там мы всей гурьбой навалимся. Не побоишься?
— Не побоюсь, — выпалил Илья и гордо поднял голову.
Обсуждение деталей заняло еще время и когда Илья вернулся в расположение своего отряда, то лагерь уже был разбит, горели костры и запах готовой еды приятно дразнил нос голодного человека. Он тихонько подошел к знакомой палатке, возле которой горел костер и сидели уже близкие ему люди. Посмотрел на них и на какое-то мгновение задумался.
«А кто-то из них завтра может уйти навсегда. Чья-то жена лишится мужа, а дети останутся без отца» — эта мысль терзала его всю дорогу, пока он шел от князя. Его заметили. Разговор затих. Воины встали и десяток пар глаз уставились на своего командира. Илья молча присел у костра и сделал знак остальным садится. Все ждали от него новостей, а он не знал, как сказать им, что «выбил» место в первых рядах завтрашней схватки.
— Когда будет сражение Илья? — задал вопрос Ефим. Вероятно, весть о встрече со степняками уже разошлась по всему отряду.
— Наша сотня и еще две выступаем сегодня ночью, — коротко ответил он, ожидая что сейчас посыпаться проклятия в его адрес. Но ничего такого не случилось. Воины на миг задумались, а
— На, поешь, — протянул ему Никита миску с кашей, — а я пойду почищу оружие.
Илья еле сдержался чтобы не вскочить на ноги, отбросив миску и не наорать на него.
— Ты завтра останешься у Белогора. Я договорился.
— Илья, так не честно, — глаза парня налились слезами.
— Будешь посыльным. Князь приказал, — Илья соврал. Он совсем забыл про Никиту, но решил сходить попозже и договорится насчет него.
Никита резко повернулся и забежал в палатку.
— Обиделся шалопай, — усмехнулся Рябой, — хотя своим клинком орудует на загляденье ловко…
Он, видно, хотел заступится за своего ученика, но под хмурым взглядом командира замолчал.
Утолив голод, Илья пошел к другим сотникам, с кем предстояло ночью выдвигаться. Они договорились встретится в стороне от лагеря, чтобы все обсудить без посторонних глаз и ушей. Солдаты народ пронырливый, им только дай повод о чем-то посудачить.
Его уже ждали. Ратмир и Глеб расположились на поваленном дереве. Первый был намного старше Ильи, матерый, закаленный воин. Второй моложе, но тоже на десяток лет старше его. Они внимательно наблюдали за Ильей, пока тот направлялся к ним. Словно оценивали с кем придется воевать и стоит ли ему доверять.
— Не раздумал еще? — хмуро начал Ратмир, видно решив взять быка за рога.
— А ты? — ответил Илья вопросом на вопрос, ничуть не смутившись. Он заранее ожидал примерно такого начала разговора.
Ратмир еще раз окинул его тяжелым взглядом, но промолчал, указав на пенек напротив них.
— Ну тогда говори, что мыслишь, — продолжил Ратмир. Глеб молчал, дав вести разговор старшему товарищу.
Илья поднял с земли кусочки древесной коры, ветки и начал раскладывать их на земле, обозначая позиции. Хитрить и что-то придумывать не имело особого смысла, тактика степняков известна. Они встанут подковой тремя сотнями, выставят телеги со стенами и будут ждать.
— А если они все разом навалятся? Нас просто сметут. У них в пять раз больше воинов. И наши шесть пушек не помогут, — наконец-то не выдержал Глеб. Он, конечно, был прав и существовала такая вероятность. На одну сотню действительно приходилось только две пушки. Но откуда ему было знать, что Илья все же из другого века и у него был план, как отбить первую атаку, а там уже подойдут свои.
— Твое дело стоять справа от меня. Или ты уже в штаны наложил? — Илья встал с пенька и сделал самое грозное лицо, на какое был способен. Впрочем, притворятся особо было и не нужно. Глеб сразу потупил взгляд, да и Ратибор косо на него посмотрел. И обсудив еще незначительные мелочи они разошлись.